Страница 60 из 103
— Возможно, но ты забываешь, что его силы ограничены и заперты. И даже если бы он каким-то образом узнал о твоем существовании — что до тех пор, Дуна? Ты всегда была грозным воином, одной из самых лучших, и ты могла бы легко победить низшего бога. Как ты думаешь, как долго бы ты продержалась, если бы один из высших богов обнаружил твое существование? Кто-то, кто может нанести большой вред не только тебе, но и Святому Принцу? Кто-то, обладающий огромной властью? — Он покачал головой с серьезным выражением лица. — Я не мог так рисковать. Никто не знал, даже твоя мать не знала об этой связи. Это был единственный способ обеспечить твое благополучие.
— Кого ты… — Словно кулак врезался ей в легкие, весь воздух покинул ее одним внезапным, сильным выдохом. — Нкоси. Ты говоришь о его брате.
Она вскочила со скамейки, нуждаясь в пространстве. Ей нужно было двигаться, чтобы вернуть кровь в затекшие конечности, те самые, которые сейчас дико дрожали. Шок и адреналин, бушевавшие в ней, заставляли ее тело работать на пределе возможностей, когда она пыталась осмыслить слова отца, когда она пыталась собрать кусочки головоломки обратно воедино.
Чародей тоже встал, крепко обнял ее и прошептал ей на ухо: — Никому не говори о вашей связи, Дуна. Храни ее ценой своей жизни. Я сделал все, что мог, чтобы защитить тебя, но я могу сделать не так уж много. Особенно теперь, когда ты вернулась и другие тоже знают об этом.
Прежде чем она успела попросить его пояснить, ее отец отстранился со странным выражением на лице. — Меня вызывают, я должен идти. Проводи меня обратно. Этот старик изголодался по обществу своей дочери.
Взяв его за локоть, они вдвоем направились обратно к Бассейну, и ее отец делал все возможное, чтобы облегчить ее беспокойство. Но облегчить его было невозможно, как бы сильно он ни старался. Мешок с камнями в ее животе превратился в целые валуны, которые давили на нее с каждым шагом, который Дуна делала через золотые ворота к черному бассейну призыва.
— Помни, что я сказал, голубка моя.
Она подняла взгляд как раз в тот момент, когда в поле ее зрения появилось красное пятно — и валун взорвался.
— Петра?