Бывший. Вернуть семью

Глава 34. Егор

Все вопросы с Эдуардом Валентиновичем мы решаем быстро.

Все, кроме того, кому могло понадобиться вредить Витьке.

Обычный пациент, неизлечимый и давно махнувший на себя рукой.

Из всех его родственников, как оказалось, нужен он только Ярославе.

Нет, врач этого прямо не сказал. Но все и так понятно. Живет Витька с родителями и весь уход за тяжелым лежачим больным падает на их плечи. В последнее время Витька приезжает на реабилитацию каждый раз все в более плачевном виде, чем уезжал.

Регулярно навещает его только сестра с племянником.

Ярпольский оплачивает чеки. Ничем не интересуется. Кроме сокращения статей расхода. Поэтому теперь Витька лежит в обычной палате, а не в люксе. Лекарства получает отечественные, из тех, что есть в наличии. Так же, как и реабилитацию.

Но об этом запрещено говорить Ярославе. На все ее вопросы находят обтекаемые ответы. А Витька никогда не жалуется.

В груди растекается черное удушающее пламя ярости.

Суки!

Может, и Ярослава не так жаждет знать о здоровье брата, как хочет казаться?

Если в этот раз Витьку поселили в убогой палате, а не в обычном люксе, она что не увидела разницу?

Желание кого-то обвинить, назначить виновным сильнее. Сейчас все мои мысли сосредоточены на благополучии старого друга.

- Эдуард Валентинович, - в кабинет заглядывает медсестра. - Пациент стабилизирован. Мы перевели его обратно в палату.

- Отлично, - отвечает ей зам главного врача. - Ваш друг...

Он бросает осторожный взгляд на Даню, что тихонько рисует за столом.

- ... будет жить. Кризис миновал.

- Мы можем навестить его?

- Конечно, - врач поднимается и сам ведет нас в палату.

Только это уже совсем другая палата.

Н-да. Оглядываю унылую одноместную конуру с облупленной водоэмульсионной краской.

- Это палата люкс? - зачем-то уточняю я.

- Наш лучший люкс, - кивает врач.

Тогда понятно. Ярослава просто не заметила разницы между люксом и обычной палатой в этом госпитале. Разницы реально нет.

Витька все еще бледный крепко спит на функциональной кровати. Тонкие провода и трубочки по-прежнему обвивают его предплечья и жилистые кисти рук.

- Круглосуточный уход? - спрашиваю я о том, что меня волнует.

- Да, сейчас мы устроим круглосуточный пост перед его палатой...

Словно в подтверждение его слов, за дверьми раздаются торопливые шаги и грохот мебели.

- ... старшая медсестра подбирает медсестер на эту должность, их надо вызвать из дома. Я думаю, в течение двух часов мы решим этот вопрос.

- Я надеюсь. Что с той медсестрой, что ставила капельницу?

Доктор молчит и разводит руки в стороны. Жует нерешительно губы, но все-таки отвечает.

- Ее не было.

- В смысле «не было»? Вы видели флакон с лекарством, вы видели отключенный прибор. Мальчик видел ее!

- Мальчик - это не свидетель, - врач снимает очки и устало трет глаза. - Его показания полицейские даже слушать не будут.

- А записи с камер?

- У нас нет камер. Было две на входе, но после того как они сломались...

- Вы хотите сказать, если бы малыш не поднял тревогу, мой друг бы просто тихо умер во сне. И все?! Всем бы сказали, что пришло его время?

Врач возвращает очки на место.

- Возможно, - кивает он. - Мы уже не первый год лечим Виктора. Поставить его на ноги невозможно. Он сам уже давно потерял надежду. У него уже были попытки суицида...

- То есть капельницу он сам себе вколол?

- Нет, конечно нет. Я проведу внутренне расследование. Но на многое не рассчитывайте. Вы можете вызвать полицию, но сами понимаете... больница будет все отрицать...

- Понимаю, - резко отодвигаю стул и поднимаюсь. - Даня, нам пора!

Не могу ни секунды лишней оставаться в этом месте.

- Пойдем, герой! - беру мальчика за руку и с удивлением понимаю, как тепло от детской ладошки приятно струиться по венам. Быстро бежит по организму, доходит до сердца и заставляет его биться чаще и тревожнее.

- А знаешь что? - сажусь перед малышом на корточки.

- Что? - доверчиво смотрит он на меня.

- Пойдем сходим в одно интересное место!

- В какое? - его глазки загораются интересом и азартом.

- В кафе-мороженное!

- ДА! - он подпрыгивает от радости.

- А по пути мы заедем еще кое-куда.

- Куда? - малыш хмурится. Ему не нравиться перспектива отложить мороженное ради чего-то непонятного.

- Сюрприз, - улыбаюсь загадочно.

А сам уже строчу сообщение своему секретарю, чтобы она нашла ближайшую к нам частную клинику, где у нас прямо сейчас могут взять материал на тест ДНК!

Веду мальчика к своей машине. На телефон приходит адрес и талон. Моя секретарь уже забронировала для нас время.

Сажусь за руль и смотрю на мальчишку в зеркале заднего вида.

Черные курчавые волосы, совсем как на моих детских фотках. Умненькие темные глазки-пуговки. Пухлые щечки и ямочки и две макушки на голове. Совсем как у меня.

Я не верю в такие совпадения.

Тем более я видел фотку Ярпольского. Да он смуглый мужчина. Но худой и жилистый. Даня на него совсем не похож. Ни капли!

А это значит, что кто-то здесь пытается кого-то обмануть! И прямо сейчас я попытаюсь это выяснить.