Страница 7 из 119
Перед глазами у Экса после одного особенно мощного удара в челюсть все плыло, и он смог разглядеть лишь две пряди черных, как вороново крыло волос, выбивавшихся из-под ее капюшона. Она была высокой и немного округлой, с мускулистыми руками и большим животом, почти как у того, кто его избивал.
Это что, та самая дочка кузнеца? Нет, этой женщине здесь было не место. От нее пахло жасмином и шелком, ее ездовая обувь была не потрепана, а такую блузку-сабай и чонг крабен – они же запашные шаровары – селянки не носили. Экс удивился, что не заметил ее сразу, как только вошел сюда, но он из седла подался сразу к барной стойке.
– С чего бы мне тебя слушать, шлюха? – Толстяк плюнул ей под ноги.
– Выбирай противников себе по росту, – сказала она.
– Эй, – запротестовал Экс, закашлявшись и сплевывая зуб. – Не такой уж я и маленький.
Но даже будь он чуть крупнее среднего, в сравнении с этим здоровяком он был словно тощая креветка.
– Тебе тут тоже не место, краснокожая, – толстяк шагнул к ней.
Это было его ошибкой.
Одним плавным движением она прыгнула вперед и пнула его ногой прямиком в пах. Пока он падал, она ударила его коленом в лицо. Идеальный стиль муай боран, да еще столь изящный, что и дэвы бы вскричали – подобное узреть можно было лишь на рингах парящего города.
Мужчина упал на пол без сознания. Повисла тишина.
– Еще герои есть? – поинтересовалась женщина.
Мужик, стоявший за Эксом, отпустил его и пошел оттаскивать Толстого, пытаясь сохранять достоинство, насколько это было возможно… но вышло не очень.
Дядька крикнул, приказывая всем возвращаться по своим делам, и музыкант снова взялся за дудку. Попытка вернуть веселье оказалась безуспешной – со всех сторон на очевидно проигравшего Экса неодобрительно косились, от чего у него волосы дыбом на шее вставали. Он мог себе представить, что они думали –
жалкая тварь, а не охотник! Его баба спасла?!
Экс вздохнул про себя от тревожной мысли, что музыкант уже наверняка придумывает глумливую песенку про этот случай.
Пора уходить. В конце концов, его ведьма ждет.
– Спасибо, незнакомка, – поблагодарил Экс свою спасительницу, пытаясь устоять на ногах, собирая вещи. – Правда, ты не обязана была вмешиваться. У меня все было под контролем.
– Конечно.
Прежде, чем он успел ей ответить, он почувствовал, как тошнота подступает к горлу.
– Надо подышать, – выпалил он, сбегая вниз по лестнице. Доковыляв до грязной деревенской дороги, он изверг содержимое своего желудка прямиком в лошадиное корыто. Рисовое пойло еще было сносным на вкус, когда он его заглатывал, но вот на обратном пути скорее напоминало уксус. Он сплюнул пару раз и вытер навернувшиеся на глаза слезы, прежде чем попытаться выпрямиться.
– Охотник. Я слышала, что ты собираешься покинуть деревню.
Женщина терпеливо ждала его позади. Видна была лишь нижняя часть ее лица. У нее была ямочка на подбородке, из-за чего он напоминал сердечко, а ненакрашенные губы были недовольно изогнуты. Экс заметил, что у нее на поясе болтался кинжал из сайорамской стали, но он был скорее украшением. Ни один бандит его не оценил бы.
– Эм. – Он наклонил голову набок, пытаясь заглянуть ей под капюшон. – Как вас зовут?
– Аринья, – ответила она.
– Аринья, – весьма мелодичное имя; из срединных или южных земель, хорошо ложится на язык. – Я очень благодарен вам за помощь.
Он осмотрелся в поисках Бродяжки, но не увидел его рядом с двумя осликами, где тот должен был стоять. Коричка оставалась на месте и недовольно на него зыркала.
– Всегда пожалуйста, – сказала Аринья. – А вы кто?
– Экс, я…
– Да, я слышала, вы охотник на фи. – Она улыбнулась, обнажая удивительно ровные зубы. – Трудно не заметить.
Он так и не понял толком, как это воспринимать – как насмешку или констатацию факта, так что просто пожал плечами и отвернулся, утирая свое лицо ладонью и ныряя в Вечносущее, чтобы беззвучно пробормотать заклинание, потянув из окружающего магию, которой так богат был высокий север.
Поцелуи Шивы каскадом ниспадали по его коже, из-за чего его раны начало покалывать. Синяки зажили, порезы затянулись, выбитый зуб стал расти заново. Зубу, впрочем, потребуется больше времени.
Когда он посмотрел на женщину снова, она даже не двинулась с места. Она смотрела на него с явным интересом, приоткрыв рот.
– Что ж, мне пора, – подлечившись, Экс шагнул назад в сторону Корички. – Я обещал ведьме, что прибуду к рассвету. А уж Ведьму Кривого озера не стоит заставлять ждать.
– Я слышала об этой ведьме, и мне тоже надо ее повидать. Я подумала, что вы, быть может, могли бы меня сопроводить.
– Я собираюсь идти этой ночью по лесу, – ответил Экс, ожидая, что она испугается от одной мысли о подобном. Выражение ее лица не изменилось. Может, стоит использовать иной подход? – Учитывая, как вы расправились с тем толстяком, я бы сказал, что эскорт вам не нужен. Но вот с духами такое не пройдет. Вам лучше подождать до рассвета и держаться дороги.
– Моя лошадь сдохла, и я торчу в этой деревне уже который день. Все боятся ведьмы и отказываются мне помогать. А из-за моего… положения я не могу идти достаточно быстро. Иначе пошла бы.
– Какого такого положения?
– Вы что, не видите?
В ответ на его молчание, она, вздохнув, стянула с головы капюшон и сняла плащ. Ее взгляд поразил его – у нее были самые прекрасные карие глаза, какие он только видал в своей жизни; словно расплавленное золото, более чистое, чем он мог бы себе позволить. Словно блестящие каштаны в лесу после дождя. Более того, в ее взгляде сквозила сталь уверенности, к которой он мог лишь стремиться.
– Ох, дэвы, вы бе… эээ… – Он вовремя прикусил язык, не желая ляпнуть что-то не то на пьяную голову. Пусть Поцелуй Шивы залечил его раны, от похмелья он не спасал. – …брюнетка.
И действительно, у нее были темные прямые волосы, завязанные красной ленточкой. Выбившиеся прядки обрамляли ее спокойное лицо. Изогнув аккуратно ухоженную бровь, она уперла руки в боки.
– Попробуйте еще разок.
Она выпятила свой внушительных размеров живот, изогнув спину и выставив бедра вперед. Смотреть на что-либо, кроме ее глаз, казалось невежливым, но после того, как она указала головой вниз, молодой человек понял, в чем была проблема.
– Это ребенок, – указал он. – Там ребенок.
– Думаете вы примерно так же хорошо, как и защищаетесь.