Страница 11 из 71
Глава 8
Влада
— Позавтракаешь со мной?
— Твою ботву? От неё блевать хочется…
— Я для тебя отварила куриную грудку, — перебиваю я маму, пока она не наговорила того, что все испортит.
— За что такая щедрость⁉ Мясо в нашем доме…
— Я просто рада, что ты непричастна… Что не помогала этому ублюдку…
— Что хоть украл?
— Ноутбук, фен и коробку с дешевой бижутерией, — говорю я, поджимая губы.
Знаю, что не заплачу, но так разрывает от безысходности, что даже голос похож на жалобный скулеж.
Мне ни этот компьютер, ни фен, ни даже копеечная цепочка с кулончиком не свалились с неба, я на них заработала.
Поэтому они так ценны для меня…
Поэтому меня дико злит, что мне в который раз нужно начинать все сначала, чтобы что-то иметь, чтобы снова не быть изгоем с потертым портфелем.
— Поем, — тихо соглашается мама после минутной паузы и, раскачиваясь, пытается встать с кровати.
Наверное, надо бы помочь…
Подать руку или придержать…
Но не могу себя заставить сделать это.
И дело не в грязной одежде или сером постельном белье на маминой кровати. Я привыкла справляться с приступами брезгливости. Пришлось, мама такая всегда, даже временами хуже.
Все дело в утрате телесного контакта… Последний раз мама обнимала меня лет семь назад, но перед этим избила до полусмерти. Поэтому это не считается ни нежностью, ни проявлением материнской любви…
Больше я ей не позволяла прикасаться к себе. Бежала и от ударов, и от ласк.
— Жду на кухне… — цежу я растерянно, опустив глаза в пол, и решительно устремляюсь к двери. Тяжело смотреть на эти болезненные телодвижения. — И, мам, открой окно. Здесь надо проветрить…
— Мать ей воняет, — неожиданно вскрикивает женщина, а я замираю от этого гневного, но такого привычного тона. — Когда я тебе жопу мыла, мне, думаешь, не воняло… Когда я за тобой лужи убирала, мне, думаешь, не воняло… Сейчас, когда мне голова раскалывается, а ты льешь на себя литры духов, мне, думаешь, не воняет… Но я терплю, потому что участь моя такая, — тебя терпеть. Это из-за тебя я не получила ни образования нормального, ни работы. И не потому что дурой была…
— Все сказала⁈ — не оборачиваясь, громко ору я, но тут же смолкаю, как и мать. Не хочу ругаться, а ещё больше не хочу слышать продолжение этой истории. — Еда на кухня. Я ушла в университет.
Если на земле есть ад, то он вот здесь…
На этих жалких квадратных метрах.
Ребёнком я боялась даже дышать в сторону матери, трусливо забивалась в угол от любого выкрика, не понимая, отчего и когда её подорвет…
Когда она пьяная, трезвая или на отходняке.
От немытой посуды или от купленных мной «не тех» продуктов, или просто от моего присутствия.
И затишье у нас дома было только перед очередной бурей.
Но хватит лирики…
Пора и погрызть гранитный камушек науки. Особенно если я хочу получить после выпускного хорошую работу. Я никогда не была отличницей. Не хватало меня на учёбу, работу и психически нездоровые качели дома.
Но на последнем курсе я заметно подтянула учёбу. Работа в модельном агентстве была не такой изнурительной и не предусматривала ночных смен, как это было в ресторане, но значительно уступала по деньгам. За каждый показ и каждую фотосессию приходилось драться.
Поэтому мысль о контракте с «Лори» не покидает мою голову. Это не какая-то одноразовая фотосессия для каталога. Это многолетнее рекламирование бренда как на показах, так на обложках журналов и бизибордах.
Но вместе с этой мысли дрелью жужжала и другая мыслишка.
Не такая заманчивая и перспективная.
Антон Морозов…
А точнее, спор со Златкой на признание в любви от этого жука навозного.
В том, что я раскручу этого мажорчика на признание, не было сомнения. Особенно после слов Тигра. Но вот сам процесс меня знатно так пугал.
Нужно было быть милой с этим нахальным гадом…
А как?
Если он бесит до дрожи…
Испепелить взглядом полным ненависти и презрения — и это как минимум…
А про максимум лучше не спрашивайте.
Сама себя боюсь.
А ещё того, что в его присутствии я заработаю себе косоглазие, пытаясь смотреть и не смотреть на него одновременно.
Я всеми правдами и неправдами стараюсь не замечать этого парня, ведь игнор — это лучший метод привлечения внимания… Особенно для такого залюбленного мажора как барабанщик «Опасных».
Но как не сказать ему «спасибо», если он единственный, кто готов прийти на помощь…
— Влада, а ты куда? — налетает на меня Яр — наш несменный король университета, а по совместительству и мой напарник в агентстве.
Нас троих — меня, Ярослава Цаплина и Злату Наумову после вузовского конкурса Элеонора подтянула к себе в агентство.
Новые лица, не требующие заоблачных гонораров, как профессиональные модели… Мы с Яриком быстро раскрутились и стали первой парой показов и главной парой фото кастингов.
Но это совсем не значило, что за границами подиума мы как-то тесно общались.
Я отказала, Яр больше не напрашивался…
— В библиотеку. Зачётный реферат по «Авторскому праву», — ответила я, удивляясь неожиданному любопытству парня.
— Ты рабочий чат читала? — скривился Цаплин в иронической улыбке.
— Нет… А что?
— Начинай злиться, королева, потому что из-за Барса нам изменили график…
— В смысле? — хмыкнула я и нечаянно вздрогнула всем телом.
От одного лишь имени…
Вот видите, как на меня эта блондинистая тля действует. Придушить бы его, чтобы не портил «мой огород»…
— У нашей знаменитости по вечерам репетиции с группой, поэтому сбор назначен на три. То есть полчаса назад. Вот такой расклад, королева…
— Эпический беспредел… — исправила я парня и ушла на перезагрузку.
Как сделать реферат, если сейчас нужно в агентство, а потом библиотека будет закрыта.
Я ещё помню первые курсы, когда рефераты набирала на телефоне.
Это знатный пиздец!
А мне полный конец!
Несдача реферата равна пересдаче, а это автоматически отброс на последние строчки листа распределения.
И вот я вместо Современника ставлю новогодние утренники в Доме культуры за МКАДом.
А если пропустить прогон у Элеоноры, то можно уже завтра искать новую работу.
Вот нет у Тохи Морозова шанса понравиться мне…
Ни единого!
Точка!
— Ты едешь? — вышла я из нерадужных раздумий.