Фейк

Глава 26

ГЛАВА 23

Ломберг и Хенш приехали как раз на закате. Когда Патрик открыл полицейским дверь, солнце посылало над горизонтом последние лучи, заливая всё вокруг почти неземным красно-жёлтым светом.

И, несмотря на все свои беды, Патрик не удержался — на миг задержал взгляд поверх голов гостей на этом чуде природы.

— Господин Достерт?

Голос Ломберга выдернул его обратно в реальность, и он невольно охнул.

— Простите, — Патрик кивнул куда-то поверх их голов. — Закат… до того мирный… Проходите, пожалуйста.

Юлия вытирала руки полотенцем, когда оба полицейских следом за Патриком вошли в гостиную; она обогнула стойку высотой по пояс — та служила границей между кухней и комнатой-столовой — и шагнула навстречу.

— Здравствуйте, — обратилась она к Ломбергу. Патрик отчётливо слышал, как дрожит её голос. — Есть новости? Садитесь, прошу.

Ломберг кивнул напарнице, и оба опустились рядом на диван.

— Погибшая действительно Ивонна Фойгт, — сообщил Ломберг, и Патрику показалось, что голос его звучит спокойнее, чем в прошлые визиты. Доброжелательнее.

— Судмедэксперт полагает, что она мертва около трёх суток. По первому осмотру женщину задушили верёвкой или кабелем. На шее отчётливые следы.

— Какой ужас, — вырвалось у Юлии.

— Господин Достерт, звонок, который вы получили, шёл с предоплаченного телефона; владельца карты установить нельзя.

— Как это — нельзя установить? Я всегда думал, что любой звонок можно отследить.

— Это значит, что ни имени, ни адреса к карте у нас нет. Но через оператора нам удалось выяснить примерное место, откуда звонивший говорил с вами. — Ломберг сделал короткую паузу, глядя на Патрика. — В момент звонка SIM-карта была зарегистрирована в соте здесь, поблизости от вас.

— То есть… убийца был здесь, когда мне звонил? Рядом с нашим домом?

— Да, именно это и значит.

— Та женщина! — Патрик произнёс это скорее для себя, но Ломберг сразу навострил уши.

— Женщина? Какую женщину вы имеете в виду?

— Какую женщину? — повторила Юлия.

— Она стояла перед домом, когда я шёл к машине. Пряталась за чьим-то автомобилем на той стороне, и сперва я подумал, что обознался, но, когда тронулся, заметил её в зеркале заднего вида. По-моему, это та самая, что и сняла про меня то видео. Длинные неестественно чёрные волосы и большие тёмные очки.

— Почему вы говорите нам об этом только сейчас? — спросила Хенш.

— Я… господи, после всего, что потом случилось, я просто забыл. Да и не был до конца уверен. Это ведь могло оказаться совпадением. Какая-нибудь другая женщина, похожая. Но теперь, когда вы сказали про звонок…

— Мы опросим соседей, — сказал Ломберг. — Может, кто-то её видел. Судя по вашему описанию, она не из тех, кто остаётся незамеченным. Во что она была одета?

— Не знаю… Кажется, джинсы и светлая куртка, но точно не скажу. Есть ещё кое-что. Письмо.

— Какое письмо?

— Патрику пришла целая куча писем, где его последними словами поносят. Они посыпались после того, как полиция подтвердила, что это видео якобы настоящее. — Упрёк в голосе Юлии был очевиден и для Ломберга: он на миг опустил взгляд и понимающе кивнул, прежде чем снова повернуться к Патрику.

— И вы имели в виду одно конкретное письмо?

— Да. Сейчас, я вам покажу.

Патрик прошёл к обеденному столу, где лежал закрытый ноутбук, и вернулся с ним к полицейским. Откинул крышку, снял блокировку, развернул экран так, чтобы Ломбергу и Хенш было видно, и открыл письмо с темой:

Я не спускаю с тебя глаз.

Прочитав его, Ломберг указал на монитор.

— А ведь это очень похоже на человека, у которого с вами свои счёты.

— Да, понимаю. Но сколько ни ломаю голову — никак не соображу, у кого мог бы быть повод так меня ненавидеть.

— То, что для преступника — мужчины или женщины — веская причина, для кого-то другого сущая мелочь, — сказала Хенш. — Не мыслите только крупными категориями. Вполне может быть, что вы кого-то глубоко оскорбили или ранили чем-то сказанным или сделанным, сами того не заметив.

— Но если я этого не заметил, — вставил Патрик, — то как мне догадаться, о ком речь?

— Попробуйте ещё раз, — настоял Ломберг. — Переберите все случаи, которые хоть отдалённо подошли бы.

Не успел Патрик ответить, как в дверь позвонили.

Юлия поднялась:

— Я открою.

Когда она вышла, Ломберг произнёс:

— На этом мы пока откланяемся.

Оба встали; поднялся и Патрик.

— Мы ещё с вами свяжемся.

— Вы по-прежнему думаете, что это сделал я? — спросил Патрик, прежде чем они двинулись к выходу, хотя боялся ответа.

Ломберг коротко переглянулся с напарницей.

— Скажу так: хотя многое и впрямь указывает на то, что виновным могли бы оказаться вы, есть и кое-какие приметы, из-за которых это выглядит маловероятным.

Патрик кивнул:

— Спасибо.

Из прихожей донёсся голос Петера; в следующий миг он вместе с Юлией вошёл в гостиную и перевёл взгляд с Патрика на двоих полицейских.

— Я не вовремя?

Ломберг поднял руку:

— Нет, мы как раз уходим.

Патрик проводил обоих до двери и попрощался. Чуть успокоившись, вернулся в гостиную, где Петер уже устроился в кресле и встретил его встревоженным взглядом.

— Юлия рассказала мне, что случилось. Ты нашёл мёртвую женщину? Это же кошмар.

Патрик сел напротив, на диван, где уже сидела Юлия.

— Да, так и есть.

— И что говорит полиция? Они всё ещё тебя подозревают?

— Думаю, будут подозревать, пока не возьмут настоящего убийцу.

— Чёрт! Они же должны понимать, что ты при всём желании не мог вести себя так по-идиотски, как выходит по делу. Я о чём: ты задумал убийство, но настолько туп, что не позаботился о мало-мальски сносном алиби? Потом ещё это видео в Сети. А под конец похищаешь и убиваешь другую женщину — и снова без алиби? Да тут и слепой увидит, что всё это кто-то подстроил.

— Думаю, до Ломберга это постепенно тоже доходит, но, как я и сказал, пока у них нет настоящего преступника…

— Чудный бардак. И это называется правовой системой.

— Ну, в каком-то смысле я их даже понимаю. Раз есть однозначные улики против человека, они, само собой, обязаны их проверять.

Какое-то время оба молчали, пока Патрик не сказал:

— Мне звонил Гвидо Портман, рассказал, что на фирме обо мне, похоже, говорят довольно гадко.

Петер поднял брови:

— Портман? А ты-то с ним каким боком?