Страница 5 из 16
Глава 4
Андрей переводит взгляд с меня на Варенцова и обратно. Одна секунда.
— Вы здесь по оборудованию?
— По оборудованию, — говорю я. Голос ровный. — Резервное питание видеостены. Варенцов Глеб Андреевич показал протокол переключения.
Андрей кидает взгляд на Варенцова. Узнаёт владельца площадки: короткий кивок, дежурный, без интереса — оценил, что поздороваться стоит, и тут же вычел его из ситуации. Варенцов кивает в ответ. Ровно, не выдавая себя.
— Замечательно. — Пауза. — Марина, тебе звонили от кейтеринга. Что-то с велком-фуршетом. Я сказал, что ты перезвонишь.
— Разберусь.
Он кивает. Не задаёт больше вопросов. Зачем: я организатор, я всегда «разбираюсь». Он давно привык, что у меня всё под контролем. В этом смысле сегодня ничем не отличается от любой другой сборки. Именно поэтому план работает.
Поворачивается. Уходит коридором: быстрые уверенные шаги, звук каблуков на бетонном полу, потом тишина. Тяжёлая дубовая дверь со стороны VIP-зоны закрывается. Щелчок замка.
---
Мы с Варенцовым стоим у входа в нишу.
Он молчит. Оба смотрим в сторону пустого коридора, где только что был Андрей.
Полоса пыльного света от прожектора, который монтажники ещё не подняли до нужного угла. За стеной Костя отдаёт команду по рации: «второй ряд, правый борт, поднять на двадцать». Сборка идёт. Всё идёт.
— Пойдём внутрь, — говорит Варенцов.
Возвращаемся в нишу. Металлический стол, два стула. Стойка с кабелями расключения осталась там же, где час назад. Запах горячего металла чуть гуще: кондиционер справляется хуже, когда на улице влажнеет. Сажусь. Достаю планшет.
Что-то переключилось. Андрей прошёл в трёх метрах от человека, который знает весь план его жены. Не заметил ничего. Он никогда не замечал, где именно делается работа.
— Показывай, что нужно переписать, — говорит Варенцов.
---
Открываю тайминг.
— Вот. — Разворачиваю планшет к нему. — Сейчас здесь: приветственное слово от «лица агентства» (это слот Андрея) в первом блоке, сразу после открытия. Официальный тост. Публичное «наш общий путь», «мы вместе». Пауза. Этот слот нужно убрать.
— Куда перенести?
— Никуда. Убрать совсем. Первый блок: открытие, слово партнёрам, без речи лица агентства. Ролик во втором блоке, речи в третьем, но к тому моменту формат уже другой.
Варенцов наклоняется к экрану. Не торопит.
— Рассадка. — Листаю к схеме. — Андрей сейчас на А-1: первый ряд, правый борт, ближайший к сцене стол. Этот стол получают восемь постоянных партнёров агентства. Три из них — клиенты последних двух лет, я их не теряла никогда. Провожу пальцем по дисплею к задней части зала. Андрей — стол В-3. Задняя стена. Технически в зале. Практически за границей видимости сцены. Заодно возвращаю на место смещённый первый ряд — ту правку подрядчика, ради которой я утром шла к VIP-зоне. Тридцать секунд. Утром она казалась делом дня.
Варенцов берёт планшет. Изучает схему. Возвращает.
— Это меняет поведение ведущего.
— Ведущий работает по режиссуре, которую я ему отдала. Договор на агентстве. — Делаю пометку в телефоне: созвон с Николаем в 17:00. — Скажу, что мы изменили приоритет рассадки. Это стандартная правка в день события. Он видел и не такое.
---
Варенцов откидывается на спинку стула. Руки на коленях, спокойные, как всегда. У него манера слушать так, что не чувствуешь, что тебя оценивают.
— Ролик.
— Ролик — это главное. — Закрываю схему рассадки. — Сейчас смонтирован под «общую историю»: голос Андрея за кадром, его фотографии на открытиях прошлых событий, хроника «мы вдвоём» на публичных выходах. Три минуты сорок секунд. Под него сделан выход на сцену во втором блоке. Пауза. Я переделываю его сегодня днём.
— Что будет вместо?
— Команда. Только имена тех, кто всё это строил. Координаторы. Подрядчики. Костя. Лена из декора — она работает со мной восемь лет. Техники видеопродакшна. Фотографии со сборок, с бэкстейджа, с прогонов, те, где люди работают руками. — Открываю папку с архивом. Там 743 фотографии за двенадцать лет. Андрея в кадре нет.
Варенцов молчит секунду.
— Название?
— Остаётся. «12 лет. Agence Marina». — Слышу, как звучит сейчас, без Андрея рядом. Мне это нравится по-новому, как название, которое всегда было правдой, только я не читала его вслух. Только моё имя.
Варенцов не комментирует. Берёт крышку термоса, поворачивает в руках.
— Успеешь до вечера?
— Исходники ролика у меня. — Открываю Telegram, нахожу контакт монтажёра. — Напишу сейчас. Если он свободен, работаем вместе. Если нет, смонтирую сама: программа стоит на ноутбуке, и весь день впереди.
Варенцов кивает. Встаёт, спокойно, не торопясь, и идёт к стойке у стены. Там стоит его термос, матовый чёрный, с вмятиной на боку. Наливает в крышку. Возвращается. Ставит крышку на край металлического стола рядом со мной.
— Пей.
Чай. Горячий, пар тонкой нитью. Терпкий запах: что-то травяное, чабрец или похожее.
Три секунды смотрю на чашку. Потом беру.
---
Кофе был в восемь утра. Между ними ничего. Чай горький, без сахара, чуть вяжет. Тепло идёт вниз по горлу, потом дальше.
— Кто у тебя держит зал, кому доверяешь? — спрашивает Варенцов. Он снова сидит, но теперь чуть ближе к краю стола, чем раньше, сам, наверное, не заметил.
— Костя. Координатор площадки.
— Он знает?
— Нет. Ему не нужно знать. — Открываю на планшете раздел финального прогона. — Костя делает то, что я говорю. Восемь лет. Его работа — исполнить режиссуру точно. Моя: дать верную режиссуру. Это разные вещи.
— Тебе не страшно, что он выполнит какую-нибудь команду Андрея?
— Костя работает со мной, не с Андреем. Пауза. Андрей никогда не приходил на сборку. Костя его по имени знает с третьего раза, я проверяла случайно.
Варенцов слушает. Что-то в углах глаз, не улыбка, но близко.
— Ты давно всем управляешь сама.
— Я давно всё делаю сама, — говорю я.
Он не отвечает. Берёт термос, отпивает прямо из горлышка.
За стеной рация Кости: «заливку поднять, четвёртый прожектор сдвинуть влево». Сборка идёт по расписанию.
---
Возвращаюсь к планшету. Звонок кейтеринга, который передавал Андрей, оказался мелочью: замена позиции на велком-фуршете, закрыла за две минуты. Блокирую версию тайминга для Андрея, ту, которую он видел утром, с его прежним слотом. Ставлю пароль. Она останется у него нетронутой до начала вечера. Рабочая версия в отдельной папке с доступом только у меня.