Равнины гнева

Глава 25

ГЛАВА

17

Генерал направился к палатке Ото, предварительно убедившись, что Дуна надежно укрыта одеялом и крепко спит в своей постели, прежде чем приступить к выполнению своих намерений.

Он не хотел оставлять ее после их напряженного сеанса, особенно после нападения, которому она подверглась в лесу. Но она потеряла сознание в его объятиях, была вне опасности и будет в порядке по крайней мере несколько часов. Ей также понадобится вся ее энергия, когда он вернется.

Здесь не должно было бродить никаких демонов, по крайней мере пока. И если Апофис уже начал обращать людей, то он становился сильнее гораздо более быстрыми темпами, чем Катал первоначально ожидал. Но в настоящее время ничего нельзя было поделать, ничего, кроме как подготовить армию и ждать, куда змея нанесет первый удар.

Гнев все еще кипел глубоко внутри генерала из-за маленькой демонстрации неповиновения Дуны. За то, что она выбросила его из головы и отказалась отвечать ему. Он был более чем уверен, что она способна позаботиться о себе и что ей не нужно, чтобы он присматривал за ней.

За исключением того, что он

всегда

будет присматривать за ней.

Нравилось ей это или нет.

Катал не мог закрывать глаза на любые потенциальные угрозы своей драгоценной паре. А если ей нужно преподать гребаный урок, чтобы она наконец-то вбила себе в голову, что он не потерпит неповиновения? Тогда он во что бы то ни стало добьется своего.

Он ухмыльнулся, внутренне застонав.

Это не было бы полной трагедией, если бы она

действительно

нуждалась в некотором длительном просветлении. Но ее первому уроку придется подождать. У Катала было неотложное дело, с которым ему нужно было разобраться первым, прежде чем она проснется и попытается отговорить его от этого.

По какой-то причине Катал чувствовал, что ему нужно сделать это одному. Если бы она пошла с ним, результат был бы другим. И вот он поплелся дальше, и палатка молодого капитана показалась в поле зрения, когда снова начал падать сильный снег.

Словно почувствовав его, Ото вышел наружу, и ветер заставил полы палатки хлопать по стенам сооружения.

— Что привело вас сюда, генерал? — спросил высокий мужчина, как только тот остановился перед ним.

— Мне нужно, чтобы ты отвез меня к Роману.

Ото выгнул бровь, изучая его своими гранитными глазами. — Ты серьезно.

— Разве похоже, что у меня есть время на глупые игры, капитан?

Воин усмехнулся, явно довольный. — Нет, что ты. Хорошо, — он скрестил руки на груди, — допустим, я соглашусь и отведу тебя к нему. Будет ли у меня все еще отец к концу дня?

— А почему бы и нет?

Ото пожал плечами, его нос дернулся. — Никогда нельзя быть слишком осторожным. — Он сделал паузу, проводя языком по передним зубам и оглядывая Катала. — Особенно когда речь идет об одном из Верховных Богов.

Яйца у этого человека. — Ну, давай посмотрим. Твой отец когда-нибудь обижал Дуну?

Выражение лица Ото стало серьезным, его наполовину игривое поведение сменилось чистым насилием, когда он подошел к Каталу, рыча: — Вы слышите слова, которые слетают с ваших губ, генерал?

Желание придушить самодовольного ублюдка взяло верх.

Даже не думай об этом. Он важен для нее.

Генерал сделал шаг назад, сдерживаясь, чтобы не повалить мужчину на землю за то, как тот его провоцировал, тело Катала пульсировало от такой же агрессии, когда он понизил голос: — Я предлагаю тебе следить за своим тоном со мной, малыш.

— Я тебя не боюсь.

Волчья ухмылка растянулась на губах генерала. — Сказал дурак.

Ото приблизился к нему, подойдя так близко, что кончики их сапог соприкоснулись. — Все вы, боги, одинаковы, — сказал он, его голос был полон презрения. — Высокомерные. Эгоцентричные. Самодовольные. Слишком высоко стоите на своих гребаных пьедесталах, чтобы осознавать, насколько каждый из вас заменим. Без ваших божественных сил вы были бы такими же, как все остальные. Возьмем вас, к примеру,

ваше Святейшество

. Без ваших теней вы такой же, как я. Плоть и кости. Вода и кровь. Какого черта я должен этого бояться?

К черту это. Она поймет.

Ухмылка Катала превратилась в настоящую угрожающую улыбку, его клыки сверкнули. — Потому что… — его пальцы сомкнулись на горле Ото еще до того, как мужчина понял, что происходит, — вопреки тому, во что ты можешь верить, мне не нужны мои тени, чтобы свернуть тебе шею. — Его хватка усилилась, когда капитан начал колотить по руке, удерживающей его, пытаясь ослабить железную хватку.

Катал зачарованно наблюдал, как лицо мужчины приобрело глубокий красный оттенок, его удары становились все более неистовыми по мере того, как воздух не поступал в его легкие.

— И это лучшее, на что ты способен? — насмешливо спросил он, наклонив голову. — Но я думал, мы с тобой одинаковые? — Давление нарастало, пока глаза Ото не начали вылезать из орбит. — Ну, давай, борись со мной. Докажи мне, что ты стоишь того гребаного воздуха, которым дышишь. Что ты, по крайней мере, часть того, кем должен быть сын великой римлянки Валерии.

Его слова сопровождались пинками и плетьми, но Катал ничего этого не чувствовал, как будто на него нападал рой бабочек, а не самец, который мог легко размозжить череп медведю. Но, к несчастью для него, у него не было медведя в качестве противника.

У него был Катал.

— Мы с тобой никогда не смогли бы стать одинаковыми, даже если бы я стал простым смертным, капитан, поэтому я не буду тратить свое время на такие нелепые предположения. Но ты и твой отец?

Это

мы можем сравнить. Слушай внимательно. — Он притянул его к себе и начал: — В отличие от тебя, он осознает свои слабости и слабости своих врагов и точно знает, какие бои выбрать, если он хочет победить. Он не самоуверен, хотя у него есть для этого все основания. Да, он великий воин. Но любой может научиться владеть мечом. Он

заслужил

уважение, которое завоевал своими действиями и тем, что показывал его другим там, где это было необходимо. Будучи благородным мужчиной, которым любой гордился бы, что он на их стороне, сражается за них. — Его голос понизился. — Такой позор, что яблоко упало и откатилось далеко от дерева.