Страница 65 из 77
— Забирай, — сказал я, кивая ему на послед. — Только потом покажешь, что будешь с ним делать.
Старик подозрительно прищурился.
— Зачем?
— Хочу узнать. Я ведь будущий шаман. Ты должен меня учить.
Барк помолчал, потом медленно кивнул.
— Хорошо. Покажу.
Он присел рядом со мной на корточки и указал пальцем на пуповины.
— Вот, видишь…
Барк говорил, размышляя, делая долгие паузы:
— Две дороги… Один Мешок Жизни… Одно дыхание… Это великая редкость. И большая сила. Но всё-таки в этом мешке было недостаточно силы на двоих. Поэтому первый ребёнок родился мёртвым.
Он посмотрел на меня, словно пытался разгадать, кто я такой на самом деле.
— То-Рек…
Я поднял голову, встречаясь с его пристальным взглядом.
— Почему ты отдавал ему своё дыхание?
Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я на секунду завис.
— Чтобы он задышал, Барк, — просто ответил я, без всякой задней мысли.
Старик медленно, веско покачал головой:
— Нет. Ты отдал ему своё.
Я устало, едва заметно усмехнулся:
— Всего лишь воздух.
— Я видел, что ты сделал, — упрямо поджав губы, припечатал он не терпящим возражений тоном.
Спорить с ним сейчас было глупо, да и сил на это не оставалось.
Из темноты тропы донёсся торопливый топот, и через пару секунд на площадку вылетел Вел. Обеими руками он бережно прижимал к груди кожаный бурдюк, над которым поднимался лёгкий, полупрозрачный пар.
— Принёс! — выдохнул Рыжий, выбегая на площадку.
— Молодец, — кивнул я. — Ставь сюда.
Парень осторожно опустил бурдюк на камень.
Я перевёл взгляд на Нэру.
Мысли привычно выстроились одна за другой.
«
Осмотреть промежность. Убедиться, что нет серьёзных разрывов. Смыть кровь, чтобы понять, продолжается ли кровотечение и насколько оно сильное. Затем тепло»
.
И тут же меня словно окатили холодной водой.
'
Стоп…
Я больше не врач МЧС.
Для всех вокруг я — двенадцатилетний То-Рек.
Сын Нэры.
Принять роды в экстренной ситуации — это одно. Но сделать всё остальное…
Нет. Это уже перебор
'.
— О чём задумался, То-Рек? — негромко спросил Барк.
Я поднял голову.
Старик внимательно наблюдал за мной.
— Что-то не так? Ты увидел плохой знак?
— Нет, — покачал я головой. — Просто думаю.
Я указал на кровь, покрывавшую ноги Нэры.
— Нужно смыть старую кровь. Тогда я увижу, идёт ли новая и какого она цвета — тёмная или светлая.
Барк молча кивнул.
— И ещё…
Я указал на каменный пол.
— Здесь слишком холодно. Она и дети теряют тепло. В пещеру её сейчас поднимать нельзя.
Шаман лишь на мгновение задумался.
Потом спокойно произнёс:
— Тогда принесём ложе сюда.
Он повернулся к Велу.
— Вел! Неси ложе. И мою шкуру.
Парень ошарашенно моргнул.
— Твою?..
Он даже рот приоткрыл от удивления, но тут же захлопнул его.
— Беги.
Вел сорвался с места так, словно за ним уже гналась стая саблезубых тигров.
— Я помогу! — пискнула Таш и помчалась следом.
Через мгновение оба исчезли в темноте тропы.
Я повернулся к Нэре и выругался про себя.
Эта упрямая женщина уже вовсю пыталась шевелиться. Опираясь на подрагивающие локти, она упорно подтягивала под себя колени, явно собираясь подняться.
— Тебе нельзя вставать, Нэра! — прикрикнул я, шагнув к ней.
Она лишь сжала зубы и проигнорировала мои слова.
Лицо перекосило от вспышки боли, но она продолжала упрямо ползти вверх, опираясь о стену.
Мы с Барком подскочили к ней одновременно.
Старик перехватил её под мышку с одной стороны, я — с другой, удерживая на месте.
— Мне надо смыть кровь, — прохрипела она, пытаясь оттолкнуть наши руки. — Уйди, То-Рек. Я сама.
Она встала на ноги и впилась тревожным, диким взглядом в лежащих на шкуре младенцев.
Убедившись, что оба дышат и дрыгают ручками и ножками, Нэра шумно, облегчённо выдохнула и чуть обмякла.
— Нет, Нэра! — тут же сердито возмутился Барк. — Ты слишком слаба! Из тебя дух чуть не вышел, куда ты рвёшься? Мы поможем.
Он посмотрел на меня.
— То-Рек, полей. А я её придержу.
Спорить с шаманом Нэра не стала — просто не осталось сил.
Барк крепко зафиксировал её корпус, а я, стараясь не смотреть куда не надо, быстро и аккуратно обмыл её бёдра и ноги тёплой водой прямо из бурдюка.
По крайней мере, теперь было видно: сильного маточного кровотечения нет, всё в пределах нормы.
Как раз к тому моменту, когда мы закончили, из темноты тропы вывалился запыхавшийся Вел.
За ним, едва поспевая, семенили Тин и Таш, нагруженные ворохом шкур и охапкой сухой травы.
— Вон там ложе сделайте, — зычно скомандовал старик, указав на сухое и самое чистое место около священного камня, куда не долетали искры от костра.
Ребята споро скинули ношу, принявшись лихорадочно обустраивать постель.
Нэру уложили, накрыли огромной медвежьей шкурой Барка — самой лучшей в племени, — и я наконец занялся младенцами.
Нужно было очистить их от слизи и крови.
— Вел, помоги, — позвал я Рыжего.
Он бросился ко мне.
— Что делать?
— Бурдюк бери. Будешь поливать мне на руки. Только осторожно. Понемногу. Понял?
Он часто-часто закивал.
Лишь бы голова не отвалилась, — усмехнулся я про себя.
Я снова повернулся к притихшему Барку.
— Теперь пусть Великий Дух Воды даст этим детям силу.
Шаман внимательно посмотрел на парящий бурдюк, затем медленно, с уважением кивнул.
— Хорошо сказал… Очень хорошо…
Он высоко поднял обе руки, обращаясь к темноте:
— Великая Вода… Смой кровь рождения… Дай телу силу… Дай дыханию долгую дорогу… Не забирай этих детей…
Я едва заметно усмехнулся про себя.
Ну вот, теперь мы и воду освятили по местным канонам.
Для меня это была просто чистая тёплая вода.
Для него — продолжение священного обряда.
И такой компромисс устраивал нас обоих.
— Вел, — позвал я парня.
— Да!
— Поливай понемногу на руки.
Он послушно наклонил бурдюк, и тонкая тёплая струйка потекла на мои ладони.
Я быстро, но аккуратно смыл кровь и остатки смазки с первого малыша, затем повторил всё со вторым.
Не купал, просто очистил кожу.
Малыши от таких водных процедур недовольно и пронзительно запищали.