Страница 9 из 11
– Он и тебе платит? – спрашиваю насмешливо. – Не надо, Лер. Я всё равно не поверю. Всё правильно, всё по-человечески… да, как же! Ты не понимаешь, что у них за дружба с Темиром. Они как братья, с детства повязаны. Друг за друга жизнь отдадут. Если бы Темир решил от меня избавиться, Камиль стоял бы рядом и копал яму. Вот какие они друзья. – Нервно усмехаюсь, в моём голосе дрожит горечь. – Если Камиль догадался, как я сбежала и куда, то сразу же сказал об этом Темиру, в этом можешь быть уверена. А если он прислал мне деньги и ключи от квартиры, значит, за этим стоит Темир.
Лера глядит на меня долго, внимательно – слишком внимательно, – потом снова пожимает плечами, будто не соглашаясь и в то же время не желая спорить.
– Ну… значит Темир о тебе позаботился. Он понимает, что от него ты сейчас ничего не примешь, поэтому действует через друга.
Я хмыкаю.
– Или не позаботился, а просто хочет знать, где я нахожусь, и контролировать ситуацию. Камиль помог найти для меня место, где я всегда буду под присмотром, но при этом не такое публичное, как гостиница. Они дали мне денег и думают, что дело в шляпе: я у них под контролем, но при этом считаю себя гордой и независимой. Было бы дуростью думать, что это не так.
Лера открывает рот, чтобы что-то сказать, наверное, поспорить, но потом качает головой. Лишь заправляет локон за ухо и улыбается.
Поднимаюсь с дивана и подхожу к окну. Лера молчит, но я ощущаю на себе её внимательный взгляд. За откном обычный двор: припаркованные машины, одинокий фонарь, редкие прохожие. В одном из них мне чудится Темир.
Трясу головой и отворачиваюсь.
Поразмыслив, беру телефон и набираю Камиля.
– Здравствуй. Это…
– Катя, я что-то упустил? – перебивает он меня.
– Нет. Почему упустил?
– Тебе нужно что-нибудь ещё, о чём я не подумал?
– Мне ничего не нужно, спасибо. Я звоню поблагодарить тебя за заботу, а также сказать, что я не воспользуюсь ни квартирой, ни деньгами. У меня свой отдельный счёт в банке, поэтому денег у меня достаточно, и мне есть где жить. Но я благодарю тебя за помощь.
– Не веришь, да? – отзывается он.
– Прости… чему не верю? – Прикидываюсь дурочкой.
– Ты думаешь, что это Темир передал тебе деньги через меня?
– Не имеет значения, во что я верю или не верю. Вы с Темиром друзья, но это не значит, что я буду обсуждать с тобой нашу личную жизнь. Мы уж как-нибудь сами разберёмся. Но если ты искренне хотел мне помочь, то за это спасибо. Я завезу деньги и ключи домой к твоей матери, когда следующий раз её увижу, или передам тебе в больнице после отпуска.
– Ты меня не разочаровала, – усмехается Камиль и отсоединяется.
А я так и смотрю на экран распахнутыми глазами, силясь понять значение его слов.
13
С трепетом в груди захожу в кафе, одно из наших любимых.
Ступаю внутрь и будто проваливаюсь в наше с Темиром прошлое. Мы часто сюда заходим просто так, встречаемся посередине дня или забегаем на выходных. Кофе здесь совершенно уникальный. Настолько, что по утрам люди готовы стоять в длинной очереди, лишь бы получить свою чашку. Владелец упорно хранит тайну, никому не признаётся, у кого и где именно покупает этот сорт.
Именно поэтому мы с Темиром договорились встретиться тут во второй половине дня, когда можно без суеты занять угловой столик подальше от всех и поговорить.
Встречаться с Темиром дома я отказалась. Даже мысль об этом вызывает отторжение. Дом – это территория, где всё слишком близко, слишком личное, слишком болезненное. Там стены помнят смех, слова, обещания, прикосновения. А я не хочу, чтобы воспоминания вмешивались в наш разговор.
Поэтому я настояла, чтобы мы встретились в публичном месте, где я смогу зайти и выйти, когда сама этого захочу. Когда почувствую, что уже всё сказано.
Колокольчик на двери звенит, оповещая о моём появлении. Я даже не успеваю сделать шаг вперёд, как вижу, что Темир поднимается из-за стола и стремительно направляется ко мне.
Через мгновение он уже рядом. Уставший, напряжённый, с покрасневшими глазами. Не раздумывая ни секунды, сгребает меня в объятия и прижимает к себе так крепко, будто хочет спрятать внутрь себя, укрыть от всего мира.
– Чёрт возьми, – выдыхает он мне в волосы, голос низкий, хриплый. – Убил бы себя за то, как сильно тебя расстроил. Но сначала извинюсь, вымолю у тебя прощение… а потом уже буду убивать.
Он пытается ворчать, но выходит с надрывом, и в этом надрыве слышится облегчение и боль.
По натуре Темир не игрок. Он умеет притворяться, это так. Я не раз видела, как он сдерживал свой горячий нрав, как говорил с кем-то подчеркнуто вежливо, хотя внутри кипел. Но это притворство было… поверхностным, социальным, необходимым. Оно никогда не касалось наших чувств.
А сейчас… он будто вообще теряет контроль над собой. Обнимает меня, гладит дрожащими ладонями. Его дыхание неровное, голос срывается.
Сейчас я уверена, что он не лжёт… По крайней мере, мне так кажется. Я слышу его чувства, а не красивые слова.
И говорить он умеет красиво, даже очень. От его комплиментов и признаний мне всегда было так сладко и светло, будто я глотала солнечный свет.
И сейчас… моё сердце сжимается в ответ на эмоции Темира. Прошло слишком мало времени после нашего разрыва, и всё моё существо до сих пор настроено на него: на его запах, на его голос, на прикосновения.
– Пойдём, – шепчет он, мягко направляя меня к столику. – Я… спать без тебя не могу, есть тоже… вообще не существую. Пришлось на работу идти, а то с ума сходил. Видела бы ты лица сотрудников, когда я там появился! Все были уверены, что мы с тобой улетели на Мальдивы. Медовый месяц, всё такое… А тут раз – и начальник на месте…
Он пытается улыбнуться, но получается плохо.
Пытается говорить легко, но его голос дрожит.
Пытается сделать вид, что между нами всё хорошо, но… знает, что это неправда.
Мы садимся за столик.
Складываю перед собой руки. Ничего не говорю. Жду, пока Темир разговаривает с официанткой.
Только когда она уходит, я поднимаю взгляд и смотрю на Темира.
Внимательно. Холодно.
Пытаюсь увидеть в его глазах ложь.
Пытаюсь поймать тень фальши, заметить хоть один неверный жест.
Но вижу только родное лицо, к которому привыкла. Мой любимый мужчина.
Который назвал меня «цацкой».
– Темир, я не хочу притворяться, что у нас всё хорошо и мы можем болтать о том, о сём. Я ушла от тебя…