Страница 64 из 70
— Думаю, что настоящую Говорову убил Цыбин с племянницей Говоровой — Анной Новиковой. Ту всегда раздражала старая тетка. А тетка, внезапно обогатившаяся и, скорее всего, не желающая делиться, тем более. Они ее убили, завладели ее деньгами и купили в Подмосковье дом. Но ее денег не хватило на покупку, и пришлось добавить из украденных. Они не могли предположить, что серии крупных купюр переписывались. И эти деньги были негласно объявлены в розыск. Это реально, товарищ полковник! Банкиры всегда помогали и будут помогать в этом вопросе друг другу. Доллары «запалили». Так Ардин вышел на лже-Говорову. И пока он, ничего не понимая с этой старухой, не зная, как притянуть ее за уши к ограблению банка, разбирался, его узнали. И принялись подставлять по полной программе, потому что дико перепугались. Это вам не соучастники, решившие стукнуть кулаком по столу. Я об Анохине… — пояснила Кира. — Ардин — человек, который продолжал работать на серьезных людей. А Цыбин с компанией этих серьезных людей кинули на бабки, как это принято говорить в их кругах. Поняв, что петля вокруг них затягивается, они начинают защищаться. Готовят фальшивые документы на дом на имя Ардина. Авось сработает. А если нет, это запутает следствие и поможет выиграть время. Далее… убирают с арены действий старуху Говорову. Померла и померла. Не важно, что давно. Могилка имеется. Уже не станут ее искать и вопросы задавать. Анохин, поняв, что что-то затевается, возможно, начал требовать долю. Его угомонили. И себе Цыбин алиби состряпал, объявив себя мертвым. Все логично!..
— Логично. Будто бы да, — проговорил Игнатов, пристально глядя на Киру. — Но почему они так долго не делили деньги? Прошло три с лишним года. И еще тогда — два года назад — Кириллов требовал свою долю. А его предпочли убить. Где деньги, коллеги?
— Найдем Цыбина и Новикову — получим ответы. А Ардина надо отпускать, товарищ полковник. Мера пресечения, избранная ему, явно не соответствует степени его вины.
— Это не нам с тобой решать, майор, — оборвал ее нытье Ростов. — Пусть посидит. Целее будет. Пока Цыбин с Новиковой на свободе, его жизни угрожает реальная опасность. Пусть посидит, пока идет следствие. Работайте, коллеги. Результат есть. Молодцы. Все, ступайте, ступайте. И нечего на меня глаза таращить, Кира!
Он все же не выдержал и повысил на нее голос. А она, настырно тряхнув головой, попросилась после совещания остаться.
— Мне надо вам кое-что сообщить, товарищ полковник.
— Хорошо. Игнатов, свободен, — мотнул в сторону двери подбородком Ростов.
— Слушаю тебя, — глянул на дочь с улыбкой полковник, стоило двери за Игнатовым закрыться.
— Ты какое имеешь право, папа! — с нажимом сделала она ударение на последнем слоге. — Какое имеешь право лезть в мою личную жизнь?! Я уже не та маленькая девочка с косичками, чьих ухажеров ты гонял по подъезду! Я взрослая женщина. Я — сотрудник полиции, в конце концов!
— Целый майор! — попытался отшутиться Ростов. — Чего завелась? Никуда я не влезал.
— Что ты наговорил Игнатову? Он от меня шарахается как черт от ладана! Что ты ему наговорил?
Она вскочила с места. Подошла к столу, за которым сидел ее отец. Оперлась кулаками в столешницу и, свирепо глядя, повторила:
— Что ты ему сказал обо мне?!
Ростов словно в размерах убавился, втянул голову в плечи, откатился в кресле на всякий случай от нее подальше. Принялся поправлять безупречно выставленные в подстаканнике карандаши.
— Ничего я ему не говорил, Кира. Просто намекнул, чтобы… — Он попытался подобрать безобидное слово, но потом сказал как есть: — Чтобы он держался от тебя подальше.
— Так я и знала! — Ее кулачки приподнялись и с грохотом опустились на стол. — Так я и знала, папа, что ты снова влезешь! Мой последний парень тебе нравился?
— Да. Хороший парень. Чем он тебе…
Договорить она ему не позволила.
— Тем, что он спал с моей подругой. По отелям с ней ночами слонялся твой хороший парень. А иногда и день захватывал. Но не суть… — Кира откачнулась и пошла бродить по его кабинету. — Он мне просто не нравился. Это не мое. Не могу я с этими мажорами, менеджерами среднего и высшего звена. Все они типа Ардина — лощеные, холеные. Но пустые.
— А Игнатов твой полный! — фыркнул отец. — Я не умаляю его достоинств как сыщика. Тут он профи. Но вот что касается женщин… Тут он, как бы тебе сказать… От него жена сбежала, знаешь?
Она так на него посмотрела! Снисходительно, как на несмышленыша. И ему даже стыдно сделалось. Ну что он, в самом деле! Она ведь звание не за родство с ним получила. Она его заслужила. Она умница. Она тоже сыщик, и еще какой. Неужели справки об Игнатове не навела, влюбившись в него по уши? Да наверняка всего его изучила вдоль и поперек. И знает о нем то, чего он сам не знает. Дочка у него умница.
— Ладно. Игнатов так Игнатов. Только прошу тебя никаких отвратительных шашней. Не давай повода для словесного мусора в ваш адрес.
— Так точно, товарищ полковник, — широко заулыбалась Кира, поняв, что только что отец сдался. — Ничего такого. Никакой грязи. Все серьезно! Разрешите идти?
— Иди… Стрекоза! — вспомнил он ее прозвище из детства, которым обычно ее ругал. У двери окликнул: — А Игнатов-то знает, что все у тебя серьезно?
Она не ответила. Ушла. И полковник не видел, мог только догадываться, как широко его дочь теперь улыбается, маршируя по коридору к своему кабинету.