Страница 38 из 129
, — прогрохотал Катал в ее голове. —
Что ты делаешь?
—
Просто доверься мне.
Его голова склонилась набок, бровь высоко поднялась, когда он рассматривал ее. —
Ты будешь вести себя хорошо, или мне нужно будет отшлепать тебя по заднице в конце этого?
Щеки Дуны покрылись густым румянцем, она не осмеливалась взглянуть в его сторону. —
Я всегда хорошо себя веду, Генерал.
Он наклонился, запах его кожи и виски окутал ее, когда он прошептал ей на ухо: — Конечно, это так, моя хорошая маленькая женушка. — Его зубы вонзились в нее, покусывая. — Моя твердолобая, упрямая маленькая подружка. Я не могу дождаться, когда ты вернешься в мою постель.
Жар мгновенно вспыхнул в ее сердце, кожа Дуны горела от его близости. С его восхитительно греховных губ, которые всего несколько часов назад творили с ней греховные вещи, оставляя отметины на каждом дюйме ее плоти, пока она больше не понимала, где начиналась она и заканчивался он.
Катал застонал от этих образов, звук был подобен сладкому, мучительному прикосновению гравия к ее коже. — То, что я собираюсь с тобой сделать…
Она толкнула его локтем, обрывая фразу и заставляя его тихо хихикать, пока он потирал это место. — Такая порочная.
Король откашлялся. — Очень хорошо. Но я должен предупредить вас, — сказал он, вставая, — зрелище будет не из приятных. Надеюсь, у тебя хватит духу на это, Дамарис. — Брови Дуны в замешательстве нахмурились. — Она в яме.
Неуверенная в том, что это значит, но чувствуя, что это, должно быть, какая-то особая пытка, Дуна кивнула, зная, что хуже того, чему она уже была свидетельницей на поле боя в Войне Четырех Королевств, быть не могло.
— Кто-нибудь сопроводит вас в подземелья, — добавил Киан. — Не теряйте из виду стражника. Или ты потеряешься там, внизу, без всякой надежды на то, что кто-нибудь когда-нибудь тебя найдет.
Она развернулась на каблуках, но прежде чем смогла пройти дальше, чья-то рука остановила ее.
— Ты же на самом деле не думала, что я позволю тебе спуститься туда одной, не так ли?
Дуна прикусила губу, пристально глядя на Генерала и ерзая на месте. — Не знаю, хорошая ли это идея. Возможно, она не захочет рассказать мне то, что мне нужно знать, если ты будешь там.
Катал оглядел ее, изучая черты лица. — Ты снова что-то скрываешь от меня?
— Нет, не намеренно. Это просто то, что я случайно обнаружила в Бакаре, и после всего, что произошло с тех пор, я совершенно забыла об этом. — Она схватила его за руку, сжимая ее. — Прости, что не сказала тебе, но я даже не знаю, есть ли в этом хоть капля правды. Я не хочу обвинять ее в чем-то без доказательств.
Катал нахмурился, покачал головой и переплел свои мозолистые пальцы с ее, наклонился к ней и сказал: — Не скрывай от меня ничего, даже если тебе кажется, что это бессмысленно. Я обещаю тебе, что бы ни происходило в твоей хорошенькой головке, я хочу знать. — Он поцеловал ее в губы, потянув к дверям.
Она дернула его назад. — Катал… я серьезно. Может, тебе стоит остаться.
— Если это так много для тебя значит, я превращусь в гребаную тень, чтобы она меня не заметила, ладно? Но я не позволю тебе спуститься туда одной. — Он сделал шаг вперед — она осталась как вкопанная. — Ради всего святого. Дуна…
— Я не хочу, чтобы она думала, что я провоцирую ее нашими отношениями.
Катал с любопытством наклонил голову, словно обдумывая ее слова. Подойдя к ней, он обхватил ладонями ее лицо, их взгляды встретились. — Лейла взрослая женщина, и у нее нет причин чувствовать себя спровоцированной. Мы с ней расстались задолго до того, как между нами что-то произошло. Она знала о моих истинных чувствах, когда я разорвал помолвку, и я никогда не притворялся тем, кем не являюсь, и никогда не давал ей ложной надежды. Если она чувствует себя оскорбленной, это ее гребаная проблема, и мне насрать, если она заплачет до смерти. И если это делает меня бессердечным ублюдком, пусть будет так. Ты — единственное, что имеет для меня значение. Кроме того, у нее есть проблемы поважнее, чем у нас двоих, милая. — Он указал между ними, слегка щелкнув Дуну указательным пальцем по носу, прежде чем поднять ее лицо к себе. — Ты и я, мы в этом надолго. Ты понимаешь? И что бы ни случилось, мы связаны друг с другом на неопределенный срок. Рано или поздно каждому придется это принять. Нравится им это или нет. Так что перестань волноваться и немного поверь в своего мужа и вторую половинку.
В последний раз чмокнув ее в губы, он рывком распахнул двери — и чуть не врезался в стену.
— Отец? — Спросила Дуна, удивленная, увидев бога, стоящего перед ними. — Что ты здесь делаешь?