Страница 5 из 37
Он опускает ладонь мне на талию, прижимает к своему мощному телу. Теряюсь на секунду и оказываюсь сидящей на столе. А Кирилл уже зарывается пальцами в мои волосы. И целует…
Первые несколько секунд я даже отвечаю. По старой памяти. По инерции.
А потом… отталкиваю его, и кабинет оглушает звонкий звук пощечины.
— Не нужно пользоваться своим служебным положением, Кирилл Андреевич, а то можно и за домогательства ответить.
Меня трясет, но мне удается каким-то чудом сохранить голос.
Кирилл пронзает меня взглядом, полным бешенства. Впервые он допускает, чтобы его эмоции вырвались наружу и я их увидела.
— Ты хоть понимаешь, кому ты по морде съездила?
Я презрительно прищуриваюсь.
— Да даже если бы ты был президентом, я бы сделала то же самое, — цежу сквозь стиснутые зубы.
Хочется ещё раз ему вмазать, чтобы выбить это высокомерие. Нахал! Гад! Подонок!
Думает, вот так все просто? Поманит меня пальчиком, засунет в рот язык — и я снова поплыву?
Хренушки!
— Злишься на меня, Лерунь?
Меня дергает от этого обращения. Обращения из нашего общего прошлого.
— Ты не стоишь того, чтобы тратить на тебя свои эмоции. Если это все, то я пойду, — спрыгиваю со стола и торопливо иду к двери.
Дергаю за ручку, но она не поддается. И ключа нет в замочной скважине. А над головой опускается рука Волкова.
— Мы не договорили, Валерия Владимировна, — голос бывшего способен заморозить, — но пока я тебя отпущу. Пока… отпущу. Но помни, у меня есть необходимые ресурсы, чтобы узнать о тебе все, что мне будет нужно. И я это с удовольствием сделаю…
Вырываюсь на свободу и жадно глотаю ртом воздух. На меня удивленно смотрит тот самый следак, и приходится натянуть на лицо улыбку.
— Я могу быть свободна?
А вот тут голос дает сбой. Мужчина кивает. С подозрением глядя мне за спину, на закрытую дверь его кабинета.
— Если что, мы вас вызовем для уточнения каких-либо нюансов.
Торопливо покидаю здание следственного комитета. Падаю на лавочку, которая попадается на пути, и делаю несколько вдохов.
Прикасаюсь к губам. Что, мать его, это только что было? Я же никогда!.. Никогда даже не думала кому-то пощечины раздавать, а тут как-то само все получилось.
Ну и гад же Волков!
И как мне на все это реагировать? Особенно на его слова, что он может разузнать абсолютно все про меня?
А что, если он узнает про деток?
Хотя плевать. Скажу ему, что не он их отец. Делов-то…
Немного успокаиваюсь, но все равно еду к теть Свете и прошу задержаться у них на несколько деньков.
Кирилл не должен знать их адрес. Когда мы начали встречаться, я уже жила в той крошечной квартирке, в которую вернулась с мальчишками.
А мне надо как-то поскорее заняться вопросом переезда.
Звоню владельцу галереи, чтобы уточнить, как продвигается сделка по моему полотну.
— Аким, мне срочно нужны деньги, — начинаю сразу с самого главного.
Хожу по комнате из угла в угол. Нервно грызу ногти.
— Я понимаю, моя прекрасная муза, но сейчас все документы составляются у нотариуса.
Сцепляю зубы и чуть ли не стону.
— И долго это будет?
— Дня три, не больше.
Терпимо.
— Послушай, Аким, а кто приобрел картину?
Сама не знаю, зачем уточняю это. Мне-то какая разница, кто этот человек? Главное, что заплатит и я смогу купить квартиру своей мечты. Я уже давно подобрала вариант.
С огромным балконом и тремя комнатами. В самом сердце города.
— Ну нет, моя душечка, он пожелал остаться анонимом. Так что мои извинения.
Вздыхаю.
— Ладно. Жду новостей и денег.
Аким в ответ громко смеется. Прощаемся, и я сосредотачиваюсь на своих малышах.
Да уж… сегодня ваш папа был так близко ко мне. А мне теперь предстоит придумать, как бы вас от него уберечь.
Самое страшное, что я понятия не имею, что там у Кирилла на уме. Явно ничего хорошего, иначе он бы не стал мне так открыто угрожать.
А что, если он и правда начнет узнавать обо мне? И нароет про Ярика и Мирчика? Что тогда будет с нами? Со мной…
Волков не из тех, кто прощает обман. С другой стороны, с чего я вдруг начала трястись? Он же сам не поверил. Сам отвернулся от меня тогда, когда был мне нужен. Так что… пусть катится колбаской.
Тогда я еще не подозревала, что встреча с бывшим — это только начало моих неприятностей.