Страница 40 из 148
Второе слабое звено, откуда могла уйти информация – это риелторы; неизвестно, с кем они могут быть связаны. Третье – банковские работники, участвующие в проведении сделки. В общем, мы пришли к выводу, что лучше бы нам деньги из банка не выносить, а сразу положить их на счет. Об этом мы еще до сделки сообщили риелтору. Открыли в банке валютный счет, проконсультировались о возможностях перевода денег в Санкт-Петербург. Короче говоря, всем, причастным к сделке, мы недвусмысленно дали понять, что деньги останутся в банке.
И вот сделка состоялась. Покупатель получил свои документы на квартиру, банк – ипотечную задолженность, риелтор – свои комиссионные, а мы – кучу наличной валюты. Все разошлись, вполне довольные результатом. А мы остались в банке со своей головной болью. Дело в том, что отделений этого банка на Моховой в Петербурге не было, и, чтобы получить свои деньги, нам надо было оформлять перевод. А процент за валютный перевод был жутко завышен, и мы таким образом теряли чуть ли не десять тысяч долларов. Очень этого не хотелось. В то же время у нас был открыт валютный счет в банке неподалеку от дома, и, положив деньги туда, мы могли получить их в Петербурге без уплаты каких-либо комиссионных.
И тогда мы пошли на риск. Сложили наши доллары в неказистую сумку и пошли к машине. Решили, что ничего нам не угрожает, поскольку все заинтересованные лица уверены, что мы оставим деньги на счете. Вышли из банка, перешли улицу по подземному переходу – самое опасное место на этом маршруте, – вышли к библиотеке Ленина. Напротив главного входа стоял ларек. Аромат жареных пирожков разносился по всей улице. Очередь там была – человек пять-шесть. И тут Лена говорит:
– Есть хочется, давай съедим по пирожку.
А меня смех разобрал. Я ведь шел, словно шпион на явку: глаза вправо-влево скосил, незаметно обернулся, всех встречных глазами обшарил… И как представил, что вот сейчас мы встанем в очередь за пирожками, а потом будем есть их за стойкой прямо на улице… Беззаботно так, как будто у меня в сумке не почти полмиллиона долларов лежат, а банный веник и грязное белье.
Нет, не стали мы, конечно, пирожками баловаться, а без приключений дошли до машины и затем благополучно добрались до нашего банка, где освободились от опасной ноши.
Но те пирожки мы запомнили».