Страница 13 из 67
— Антон Андреич! А Вы как тут оказались?
Да и гнева уже не было, ведь главное, что он вовремя нашел Анну в таком критическом состоянии. Не окажись тут Скороходов, неизвестно, чем бы все закончилось.
Зная, что позаботиться об Анне некому, Штольцев без раздумий поднял девушку с дивана.
_-Антон Андреич, закройте тут все и Александра Францевича отвезите.
Увидеть Штольцева с девушкой на руках — это последнее, что могли бы вообразить себе его коллеги, будь у них возможность принять участие в составлении каталога из серии «Невозможное — невероятное». Его циничное отношение к женскому полу было притчей во языцех.
Бережно держа свою драгоценную ношу, Штольцев направился к двери, оставив позади два соляных столба, в которых превратились Миллер со Скороходовым.
«Конспи-ггг-аация, батенька, еще раз конспи-ггг-а-ация», — цитируя дедушку Ленина, пытался образумить Штольцев II.
Но Яков его не слушал. Он вез Анну в свою холостяцкую берлогу, порог которой не переступала ни одна женская нога, за исключением его родной тети Сони, ныне покойной.
Уложив Анну на кровать и тщательно укрыв теплым одеялом, Яков пошел ставить чайник.
Возвратившись, он осознал, что кровь пульсирует в висках так, будто он только что сразился с вражеским легионом. Он чувствовал себя как завоеватель, захвативший драгоценный трофей. Он готов был исполнить какой-нибудь ритуальный танец под звуки тамтамов и завладеть без остатка красавицей, беззащитно лежавшей в его кровати.
«Аве, Цезарь! Может все-таки барышню в чувство приведешь? Можешь поцеловать, как в сказке 'Спящая красавица..» — засуетился Штольцев II.
Яков потер подбородок, отгоняя наваждение, опустился на кровать и начал аккуратно растирать заледенелые ладошки Анны, пару раз не удержавшись и поцеловав тонкие пальчики.
— Анна Викторовна! Очнитесь, пожалуйста, — рука Штольцева легонько похлопала по щеке девушку.
Вздрогнув, Анна открыла глаза, еще совершенно не понимая, где она и что с ней. Только знакомый голос вел ее из мрака на свет.
— Я сейчас чай принесу.
«Чай», — машинально повторила она. «Яков. Яков», — мысль билась, как птица в клетке. Она слышала его голос, чувствовала его руки. Она не бредит.
И только увидев Штольцева с кружкой в руках, она окончательно поняла, что это, действительно, он, несет ей чай.
— Анна Викторовна, как же Вы нас напугали. Что с Вами случилось?
Анна потрясенно смотрела на него и не верила. Живой. Здоровый. Глаза ее медленно стали наполняться слезами. Взгляд Анны выражал такую боль, такое страдание, что у Якова закололо в груди. «Ну вот, Железный дровосек, теперь ты знаешь, что у тебя есть сердце». Опасаясь, как бы она опять не потеряла сознание, Яков присел возле кровати, и хотел взять ее руки в свои, но Анна покачала головой. «Нет». Он застыл в растерянности.
Девушка обхватила ладошками его большую руку и поднесла к губам. Осторожно, будто боясь обжечь его, начала покрывать поцелуями всю ладонь, от основания до кончиков пальцев.