Страница 417 из 2588
— Теперь всё, можешь идти, — разрешил ему Марк и, когда счастливый Дидье вышел, сжимая в руке свою монетку, озабоченно пробормотал: — Покои наследника? Подумать только, какая честь!
Перед ужином он снова вышел на крепостную стену у ворот, и стоял какое-то время, пока не увидел, как по главной улице движется большая, нагруженная дровами телега, которую тащит крупный желтоватый мул, шкура которого почти сливается со стенами из песчаника. Наблюдая за ней, он прошёл в сторону южной башни и остановился там над ещё одними воротами, которые были не такими широкими, как центральные.
Телега тем временем развернулась, пересекла площадь и въехала в те самые открытые ворота. Марк перешёл на другую сторону крепостной стены и заглянул в небольшой дворик, где было оживлённо. Слуги пробегали по нему, таща куда-то мешки и корзины, несколько широких дверей в крепостной стене и под внутренними галереями были открыты, оттуда слышались голоса, ржание лошадей и стук молота о наковальню. Напротив ворот располагалась дверь, куда служанка в этот момент несла, держа за лапы, двух гусей. Она ловко обогнула стоявшего на пороге человека и скрылась, видимо, в кухне. А Марк, прищурившись, смотрел на высокого сутулого человека, преградившего ей путь. Это был слуга виконта де Шательро. Он дождался, когда возчик введёт своего усталого мула во двор. Тот заметил его и отрицательно покачал головой. И слуга тоже скрылся в дверях.
Марк ещё какое-то время постоял, глядя, как возчик заводит мула в ворота, где наверно располагался дровяной склад, а потом пошёл обратно. Его догадка только что подтвердилась, но чтоб окончательно проверить её, он решил следующим утром съездить на делянку и посмотреть, не найдётся ли там тайник.
Вернувшись к себе, он вышел на террасу и остановился у перил, окидывая взглядом раскинувшуюся перед ним равнину. Совсем рядом под стенами протекала река, а за ней на пологом берегу зеленела кудрявыми кронами небольшая роща. Какое-то время Марк смотрел туда, а потом взглянул налево, где возвышалась над крепостной стеной южная башня. Он невольно попытался отыскать среди верхнего ряда окон то, к которому подходил в покоях виконта де Шательро, и вдруг его осенило. Он понял, зачем там стоит этот странный штандарт, не имеющий никакого отношения к хозяину комнаты. Это яркое полотнище будет хорошо заметно с другого берега реки, если спустить его конец за окно. Наверно именно так виконт подаёт своим сообщникам сигнал о том, что скоро намечается разбойничья вылазка. И пусть это тоже было всего лишь предположение, оно выглядело вполне убедительно.
Следующим утром Марк снова выехал из ворот города, но на сей раз он поехал на юг, вдоль кромки леса и вскоре нашёл делянку, где под деревьями были сложены штабеля брёвен и нарубленных поленьев. Спешившись, он какое-то время бродил вокруг, пытаясь найти тайник, но его усилия не увенчались успехом. Вскоре он заметил на дороге внизу облачко пыли, которое поднимал своими копытами жёлтый мул, тащивший пустую телегу.
Марк отошёл за высокий куст бузины и наблюдал, как возчик, подъехав, оставил свою телегу, подошёл к крайнему дереву и засунул между ветками пальцы. Он что-то достал оттуда, потом осмотрел эту небольшую вещицу и, сунув её в карман, принялся грузить на телегу брёвна и поленья. Закончив, он тронулся в обратный путь, и, стоило ему уехать, Марк покинул своё убежище и, сев на коня, поехал в другую сторону.
Обогнув город по равнине, он увидел южную башню и въехал в рощу. Проехав по ней, он спешился, привязал коня к дереву и осторожно, стараясь не ступить на сухую ветку, направился в сторону реки. Через какое-то время он заметил кого-то на склоне. Приглядевшись, он понял, что это один из сыновей трактирщика Тибо, и на его губах мелькнула злая усмешка.
Он сел на землю, посматривая то на мужчину, то на верхние окна южной башни и, наконец, увидел вывалившейся из окна яркий флаг с длинными тёмными «хвостами». Кто-то аккуратно расправил его, чтоб он был лучше виден, а сын трактирщика не спеша поднялся и направился в сторону Марка. Тот поспешно скрылся в зарослях папоротника. Парень прошёл мимо, и через какое-то время где-то недалеко послышалось лошадиное ржание.
Марк и представить себе не мог, что ему повезёт увидеть весь процесс подготовки к разбойному нападению от получения известия о подходящей цели до извещения сообщников. Однако в следующий момент он испытал тревогу. Это значило, что через какое-то время разбойники встретятся на дороге и нападут на ничего не подозревающего купца или рыцаря. Он неизбежно погибнет, и его тело окажется среди других в заброшенной шахте на землях барона де Дре.
Марк какое-то время думал, что можно сделать, чтоб предотвратить это. Сначала он решил, что настала пора обратиться за помощью к маркизу де Лианкуру и затребовать у него отряд и подкараулить на дороге самих грабителей. Но потом он понял, что не знает, где их искать. От стен Рошамбо до графства Лорм расстояние немалое, и дорога там пустынная. Засаду можно устроить где угодно. И куда он поведёт этот отряд? И согласится ли маркиз дать своих людей для подобной вылазки на чужую территорию? У него итак натянутые отношения с графом де Невером. А у Марка не так много доказательств причастности ко всему этому виконта де Шательро. Поверит ли ему маркиз, ведь речь идёт о женихе Орианны? Что он предъявит ему? Штандарт у окна и пуговицу? Оруженосец заявит, что купил пуговицы у проезжего торговца, а штандарт, как бы он странно ни выглядел, ещё не доказывает, что виконт является безжалостным убийцей.
Ещё раз всё обдумав, Марк решил, что единственное, что он сейчас знает наверняка, это то, что скоро из ворот Рошамбо выедет кто-то, у кого будет что-то ценное, что может заинтересовать грабителей. И лучшее, что он может сделать в этой ситуации — это предупредить его об опасности.
Решив так, Марк отправился туда, где его Гром неспешно пощипывал травку. Сев в седло, он развернулся и поехал на восток, снова с наслаждением ощущая ровный и быстрый бег этого мощного скакуна.
По дороге Марк не переставал поражаться тому, как легко и уверенно бежит вперёд его новый конь, и при этом тряска в седле была куда меньше. Путь до Рошамбо он проделал быстрее, чем ожидал, но не стал заезжать в город, а скрылся в лесу неподалёку, наблюдая за воротами. Небо на востоке уже начало темнеть, предвещая скорое наступление долгой ночи, и хотя по людским меркам день только подходил к полудню, желающих выехать из города было немного. Никому не хотелось оказаться вне крепких и надёжных стен города, когда вокруг сгущается тьма, а дороги неспокойны.