Страница 45 из 81
— Это все? — спросил я, хотя знал ответ.
— Все, — кивнула Цапля. — Вирус самоликвидировался. Он оставил только ложные следы. Если кто-то попытается восстановить транзакции, они увидят персидские IP, персидские счета, персидские имена. Мы чисты.
Она закрыла ноутбук и повернулась ко мне. В ее глазах мелькнула усталость, но вместе с тем и довольство.
— Через час биржу закроют официально, — сказала она. — Но уже без толку. Все, что нужно, мы сделали.
Я встал, прошелся по комнате. Ноги затекли, спина болела от долгого сидения. Я подошел к окну и выглянул на улицу. Начало светать. Внизу уже просыпался город: загудели первые машины, открылись лавки с хлебом. Никто из этих людей не знал, что наверху, в мире больших денег, только что случилась катастрофа. Для них — обычный день.
Я обернулся к Цапле.
— И что теперь? — спросил я.
Она пожала плечами.
— Теперь мы ждем, пока деньги осядут. Неделя, другая. Потом они поступят на наш счет. А дальше уже сами решите, что с ними делать. Мне главное взять свое, а после поехать куда-нибудь в жаркие страны, где много солнца, море с роскошными пляжами и тишина.
— А что с султаном? — спросил я. — Он ведь не останется без денег? У него же есть личные сбережения, золото, недвижимость?
Цапля усмехнулась.
— Султан был самым богатым человеком в Османской империи. Но он держал почти все свои активы на бирже. Это было удобно — быстрый доступ к деньгам, управление через одну систему. Мы обнулили его основные счета. Да, у него остались дворцы, земля, драгоценности. Но ликвидные деньги — все. Он больше не сможет финансировать свои армии и тайные проекты. Это был удар по самому сердцу его власти.
Я невольно присвистнул. Мы не просто украли деньги. Мы лишили султана возможности платить своим людям. Это было гораздо серьезнее, чем просто грабеж.
— А предприятия? — продолжил я. — Фабрики, верфи — они ведь обанкротятся. Люди потеряют работу.
— Да, — спокойно ответила Цапля. — Но это неизбежно. Если мы хотим ослабить султанат, мы должны разрушить их экономику. Через неделю, максимум две начнутся бунты, забастовки. Армия без снабжения воевать не сможет, люди без денег не будут работать. Ну, а завтра вирус начнет действовать уже на серверах персов — глупо иметь общую сеть, настолько слабо защищенную. И следы, как ты сам помнишь, приведут к туркам.
Я сел обратно на стул. Мне стало немного не по себе. Мы играли в большие игры, а пешками были обычные люди, которых мы никогда не увидим. Но я быстро отогнал эти мысли. Мы выбрали свою сторону и действовали во благо своих. В конце концов, они нам не друзья, а даже скорей враги. Посеявший ветер — пожнет бурю.
— Ладно, — сказал я. — Ты права. Будем считать, что операция прошла успешно. Ты отделила свою часть?
— Не переживай. Свои жалкие полтора процента я забрала. Жлоб.
— Этого даже твоим внукам хватит, так что не гунди. Где там парни?
— По моим прикидкам, будут тут через пару часов.
— Хорошо. Как только они появятся, сворачиваемся. Мы уходим первыми — ты за нами, и после этого мы друг друга не знаем. Дальше ты сама по себе.
— Все как и договаривались, — кивнула она. — С тобой было приятно работать, несмотря на некоторые нюансы. Нужна будет помощь — я потом скажу, где меня найти. А пока у нас есть время… Я ни за что себе не прощу, если не трахну тебя! Вот из принципа.
Ее майка полетела в сторону, туда же улетели и трусики. И вот она, абсолютно голая, прыгнула на меня, повалив на постель.
— Плоть слаба. Разум сильней плоти, — попытался я оттолкнуть ее от себя, но руки уперлись в голую грудь, а там как-то все само завертелось…
А где-то далеко, за тысячу километров от них, раздавался вой разоренного султана Ахмедшаха и проклятья в сторону вероломных персов. Он еще не знал, что точно так же завтра его будет проклинать уже царь Дарий…