Страница 3 из 4
— Хочу сразу тебя предупредить о том, что есть у меня уже любимая женщина. Думаю, даже не удивлю тебя, когда имя её скажу.
- Мария! — я рассмеялась, увидев, как взлетели в удивлении брови мужчины. — Петя, расслабься! Я в курсе, что ты в неё со школы влюблен. К тому же я пока не собираюсь ни в какое “в замуж”. Вам, мужикам, верить — себе дороже. Это ты у нас один на миллион. Уникум, ёлки-палки!
— Что? Так заметно было?
— Поверь, заметно. Девочки все завидовали, скажу по секрету, не понимали, что ты в своей Маше нашел. Но каждая из нас мечтала о таком, как ты!
Петька смущенно взъерошил волосы на затылке, но промолчал.
— Чем заниматься будешь, — перевел он тему. — Не поверю, что на шее у родителей будешь сидеть.
— Не буду, Петь, — не стала я отпираться и рассказала о своих планах.
— О! Дело хорошее. Сама же видишь, что мы теперь не в деревне живём. Новых жителей прибавилось. А с учетом того, что многие сейчас из дома работают и в город редко выбираются, даже вон продукты на дом заказывают, — Петр кивнул на проезжающий мимо фургон с логотипом известной сети продуктовых магазинов, - то, думаю, пойдет у тебя это дело.
— Вот и я об этом думаю. Помещение бы найти подходящее, и хоть завтра готова начинать, — согласилась с ним, провожая взглядом тот самый фургон, и увидела маму, спешащую к воротам. — Ладно, Петь, спасибо, что подвез.
— Лиз, а с помещением найдем выход. Вхож я в местную администрацию, у нас там толковый дядька сидит, даром, что назначен к нам сверху. Хочешь, вместе сходим к нему. Помогу, чем смогу. А вообще, давай завтра ко мне, а? Банька, шашлычок, мои друзья-однополчане да вы с Машулей. Посидим в тесной компании. Глядишь, парни тоже что предложат. У нас всё пристойно. Обещаю!
— Ну раз всё пристойно, то давай. Почему ж нет-то? Я с удовольствием, — согласилась охотно, — тем более если и о делах поговорим.
— У Маши завтра суд и, надеюсь, наконец-то официальная смена статуса. Вот и отметим. Давно вы с подругой-то общались?
— Стыдно сказать, КАК давно, Петь! — пришлось признаться. — Только давай Машке сюрприз устроим, а? Обещаешь, что не расскажешь о моем возвращении?
— Ладно, уговорила, — усмехнулся Петр. — Я завтра её после суда встречать поеду. Хочешь, поехали вместе.
— Договорились.
Мы обменялись с Петром номерами телефонов и вышли наконец из машины. Пока мы с мамой обнимались, Петр затащил мои тяжеленные чемоданы в дом.
— Петенька, заходи на чай! — попыталась было моя мама заманить потенциального, с её точки зрения, жениха в дом.
— Спасибо, Клавдия Семеновна, но не сегодня, –съехал Петр с приглашения. — Лизок, до завтра!
— Неужели вы с ним завтра пойдёте куда? — обрадовалась мама, услышав эти слова Петра.
— Пойдем, но не туда, куда ты думаешь. Мам, Петр непробиваем как стена. Там Маша на пьедестале со школы еще, сама же знаешь. Так что пролетаю я мимо как фанера над Парижем, — я рассмеялась. — Мам, устала, не представляешь как.
— Ой, пойдем, доча! А то что-то мы с тобой и правда на пороге встали. Я там и щей наварила, и пирогов твоих любимых со щавелем напекла. А хочешь, батька баньку истопит.
— Да нет, мам, в баньку я завтра вон к Петру пойду, — увидев удивленный взгляд мамы, пояснила:
— Пойдем, мам, в дом. Всё расскажу, обещаю.
В этот день я объедалась, рассказывала всё честно, без утайки, отсыпалась и отдыхала душой, слушая незатейливые деревенские новости.
— Вот и правильно, дочь, что решила вернуться! — поддержали меня родители. — Ничего, и в глубинках люди хорошо живут.
— Да я уж в курсе, мам!
А перед сном, лежа в своей комнате, я вдруг остро поняла, как же я, оказывается, соскучилась по дому…
В этот момент я еще не могла знать, что пророческие слова Ларисы Игнатьевны уже завтра начнут сбываться.
Глава 4
— Петь, а кто это с Машей, а?
— Адвокат её. Тёмыч, — отмахнулся было Петя, но, видно, что-то уловил он в моем голосе, потому как за этим последовало полное досье:
— Артём Игоревич Закревский. Адвокат. Тридцать четыре года. Имеет своё адвокатское бюро. Успешен в делах, в силу этого востребован. Холост, богат.
Я поняла, что спалилась со своим интересом к адвокату, а потому не стала уже скрывать своего интереса к мужчине:
— А ты его откуда знаешь? Тоже с разводом помогал?
— Нет. Служили вместе.
— А, понятно. Слушай, а о чем это они там шепчутся?
— Вот и мне кажется, что Тёмыч берегов не видит, — послышался сдавленный рык от Петра. — Всего-то попросил друга пригласить Машуню отпраздновать развод в хорошей компании.
Я смотрела на холеного молодого мужчину с внешностью голливудского актера и прекрасно понимала Петра. Такой красавец, и около его женщины трется.
Мне нравилось в мужчине всё: горделивая осанка, взгляд с прищуром, уверенная манера держаться.
Эх… Лиза, Лиза…
Я мысленно отвешивала себе подзатыльников и напоминала о данном и бывшей начальнице, и самой себе слове.
Нет! Лиза, нет! Сначала дело, а уж потом адвокаты с внешностью моделей и улыбками голливудских актеров.
Пока мы с Петей рассматривали Машу с Артёмом, из здания суда вышел холеный, но какой-то неприятный и скользкий мужик под ручку со взъерошенной теткой. Было что-то неуловимо общее во внешности этого холеного самца и женщины. Общее не только во внешности, но и в попытке держать хорошую мину при плохой игре.
— О! А вот и бывший муженек с маменькой наперевес! — услышала я комментарий Петра.
— Это с ним, что ли, Маша только что развелась? — не поверила я словам Петра и вернулась к разглядыванию бывшего мужа свой школьной подруги.
— Точнее уж, с НИМИ, — Петя усмехнулся зло. — Представляешь, эта мадам под своего сыночка мало того что молодуху подложила, так еще и дом у Маши, тот, в котором она росла, хотела отобрать. Спасибо, Тёмыч помог отстоять.
— Вот же с-с-с-свекров-в-вь, — выдохнула, провожая взглядом бывшего мужа школьной подруги с маменькой под ручку, и, не задумываясь, произнесла вслух:
— Слушай, а что Маша в нем нашла? Какой-то он скользкий и мерзкий.
— Вот и я не понимаю, — услышала смешок Петра. — Всё, едем! Тёмыч уговорил Машулю! Вот сама сейчас всё и узнаешь у подруги, в парилке, да под квасок.
С подругой в тот вечер мы много о чем говорили. Она о себе да о своем муженьке, который вроде и мужик с виду видный, но очень уж гнилой внутри оказался. А я о своём недоженихе-недомуже…