Дневники преступной памяти

Глава 32

К дому, который принадлежал Волковой Александре Альбертовне, подъехали тихо, без мигалок. Бойцы спецподразделения остались в своем автобусе до особого распоряжения. Коровин с Якушевой вышли на улицу из его машины. Остановились подальше от ворот Волковой. Осмотрелись.

– Вроде чисто, – неуверенно проговорил Коровин.

– Такси, – уставилась на яркую машину Мариночка. – Стоит так, чтобы не заметили.

– Находишь это странным? – покосился на нее Денис.

– Нахожу, – кивнула она. – Почему именно здесь? Почему в машине никого нет? Мы же точно знаем, что из картинной галереи они уехали втроем: двое Роговых и Шайкевич в бессознательном состоянии. Кто приехал на такси? Где водитель?

– Не накручивай ни себя, ни меня! – строгим шепотом оборвал ее Коровин. – Таксист может жить по соседству.

– Ну да, ну да, а машину тут бросил. Потому что во дворе места нет, – скривила Мариночка скептически рот. И вдруг вздохнула: – Какой же сегодня долгий день. Я до дома, интересно, доеду сегодня, нет?

– Я пошел? – шагнул в сторону ворот Коровин.

– Нет, ты не пошел, подполковник, – схватила его за рукав черной футболки Мариночка. – Для «пошел» у тебя целый автобус спецназовцев. Пусть работают…

По команде из дверей автобуса тихо вышли десять человек. Почти бесшумно они рассредоточились вдоль забора и через минуту исчезли.

– Красиво работают! – восхищенно и почему-то шепотом проговорила Мариночка. – Если сейчас, подполковник, мы возьмем их, то…

– То будем в шоколаде. И ты пойдешь в отпуск летом, – пообещал Коровин тоже шепотом, хотя за забором уже были слышны громкие отрывистые команды.

– Зачем он мне? Да еще летом? – пожала плечами Якушева и скривила нос. – Разве чтобы потеть сильнее.

Они тихо рассмеялись. И почти тут же рация, которой снабдил Коровина командир спецподразделения, зашипела.

– Мы взяли их, подполковник. Можете заходить. Тут целая компания, если что.

К дому Коровин с Мариночкой летели наперегонки. Вбежали по мраморным ступенькам в просторный холл. На полу ерзали двое мужчин со связанными за спиной руками. Ноги их тоже были спутаны. Приспособления были какими-то странными – от ремней до бельевых веревок.

– Проверь, подполковник, они? – улыбнулся ему одними глазами из-за шлема командир спецгруппы.

Коровин присел на корточки. Поднял за волосы сначала голову одного, потом второго.

– Они! – выдохнул он с облегчением. – Спасибо, командир!

– А это не мы. – Он тихо рассмеялся. – Мы зашли, а они уже спутаны. А там, в кухне, целая группа испуганных помощников. Взгляни…

В два прыжка Денис добрался до распахнутых двустворчатых дверей, вошел в кухню, а там…

– Картина маслом, подполковник! – веселилась Мариночка, прогуливаясь вдоль широкого бархатного дивана, стоящего у северной стены. – Все в сборе!

В центре, привалившись к мягкой спинке и испуганно моргая, сидела полусонная Шайкевич Зоя Павловна. Слева от нее – Варвара Царева, лицо ее было заплаканным, но все равно прекрасным. Обхватив ее за талию и прижавшись тесно, сидел Сергей Сергеевич Воронков. Через левую щеку у него пролегла глубокая кровоточащая царапина. Но он, кажется, этого не замечал. Смотрел победителем. А с правой стороны пристроился взлохмаченный, сильно помятый мужик. Он без конца поправлял на себе одежду и пытался пристроить на место оторванный карман на легкой куртке.

– Что здесь произошло, господа хорошие? – строго глянул на группу Коровин.

– Я сейчас все объясню, если позволите, – встал с места Воронков.

– Не только позволю, а еще и потребую! – заулыбался Коровин.

Он теперь уже мог позволить себе расслабиться. Теперь, когда преступники были пойманы и уже отведены в спецмашину – он видел через окно.

– Варвара ни в чем не виновата. Она просто имела несчастье увлечься не тем персонажем, который ее обманул и использовал втемную. Так, кажется, это у них говорится? Просил ее за чаем рассказать о ее рабочем дне, о клиентах, которых она обслуживала.

– Кто делал слепки с ключей? – прервала его речь Мариночка.

– Это не я! – привстала Варвара. – Это Игорь! Он нам тут рассказал много чего! И как его отец снабжал его информацией, они устанавливали слежку за жертвами. Выбирали время, когда их ключи оставались без присмотра, и Игорь делал слепки. Они так долго… Так долго всем этим занимались, что…

– Они поставили грабежи и убийства на поток! – с пафосом выдал Сергей Сергеевич. – У них были четкие отработанные схемы. Один герой-любовник соблазняет, выпытывает сведения. Второй – исполнитель, грабит, убивает.

– То есть старший Рогов не убивал?

– Игорь уверяет, что нет. Что у его отца кишка оказалась тонка, – вставил таксист Станислав, представившись. – А ему это нравилось. Маньяк какой-то!

Глаза у Мариночки зажглись демоническим светом. Она глубоко вдохнула и произнесла на выдохе:

– Маньяк, а кто же еще…

– Кто застрелил в туалете аэропорта Репникова? – перебил ее Коровин.

Мариночке только дай оседлать любимого конька, поскачет, не остановишь.

– Игорь, – тихо произнесла Царева.

– Зачем?

– Он стал им мешать, много спорить, возражать. Особенно после зверства в доме Ложкиных. К тому же осмелился подарить моей дочери какое-то украшение из украденных. Я его помню, оно дома где-то валялось. Мы с дочерью даже не поняли, что оно старинное и дорогое. А Игорь… Он четко вел учет каждой похищенной побрякушке. Вел целую бухгалтерию, чтобы никакая копейка не пропала. Он, когда соблазнил соседку Зои Павловны, сразу вычислил, чем поживится в ее квартире. И отцу не простил, что тот бирюзовые серьги подарил своей любовнице. Ныл и ныл, что расточительство.

– Голодное детство. Патологическая жадность. Изломанная психика, – подвел черту Воронков, снова сел и снова обнял Варвару за талию.

– Почему вы доверились первому встречному, Царева? – Коровин указал пальцев на Воронкова. – Почему поселились у него, а когда он вас выгнал, сразу сняли квартиру. Нелогично.

– Очень даже логично. – разволновался Сергей Сергеевич. – Варя была в панике в тот день в парке. Понимала, что, сняв квартиру, засветит свои паспортные данные. И ее сразу вычислят и найдут и вы, и они. Может, не сразу, но все же вычислят. Боялась этого.

– А потом бояться перестала, что ли?