Страница 26 из 42
Глава 21
Месяц пронесся, как один день.
За это время я полностью вернулась в форму и восстановила утраченные знания по репертуару и технике. Расспросов о том, что я делаю в коллективе, особо не было.
Хорошо, что и дядя Али, и Самир вели относительно закрытый образ жизни в части семейных вопросов. Меня особо никто не знал из танцующей молодежи. Ирина Магомедовна сухо представила меня как нового участника коллектива, сказав, что когда-то в нем танцевал и мой отец, но без подробностей.
Хотела предложить место солистки, но я отказалась- слишком велик риск перетащить на себя ненужное внимание. Хоть мы гастролировали за границей, все равно это было вовсе ненужно...
Толстый слой косметики, яркие сценические наряды умеют обезличить человека. Меня устраивало, что я растворяюсь в толпе, при этом получая удовольствие от того, что делала, а было именно так- я любила танцевать.
Именно через танец сейчас я только и могла прорабатывать свои невыплеснувшиеся эмоции. Только в танце и могла дать волю чувствам, которые во время переезда от точки к точке или разговора с девочками из
труппы ни о чем, прятала глубоко внутрь.
Моя обида на предателя- Заина, моя боль от связи с абьюзером-
Самиром, нарочитая строгость дяди Али, которая невольно бросала тень его осуждения и на светлую память моего отца... Все это я выражала в танце, посылая на кончиках пальцев и во взмахе рук свои мысли и переживания во вселенную...
- Ах, девочка моя, ты рождена быть солисткой... Как же обидно, что обстоятельства складываются так, что ты насильно на задних ролях.... вздыхала Ирочка Магомедовна всякий раз после выступления или плодотворной репетиции.
Я лишь смущенно улыбалась. Не до славы и внимания. Только-только начинала приходить в себя, осознавая, как моя жизнь изменилась на сто восемьдесят градусов. И в то же время, не было ощущения почвы под ногами.
Пока я парила... Все наши перелетные птички из коллектива рано или поздно осядут, а я... Где мое пристанище?
Наш гастрольный тур включал сразу семь городов Турции с финальным концертом в Стамбуле. Для местной культуры Лезгинка- не просто экзотика, но в каком-то смысле и часть собственной идентичности. Слишком тесно наши кавказские народы переплелись с историей и этой страны. Здесь проживала довольно большая диаспора выходцев с Кавказа, да и другим туркам эти танцы были хорошо знакомы. Наши девушки исстари славились здесь своей красотой, пленяя османских султанов, потому интерес к выступлениям коллектива был обеспечен.
Сегодня у нас Анталия. Позднеосеннее солнце играло в барашках на синем море. На проживание нам выделили прекрасный отель на прибрежной линии. Когда зашла в номер и увидела вид из окна, буквально приросла глазами к большой воде. В республике у нас тоже было море и я всегда хотела на нем жить, но... не срослось. Дом дяди Али был высоко в горах, а Самир жил на плато в новой части столицы в противоположной стороне от моря. Дом Заина был хоть и на возвышенности, но с видом на море. Правда, вспоминать о нем не было смысла... Это не мой дом, не моя судьба, там уже была хозяйка...
Провела на балконе с раннего утра до полудня. Здесь дышалось легче.
Уже который день меня подташнивает. Наверное, постоянные перемещения и питание в общепитах имеет свои последствия. Я не привыкла к такому графику- и потому ощущения были странными. А может это психосоматика...
Одна из девочек даже поделилась активированным углем. Видимо, хорошенько меня зацепило, что даже от лица кровь отхлынула.
К вечеру, после выступления, во время которого у меня закружилась голова, меня позвала к себе Ирина Магомедовна.
Странный внимательный взгляд, поджатые губы... Сердце ушло в пятки.
- Жадия, скажи, а когда у тебя в последний раз были месячные?
Она произносит это- а у меня перед глазами все плывет. И щеки горят....
- Я... я же не могу...- голос задрожал.
Она стала предельно собранной. Глубоко вздохнула.
- Камила сказала, тебе тошнит уже какой день.
- Ну, это от местной еды, наверное...
- Ты бледная... На, бери,- протягивает мне тест,- можешь не ждать утра.
Если да, то он наверняка и сейчас покажет. Я же правильно понимаю, что это если и произошло, то произошло до нашего отъезда на гастроли...
- Конечно... У меня больше не было никого... У меня был только...
Заин...
Господи... Пока я шла к туалету, сердце уже было в горле.
Осознание всего ужаса настигло такой дикой волной шока и неверия...
Он не предохранялся... А я... я словно бы в трансе была в его
объятиях... под ним...
Из уборной я вышла на ватных ногах. Теперь, когда я знала, чувство
тошноты было почти нестерпимым...
- Покажи,- строго произнесла Ирина Магомедовна.
Я дрожащими руками протянула ей тест с двумя полосками.
Она тихо заругалась вслух.
- Ты же понимаешь, Жадия, что физически не можешь продолжить гастрольный тур с нами...
Я нервно сглотнула. Страх снова вернулся. Дикий, опоясывающий страх беспомощности. Я не могу туда вернуться снова. Я не хочу... Я... даже представить страшно...
- Пожалуйста...- прошептала беззвучно. Слезы хлынули сами. Слезы отчаяния и шока.
Ирина Магомедовна откинулась в кресле, устремив взгляд в окно. На ее высоком лбу проступили морщины.
- Жадия, у меня была определенная мысль, когда мы ехали сюда... Я говорила тебе. Наша последняя точка в туре- Стамбул. Там у меня есть друзья, бывшие ученики. Они открыли школу танцев, уже несколько лет живут тут.
Клиентура есть. Местные черкесы водят своих детей- сохранять традиции. Я думала поговорить с ними и пристроить тебя на время у них поработать. Но пойми... Сейчас это все усложнится. Ты здесь по поддельным документам.
Одной спрятаться еще как-то можно, но вот с ребенком... С Его ребенком, Жадия... Заин не простой человек. И дело не только в его возможностях. Ты знаешь о его прошлом? Знаешь о его кузене?
Я шокированно застыла глазами на Ирине Магомедовне. Покачала
отрицательно головой. Она снова с шумом выдохнула.
- Заин Шейхисламов, Жадия, вовсе не Шейхисламов при рождении. Его фамилия- Гарбеков. Шейхисламов- фамилия мужчины, который когда-то был кровным врагом их большого рода.
- Я ничего об этом не знаю...