Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 47 из 67

Ведь Месмеру, ослепленному собственным величием, и в голову не могло прийти, что Анна просто сымитировала подчинение его воле, поэтому находясь в здравом уме и трезвой памяти, вышла из дома и освободила пленника.

* * *

Анна, в минуту смертельной опасности действовавшая как амазонка, сейчас готова была провалиться сквозь землю от стыда.

Тогда это было единственно правильным решением. А как сейчас? Она чувствовала себя нашкодившим котенком, и поэтому всю дорогу в машине молчала, забившись Якову под мышку.

Зато теперь они вместе могут быть в ванной, подавать друг другу полотенца, просить потереть спинку. Ой, а ведь с того пикника она так больше и не ласкала его спину. Ну теперь-то она уж точно наверстает все упущенное. И никаких больше «для Вашего же блага», «Вам нужно отдохнуть» и т. д. и начнет сразу же, лишь они войдут домой.

А Якова тоже раздирали противоречивые мысли. Как только они будут у себя, сразу же появится (вернее, оно уже появилось)желание повторить пройденное. Но она устала, напереживалась, не покажется ли он ей чересчур напористым? И хоть сейчас нужно купить цветы.

«Ага, сходи опять за хлебушком! А то смотрю, мало было!» — знакомый голос и правда заставил суеверно испугаться. Лучше уж по телефону доставку заказать.

Едва переступив порог, они потянулись друг к другу с поцелуями. Но тут Яков увидел в волосах Анны какие-то опилки, а она обнаружила огромную ссадину на лбу любимого. Срочно нужно было исправлять положение.

— Вы у меня как Золушка, милая и чумазая. Отмыть Вас нужно.

— А Вы у меня как раненый воин. Лечить Вас нужно.

Обработав рану Якова, она позволила ему унести себя ванную, где он и правда принялся ее отмывать, как Мойдодыр.

— Яков Платоныч, меня теперь сороки украдут, буду вся блестеть, — со смехом пыталась умерить его рвение. Боясь, что и правда, перестарается, Яков завернул ее в полотенце и отнес в постель. Быстренько смыв с себя следы пребывания в заключении, он в предвкушении продолжения страстной ночи поторопился к любимой. Анна потянулась за поцелуем и объятиями и, получив желаемое, мирно засопела.