Страница 36 из 148
Нашли подходящий дом в 2013 году, но процесс покупки растянулся на два года
Дом, который лег нам на душу, мы нашли довольно быстро – на второй год поисков, в сентябре 2013 года. Но вот с его покупкой дело складывалось долго и трудно.
Увидели на воротах надпись «продается», позвонили по указанному телефону. Владелец дома говорит, что, да, дом продается, но сам он его показать не может, потому что живет на материке, однако в доме проживает семья арендаторов, они все покажут и расскажут. Постучали в калитку, выглянула молодая татарка, сказала, что муж на работе, вернется после семи, «вот к этому времени и приходите».
Пришли вечером. Встретил нас парень лет тридцати. Провел по дому. Показал участок, точнее, тот его кусочек, куда мы смогли попасть, так как большая часть густо заросла кустами, деревьями и сорняками, в общем, сплошные джунгли, без мачете не пройти.
Разговаривал с нами арендатор вежливо и доброжелательно. Однако чувствовалось, что нашему интересу он не рад. В общем-то, понятно: живет он здесь уже лет пять, за это время они с женой успели обзавестись тремя детьми. Денег за аренду владелец дома с них не берет – уж лучше так, чем дом будет пустым стоять, дом без людей быстро приходит в негодность. Опять же, в пустующем доме могут бомжи поселиться, превратят его в свинарник, а могут и сжечь нечаянно. Арендатор – человек с руками, дом привел в жилой вид, вместо печного отопления устроил систему водяного отопления с чугунными батареями и котлом на дровах и угле. Даже унитаз и душ в доме поставил. Понятно, что никак не хотелось бы ему отсюда съезжать. Но такой у него договор с владельцем: показывать дом потенциальным покупателям. Тут он слово держит. Но при этом не умалчивает про недостатки.
Дом старый, саманный, понемногу рушится. Арендатор показал нам, что стены в нескольких местах в трещинах. Это значит, что фундамент слабый, а может быть, его и вовсе нет, в Крыму так часто строили. Воду дают ночами, ее не хватает, приходится покупать привозную, а это дорого. По этой причине они ни огород не держат, ни сад – поливать надо постоянно, иначе все выгорит на солнце. Мы поинтересовались насчет колодца или скважины, но арендатор сказал, что надежды мало, тут такое место, где подземные воды – большая редкость.
В общем, мы огорчились, но не настолько, чтобы отказаться от этого варианта. Уж очень место хорошее. И участок замечательный, ровный, правильной формы, и довольно большой, мы и на шесть соток были согласны, а тут целых восемь. И цена нам понравилась, невысокая, всего двадцать пять тысяч долларов. По тогдашнему курсу выходило примерно семьсот пятьдесят тысяч рублей. Решили, что мы этот дом непременно купим. Затем сломаем его и построим новый, может быть, даже в два этажа.
Снова звоним владельцу с нашими хорошими новостями, но тут он нас слегка остудил. Сказал, что перед нами дом смотрел другой покупатель, тоже из России, москвич, дом его заинтересовал, он даже задаток оставил, но при этом взял время на раздумье. Так что нам ничего не остается, как вставать в очередь и ждать, что решит московский покупатель. Мы сначала подумали, что продавец решил таким образом поднять цену. Снова ему перезвонили, осторожно спрашиваем, что если вопрос в цене, то пусть он ее озвучит, мы будем думать. Но тот эту тему не поддержал, сказал, что цена – ровно двадцать пять тысяч, ни больше ни меньше. А тут уже и наш отпуск подошел к концу, пришла пора возвращаться в Петербург. Решили, что, если до следующего лета здесь ничего не прояснится, продолжим поиски. Из Питера еще дважды связывались с продавцом, но ситуация никак не изменилась. А потом на Украине случился Майдан. Наш знакомый риелтор из Симферополя, с которым мы заключили договор о документальном сопровождении и оформлении сделки, порекомендовал нам пока все телодвижения в отношении покупки недвижимости приостановить, мол, неизвестно, куда это все выплывет и чем закончится.
Про нашего риелтора стоит рассказать подробней. Слава, так его зовут, оказался нашим земляком, он родился и вырос в Кронштадте. Потомственный военный. В Симферополь его направили по службе еще в далекие времена СССР. Говорил, что сначала не очень понравилось, а потом полюбил Крым как свою вторую родину, вышел в отставку и остался в Симферополе. Открыл агентство недвижимости. Когда в Крыму началась «Крымская весна», принял в этих событиях самое непосредственное участие. Сначала со своим другом и бывшим сослуживцем пришел на митинг у здания Крымского парламента. Там случилась потасовка со сторонниками Майдана, Славе выбили зуб и сломали палец на руке. После этого он со своим другом записался в ополчение. Оба – старшие офицеры Советской Армии в отставке, обоим за шестьдесят, а согласились быть простыми ополченцами. Месяц они каждый день, как на работу, ходили вместе с «вежливыми людьми» блокировать воинские части и места дислокации силовых структур. Как люди, прошедшие через несколько горячих точек, воевавшие в Афганистане, они понимали, что ежедневно рискуют жизнью, но оставаться в стороне не могли. Когда Крым вернулся в Россию, Славе вручили медаль «За защиту Крыма». А затем еще одну от Министерства обороны РФ – «За возвращение Крыма». Наградами Слава гордился, они висели на видном месте у него в офисе.