Страница 92 из 119
Глава двадцать девятая. И кронпринц
– Покончим с этим фарсом, – кронпринц Варунвирья говорил презрительно-лениво, словно зевая. Стало быть, все те нелестные песенки, что ходили по глубинке, были правдивы хотя бы отчасти. Королевские одеяния были сшиты по его фигуре. Одет он был в парчовую тунику, украшенную символами правления его отца. Его тело выглядело подтянутым, как будто он много времени уделял тренировкам. На его красивом лице уже проявлялся возраст: в уголках глаз виднелись морщины, а на висках была седина. Экс вынужден был признать, что портреты не лгали, и выглядел он впечатляюще.
Мастер Рей и другие охотники простерлись перед ним, хотя и без излишней поспешности. Несмотря на его претензии на божественность, многие из них застали смену слишком большого количества принцев за последние несколько десятилетий, чтобы испытывать к ним нечто большее, чем умеренное почтение. В особенности это касалось мастера Рей, которая осторожно опустилась на землю, притворяясь более хрупкой, чем на самом деле.
Когда они провели достаточно времени на земле лицом вниз, принц Варунвирья дернул подбородком.
– Можете встать, – сказал он. Мастер Рей отряхивала свои одежды, по-прежнему почтительно склонив свою бритую голову: – Я знаю, что мальчишка здесь.
– Я бы не стала лгать, мой принц, – сказала мастер Рей. – Он не возвращался с тех самых пор, как отправился в путь три месяца тому назад, господин.
– Я не собираюсь с вами спорить, наставница. – Принц Варунвирья дернул головой, и кто-то из солдат подтащил вперед человека с мешком на голове, которого заставили встать на колени. Мешок сдернули с его головы, и Чушка ошарашенно завертел головой. Лицо его было багровым, во рту у него был кляп, лоб был покрыт испариной, а один глаз подбит. – Этот человек из вашей гильдии. И он сказал, что видел охотника Экса в городе. Он что, солгал мне?
Мастер Рей нахмурилась, явно не ожидая, что сюда притащат Чушку.
– Я об этом ничего не слышала, мой принц. Я знала его еще ребенком, и он не лжец. Но охотника Экса здесь нет.
– Тогда… вероятно, кто-то другой мне солгал. – Принц Варунвирья потер подбородок, задумчиво прищурившись. Непонятно было, шутит он или нет. – Неужто мой верный слуга, министр магии, почтенный Праведная Буря,
солгал
мне? Министр Айюн, объяснитесь же.
Кровь ударила Эксу в голову, когда из рядов слуг вышел некромант. Он был умыт, причесан и еще более вычурно разодет, а вместо простого костыля он использовал украшенную драгоценностями клюку.
– Мой принц, возможно, все мы говорим правду. – Несмотря на то, что большую часть его лица прикрывала вуаль, Экс буквально слышал с другого конца двора ухмылку в его голосе. – Возможно, этот человек видел молодого охотника и знает, что он здесь. Возможно, наставники его пока еще не видели. Насколько я знаю, мой принц, мальчишка умеет скрываться и при этом весьма нагл. Мятежное отродье. Возможно, он решил не показываться старейшинам на глаза и действительно сейчас находится в городе, хотя они этого и не знают. Если им нечего скрывать, то мы могли бы обыскать это место…
– Вы не посмеете, – сказала мастер Рей и, судя по ее взгляду, она не испытывала к нему ни капли уважения. – По закону Священного Камня наши земли священны, и ереси придворного мага здесь не место.
– Священны? – Айюн фыркнул. – Это разваливающийся музейчик, Рей. Все вы – реликты. Обманщики, прячущиеся за непонятными ритуалами и пользующиеся суеверием невежественных крестьян.
– Невежественный здесь только ты, Айюн. Такие, как ты, без всякого зазрения совести крадут у духов и в угоду собственной гордыни присваивают себе их силу. Поверь, и на тебя суд найдется.
Принц Варунвирья повел ухоженной бровью, глядя то на Рей, то на Айюна, пока эти двое яростно ругались – видимо, между ними была давняя личная ненависть.
–
Это он
, – сказал Экс, и мастер Сеуа, нахмурившись, с сомнением посмотрел на министра. –
Тот самый некромант, что украл у меня глаз Шар-Алы.
Поскольку мастер не знал всей истории, слова Экса его не тронули вовсе. Он мог бы сказать, что на гавань напал дракон, и выражение лица наставника не изменилось бы. Мастер Сеуа положил ему ладонь на плечо и кивнул в сторону колодца и туннеля, что уводил в гавань.
–
Что бы ты ни сделал, мальчик, если ты останешься, то они, боюсь, тебя убьют.
Экс растерялся.
–
Вы хотите, чтобы я бежал?
– Это шло вразрез со всем, чему наставник его учил. –
Но я не сделал ничего плохого.
Мастер Сеуа вздохнул, и губы его скривились в усмешке, пока он следил за происходящим.
–
Когда речь идет о власти, нет правильного и неправильного. В некоторых боях победы не одержать.
Экс знал, что поверят не ему, а скорее как раз любимчику принца, но все еще надеялся, что если он вернется домой и расскажет правду, то все будет в порядке. Наставники наверняка ему помогут как-нибудь выкрутиться из этой ситуации. Все исправят. Но сейчас человек, которому он в этом мире доверял больше всего, велел ему бежать. Оставить дом и никогда не возвращаться. Все бросить. Все, к чему он стремился всю жизнь?
Со двора послышался сдавленный вопль, полный боли. Принц Варунвирья устал от споров. Он стоял рядом с Чушкой, у которого из живота торчала окровавленная рукоять золоченого ножа. Из-за кляпа во рту крики Чушки были глухими и невнятными, так что ему оставалось лишь в ужасе смотреть на рану.
– Мне надоело торчать под дождем, – сказал принц Варунвирья и протянул руку. Один из слуг чистой тряпицей вытер кровь с его рукава. – Наставница, я буду подчиняться закону Священного Камня, пока мой отец не отменит его. Но мой министр говорит вещи, с которыми трудно поспорить. Вы явно не знаете, находится ли здесь охотник Экс. Этот человек наполовину лжец, а значит, получит половинное наказание.
Мастер Рей прикрыла рот ладонью, после чего склонила голову.
– Молю вас, мой принц, пощадить мальчишку.
Принц прищурился, затем дернул головой.
– Забирайте его.
Чушка тихо всхлипывал, когда двое охотников спустились по ступеням и занялись им. Гнев переполнил чашу терпения Экса, и он сорвал амулет Ариньи с шеи, сунув его в руки мастера Сеуа.
– Берегите ее, – сказал он. И прежде, чем мастер Сеуа успел его остановить, Экс вышел из бамбуковых зарослей и направился прямиком к месту происшествия. Когда он пересек двор, внимание каждого охотника было приковано к нему. Королевская свита обратила на него внимание парой мгновений спустя.