Выкуп

Глава 10 · Не залог

Я пришла к нему в десять вечера и не надела пальто.

Тёмно-зелёное платье и бельё выбрала сама. Из такси вышла за сто метров, чтобы успеть передумать.

Не передумала.

У входа проверила губы в стекле. Только прозрачный блеск.

На сорок седьмом горел только свет над столом. Лев стоял рядом, без пиджака. Увидев платье, медленно опустил взгляд до босоножек и вернул к лицу.

— Вы пришли.

— Наблюдательно.

— По работе?

— Нет.

Он не подошёл.

— Зачем?

Вопрос был честным. Ответ требовал снять больше, чем одежду.

— Хочу ночь, которая ничего не оплачивает.

Лев смотрел неподвижно.

— Со мной?

— Не заставляйте повторять очевидное.

— Хочу услышать.

Он снова заставлял меня не раздеваться — говорить. Назвать желание оказалось откровеннее.

— С вами.

— Почему?

— Потому что я злюсь и всё равно хочу. Девяносто ночей закончились, а тело об этом не знает. Потому что я выбираю.

Последние слова вышли тише.

Лев подошёл. Остановился на расстоянии вытянутой руки.

— Утром я, возможно, уйду. И никакого акта исполнения.

— Его больше нет.

— Контракт в сейфе.

— Закрыт.

— Я хочу, чтобы сегодня его не было в комнате.

Он достал ключ-карту, открыл сейф и вынул папку. Не приближаясь ко мне, унёс её в кабинет и запер в нижнем ящике.

— Ещё?

— Никаких правил одежды.

— Да.

— Никаких отметок о ночи.

— Да.

— Если скажу нет…

— Остановлюсь.

— Если скажу да, это не про долг.

Лев оказался достаточно близко, чтобы я почувствовала тепло его тела.

— Про что?

— Про меня.

— Да? — спросил он.

— Да.

Я поцеловала его первой.

Не осторожно, как на прощание. Ладони на его лице, пальцы в волосах, губы открыты. Лев не касался меня несколько секунд — позволял вести. Потом рука легла на талию, вторая на затылок, и знакомая сила вернулась без бумаги.

Мне нравилось.

Меня обдало жаром. Я пришла свободной и всё равно хотела его контроля: коротких слов, тяжёлой ладони, взгляда, под которым одежда становилась признанием.

Лев оторвался от губ.

— Смотрите на меня.

Я подняла глаза.

— Это приказ?

— Просьба.

— Плохо просите.

Его большой палец провёл по моей нижней губе.

— Милена. Смотрите.

Так лучше.

Он поцеловал меня медленно, пока пальцы расстёгивали пуговицы его рубашки. Я коснулась шрама у ключицы. Раньше это тело принадлежало правилам ночи. Сейчас — только тому, что он отдавал сам.

— Платье снять? — спросил Лев.

Вопрос от него звучал почти непристойно.

— Нет.

Он сразу убрал руку с бретели.

Я улыбнулась.

— Я сниму сама.

Отступила на шаг. Потянула молнию сбоку. Ткань соскользнула к ногам. Лев смотрел, не помогая. Власть оставалась у меня, и именно поэтому хотелось отдать её.

— Подойдите, — сказала я.

Он подошёл.

Я положила его ладонь себе на грудь поверх тонкого кружева.

— Теперь можно.

Пальцы сжались осторожно. Слишком осторожно.

— Не бойтесь меня.

— Боюсь не вас.

— Себя?

— Да.

Честность обожгла. Я накрыла его руку своей и усилила давление.

— Я скажу.

— Что?

— Если слишком.

Он кивнул.

Лев поднял меня на руки. Я обхватила его бёдра ногами, и знакомая твёрдость прижалась через одежду. Стон вырвался сам. Стыдно стало на секунду — затем он произнёс моё имя так низко, что стыд превратился в желание.

В спальне кровать была застелена свежим бельём. Ни контракта, ни приготовленной одежды, ни стакана виски. На тумбочке — только вода и моя старая резинка для волос.

— Вы сохранили.

— Да.

— Зачем?

— Не сейчас.

Коротко. Правильно.

Я опустилась на кровать и потянула его за ремень.

— Снимите.

Лев подчинился.

Увидеть его обнажённым после одной ночи разлуки оказалось почти больно. Тело помнило всё: тяжесть, вкус кожи, то, как менялось его лицо перед потерей контроля. Но сегодня между нами не стоял счётчик.

Я толкнула его на кровать и села сверху, ещё в белье. Под ладонями его пульс был не совсем ровным.

— Сегодня я, — сказала я.

— Да.

Провела бёдрами медленно. Его руки легли на талию и замерли.

— Можно.

Пальцы сжались. Я повторила движение, чувствуя его через тонкую ткань. Жар собирался внутри, мешал думать. Лев смотрел снизу, и от этой перемены власти щёки горели сильнее, чем когда я стояла перед ним обнажённой по приказу.

— Вам нравится? — спросил он.

— Не разговаривайте.

— Ответьте.

— Да.

— Ещё?

— Да.

Он коснулся там, где я уже не могла скрыть желание. Я выгнулась, сжав его плечи.

— Лев.

— Здесь.

Никаких пунктов. Только это слово.

Лев достал защиту и положил мне в ладонь. Я справилась не сразу; его взгляд делал простое действие мучительно откровенным.

— Не смотрите так.

— Как?

— Будто я ваша.

Он поднял руки с моей талии.

— Не моя.

От потери прикосновения стало холодно.

— И снова понимаете буквально.

— Научите.

Я взяла его ладони и вернула на бёдра.

— Не собственность. Но сейчас — ваша. Потому что хочу.

— Скажите ещё раз.

— Я не залог.

— Нет.

— Я выбираю вас.

Челюсть Льва разжалась. Совсем немного. Он закрыл глаза на секунду.

Я опустилась на него медленно. Ощущение было знакомым и новым: не исполнение, не ночь с номером. Моё движение. Моя скорость. Мой тихий вдох, когда тело приняло его.

Лев не толкнулся навстречу.

— Да? — спросил он.

— Да.

Слово вышло с дрожью. Не от сомнения — от того, как страшно было отвечать за собственное желание, когда больше нельзя ненавидеть бумагу. Я прижала его ладонь к своей груди.

— Чувствуете?

Под его пальцами сердце било часто и тяжело.

— Да.

— Это тоже моё.

Я начала двигаться. Сначала осторожно, потом увереннее. Он удерживал талию, но не направлял. Я видела, чего стоит ему неподвижность, и власть пьянила.

— Теперь вы, — прошептала я.

— Уверены?

— Да.

Лев перевернул нас одним движением. Матрас принял мою спину, его ладонь легла рядом с головой. Он вошёл глубже, не быстрее, наблюдая за лицом.

— Так?

— Ещё.

Он дал. Точно столько, сколько я попросила. Я обхватила его ногами, притянула ближе.