Страница 29 из 60
- Обстоятельства расследования вынуждают меня появляться здесь чаще, - заявил тот протокольным языком, отчего у хозяина дома сползла улыбка. – Нам с Амалией нужно еще немного поработать, - решительно шагнул на крыльцо и потянул помощницу за собой. – Надеюсь, вы не возражаете? – грозно глянул на посторонившегося Ликранкова, и тот замотал головой «нет, конечно».
- Спокойной ночи, - пожелала ему Милочка, решив скрасить агрессивный выпад сыщика, но добилась прямо противоположного эффекта.
- И вам приятных снов, - буркнул толстяк, запирая дверь. – Они уже спать вместе не стесняются, - прошипел себе под нос, глядя в спину удаляющейся парочке. – Ну, этот-то понятно, вертихвост, а она-то куда лезет? Бросит же, когда наиграется. А ты слезы лить будешь, - сокрушенно вздохнул, жалея постоялицу, и отправился в свою комнатку на первом этаже.
Милочка, конечно, это слышала. И сыщик тоже.
- Предваряя твой вопрос, - Статанори стал подниматься по лестнице, не выпуская ее руку, - скажу сразу. Приставать к тебе я не собираюсь. Только утрясем пару моментов, и я уйду.
- Я вовсе не думала…
- Вот и не думай.
- И не собиралась.
- Отлично.
- Была нужда.
- А что? Была?
- Нет.
- Да ладно?
- Ладит, да не дудит.
- Великие познания.
- А ты как думал?
- Никак. Ты для меня неизвестная особа.
- Вот и славно.
- Только слишком дерзкая и лезешь, куда не просят.
- Чего ты расфуфирился как петух неощипанный?
- Бесишь потому что.
- Ну и дурак, - обиделась Милочка, когда они зашли в ее лабораторию.
Выдернула руку и остановилась в середине комнаты, тяжело дыша и отфыркиваясь, чтобы сдуть с лица упавшую на левый глаз прядку из растрепавшейся прически. Если честно, то прически как таковой уже и не было, в зеркало увидела. Оттуда на нее смотрела измазанная в грязном платье побирушка, у которой только глаза светились яркой голубизной, а остальное потухло, если не сказать – протухло.
- Ты мыться собираешься? – Статанори подошел к столу с пузырьками, выдвинул стул и без приглашения уселся, сложив ногу на ногу, облокотившись рукой о столешницу. Развалился. – Выглядишь как… - хохотнул, не став договаривать, но подразумевая явно чучело. – Иди, иди. А я пока зелье чистоты сварю. Ты-то ведь не умеешь, а платье в порядок надо привести. Да просто я знаю, что у Амалии, - пояснил в ответ на немой вопрос «тебе-то что за забота?», - их практически нет.
- Хорошо, пойду мыться, - не стала спорить Милочка, понимая, что в данном случае сыщик прав. – Только переоденусь.
- Зачем? – остановил ее Статанори. – Это слишком долго. Я не собираюсь торчать тут всю ночь. Мне еще в Департамент надо, - наверняка подумал, что там его ждет Ессениэль, гад ползучий. Обаятельно улыбнулся непонятно чему. То ли своим мечтам о встрече, то ли тупости помощницы. – Иди в ванную, снимай платье и мне его подашь. А сама потом в полотенце выйдешь, - с невозмутимым видом выдал инструкцию.
- В полотенце? – разозлилась Милочка на слова сыщика и придуманным ею же его мечтам. – Это что же, Амалия перед тобой почти голая щеголяла? – как-то не сходилось с ее представлениями о скромной застенчивой девушке, тайно обожающей начальника. – Нетушки, я лучше халат поищу, - собралась гордо проследовать в спальню.
- Она не щеголяла, но ты-то другая. И вроде не стеснительная. Видел я, как тебя наг за задницу хватал, а ты глазки от умиления закатывала, - хмыкнул сыщик, поджав губы. – А вообще, халат тоже в ванной. Но в полотенце ты бы смотрелась интереснее, - в упор уставился Милочке в глаза, пытаясь прочитать, что в них отразилось.
Ничего кроме упрямства и желания стукнуть Статанори по голове чем-нибудь тяжеленьким, вон той, например, алюминиевой поварешкой размером в суповую тарелку, у Милочки не возникло. Она гневно прищурилась и прошла парадным шагом, которому научилась у ментального червя, в ванную, хлопнув дверью. Осмотрелась, действительно обнаружив на вешалке тонкий сатиновый халатик с рукавами три четверти и запа̉хом на тесемочках, желтого цыплячьего цвета и длиной до самого пола.
«Ладно, сойдет, - подумала о халате, раздеваясь. – Не совсем бабкин. Но гардероб надо бы обновить. Обязательно, - открыла кран. – Ой! - вздрогнула от холодной, прямо ледяной воды, которая не хотела становиться теплее, как ни крутила ручку влево-вправо. – Под этим мыться? Я ж замерзну. Он издевается надо мной что ли?» Это уже про сыщика, не объяснившего правила пользования местной сантехникой.
Пришлось натягивать халат и выглядывать за дверь в лабораторию, где вовсю активничало начальство, вытаскивая с полок шкафчика над умывальником какие-то бумажные кулечки с этикетками, читая их и какие-то откладывая на стол, а какие-то отправляя обратно. Сосредоточенно. Так, что шевелились полные губы, шепча непонятные слова вроде «амальранус кольчатый хорамон, не надо», «эндормант игор пахучий неперечный, есть».
Затем Статанори оглядывал разложенные рядком кульки, пересчитывал их, тыкая указательным пальцем в каждый, понимал, что чего-то не хватает, и снова шарил в шкафу. Видимо, не мог найти последний или предпоследний ингредиент для зелья.
- Ундраг, - позвала Милочка, высунув только лицо и шею, - я не могу воду горячую включить, - откинула назад распущенные, длиной почти до пояса, темно-каштановые волосы, чтобы не закрывали обзор, но они всё равно свесились снова.
Повытаскивав из прически все заколки, обнаружился вот такой шикарный бонус к уже имеющейся красоте Амалии. Густые, чуть волнистые локоны радовали глаз. Аж завидно. Потому что сама Милочка никогда волосы не отращивала. Самое большее в ее жизни было удлиненное каре. А тут… как в сказке про Рапунцель.
- Что? – обернулся сыщик и застыл с пакетиком в руке. Некоторое время таращился, не понимая, чего от него хотят, или просто тупо разглядывал девушку, потом отмер, сглотнул и спросил. – Повторите, я не расслышал, - скосил на это.
- Как включается горячая вода? – чуть не по слогам произнесла Милочка и наклонила голову вниз, чтобы посмотреть, на что уставился сыщик. Тут же поправила слишком широко распахнувшийся вырез халата, хмыкнула, что Ундраг в своем репертуаре, и повторила. – Горячую воду как включить?
- А-а, понял, - Статанори положил кулек на стол, не читая этикетки, чуть не промахнулся мимо, потому что не туда глядел, и пошел в ванную.