Долина слез

Глава 23

ГЛАВА

13

В

згляд Чародея скользнул по залитой кровью комнате в Большом дворце в Навахо, ужасная сцена перед ним предупредила его о том ужасном состоянии, в котором вскоре окажется Восточное Королевство людей, если он что-нибудь не предпримет.

Единственная проблема заключалась в том, что он мало что

мог

сделать.

Даже если бы он убил всех демонов, бродивших по дворцу, у него не было возможности узнать, скольких людей они заразили. И каким бы безжалостным он ни был как бог-воин, он не был настолько безжалостен, чтобы зайти так далеко, чтобы истребить целую нацию только для предотвращения вспышки.

Нет. Все знали, кому принадлежала эта роль.

Чародей намеревался посетить королевство смилодонов, как только Святой Принц высказал свои сомнения по поводу возвращения демонов в страну людей. Но волею судьбы Царь богов отозвал его по какому-то срочному делу.

Делу, от которого он не мог отказаться.

Сожаление, которого он никогда раньше не испытывал, потянуло за его божественные струны. Сожаление за то, что не пришел раньше. За веру в то, что у него было больше времени. Возможно, он смог бы предотвратить убийство королевской четы, чьи иссушенные тела все еще свисали с крыши их покоев во дворце.

Их сыновья, наследный принц и второй в очереди, а также их единственная дочь были далеко от этого ужасного места. Небольшое милосердие в без того мрачной ситуации. Он должен был добраться до них, и как можно скорее. Королевству Бакар нужен был новый король, прежде чем разнесется слух, что народ покинут. Брошен на произвол судьбы.

Люди были более злыми, чем когда-либо мог быть любой демон. Именно их невинные лица скрывали их истинную мерзкую природу. Маска, которую большинство людей никогда не снимали за всю свою жизнь, их черные сердца раскрывались только тогда, когда они переходили в Подземный Мир и их настоящие преступления становились достоянием гласности.

Вот почему он должен был позаботиться о том, чтобы их не оставили наедине с их собственными аморальными пороками и позволили поступать так, как им заблагорассудится.

Чародей повернулся и вышел из покоев покойных Короля и Королевы, спустившись в крипты, скрытые глубоко под землей.

Под дворцом тянулись уровни подземных галерей, до краев заполненных золотыми саркофагами. Саркофаги со сломанными оболочками. Измельченный металл, который ни один человек никогда не смог бы сломать своими слабыми смертными руками. Пустые гробы кричали ему, когда он переходил от одного гроба к другому, и каждый из них представлял одно и то же ужасное зрелище.

Движение привлекло его внимание как раз в тот момент, когда Чародей материализовался в некогда роскошной Приемной, теперь заваленной грудами разлагающихся тел.

Группа по меньшей мере из двух дюжин демонов столпилась и лакомилась человеческой плотью в самом дальнем и темном углу помещения, вдали от окон и прямых лучей Солнца.

Что могло означать только одно: они все еще недостаточно прочны, чтобы противостоять обжигающим свойствам света.

Это дало ему достаточно надежды на то, что, возможно, у них было больше времени и королевство, в конце концов, не было обречено.

В его руке появился серебряный клинок, и он нанес удар, отрубая головы ничего не подозревающим существам, как будто они были сделаны из глины. Покатилось еще больше голов, когда еще больше демонов бросились на него, не подозревая, кто и что он такое, и их постигла та же печальная участь.

Спустя несколько минут Приемная превратилась в кладбище как для демонов, так и для людей. Но он знал, что скоро проснутся еще больше. Единственный способ остановить их навсегда — это убить того, кто контролировал их мерзкую сущность: их лидера.

Королева демонов или кто-то из ее рода.

Его первой задачей после сообщения наследному принцу своего нового титула будет найти ее. И убить ее собственноручно.

Тем временем он оставит на месте охрану, устойчивую к влиянию демонов. Тех, кто сможет защитить себя лучше любого вооруженного солдата.

Позади Чародея раздалось рычание, когда стражи Ахаза ворвались в открытую дверь и рассредоточились, их величественные кошачьи формы были воплощением невероятной силы и безжалостной натуры диких зверей.

— Охраняйте оставшихся людей в городе, — приказал Чародей. — Охотьтесь на демонов. Не позволяйте никому из них покидать территорию дворца, несмотря ни на что.

Их предводитель, массивная пантера черного дерева, подкрался к нему и, склонив свою гигантскую голову перед богом, ответил: —

Как прикажешь, Господин.

— Ты не смог защитить короля и королеву. Не разочаровывай меня снова, Радж.

—

Прости нас, Учитель. Мы опоздали. Демоны уже добрались до них, когда мы их нашли. Мы ничего не могли поделать.

— Пантера низко поклонилась, целуя землю и ожидая знака согласия от бога, затем замяукала, когда ладонь Чародея, наконец, коснулась его головы, слегка погладив ее.

Образы нахлынули, когда его кожа соприкоснулась с головой Раджа. Образы Дуны и ее пребывания в Бакаре.

— Я вижу, вы познакомились с моей дочерью.

Радж уткнулся носом в его ладонь, лизнул ее и удовлетворенно замурлыкал.

— Да, я сразу узнал ее. Не было никаких сомнений в ее божественном происхождении и в том, чья кровь текла в ее жилах. Я сделал все возможное, чтобы попытаться защитить ее.

Видение смерти Раджа, сражающегося с другой пантерой и спасающего жизнь Дуне в процессе, заполнило разум Чародея. Он погладил его по голове, посылая величественному коту волны тепла и одобрения. —

Ты молодец, Радж.

Черный кот снова низко поклонился.

— Для меня было честью служить вашему преемнику, Господин.

Призвав к себе свои силы, Чародей исчез и снова появился в Красном Дворце Скифии, где, как он знал, найдет Фаиза. Время осторожности давно прошло, и поэтому он даже не пытался скрыть свое присутствие, маршируя по огромным залам мимо бесчисленной стражи.

Никто из них не попытался остановить его.

Как будто чувствуя, что рядом с ними находится высшее существо.

Голоса донеслись до него, когда Чародей остановился перед массивной двойной дверью как раз в тот момент, когда та распахнулась, только чтобы показать не кого иного, как его дочь и Святого Принца собственной персоной.

— Отец, — сказала Дуна, опешив, когда ее взгляд остановился на нем. — Что ты здесь делаешь?