Страница 403 из 2588
Рудокопы несмело переглядывались, а потом опустили оружие, но отойти не успели, потому что из леса появились другие всадники. Это были хорошо вооружённые конные стражники в шлемах и кирасах, которые моментально оттеснили от телег похожих на разбойников людей прево. Следом за ними из леса на дорогу с другой стороны выехали ещё три всадника. В центре на крупном боевом коне, размером с тяжеловоза, тащившего телегу, сидел маркиз де Лианкур в парадной кольчуге. Рядом с ним гарцевал на тонконогом чёрном жеребце Теодор Шарбо, под войлочным плащом которого на этот раз блестели доспехи. С другой стороны, гордо подбоченившись, восседал на рыжей лошади виконт де Шательро в блестящем нагруднике и шлеме, украшенном высоким гребнем.
— С каких пор на землях короля начали грабить от его имени? — громыхнул маркиз, грозно глядя на графа. — Или ты считаешь, что данная тебе власть простирается так далеко?
— Ты не смеешь обвинять меня в разбое! — оскорблённо взревел граф. — Это ты грабишь короля! Графство Лорм принадлежит королю и лишь на время даётся во владение наследнику Лианкуров. Сейчас графа де Лорма нет, земли снова отошли короне и то, что получено из этой земли, принадлежит королю!
— Земли Лорма находятся под защитой и управлением Лианкуров! — возразил маркиз.
— Но ты не вправе пользоваться их плодами! — перебил его де Невер.
— Я не пользуюсь ими, я лишь собираю их и храню для законного владельца. Дай проехать, де Невер, или на сей раз я всё-таки перережу твой сброд и выкину тебя в канаву головой вниз!
— Ты посмеешь бесчинствовать на землях короля? — возмутился граф.
— Я отвечу за это перед королём, но не перед тобой!
Маркиз взмахнул рукой, и его всадники натянули луки и вытащили мечи. Не дожидаясь реакции графа, его приспешники бросились врассыпную и мгновенно скрылись в лесу.
— Старый дурак! — в ярости воскликнул де Невер, отступая. — Ты поплатишься за это! Скоро ты умрёшь, так и не оставив наследника, и все твои земли, не только Лорм, но и Лианкур отойдут обратно королю, и он отдаст их под моё управление! И тогда всё здесь будет моим!
— Зря надеешься, — мрачно взглянув на него, ответил маркиз. — У меня есть наследник! Мой внук, который однажды с гордостью наденет корону де Лианкуров!
— Уж не этот ли угольщик? — язвительно уточнил граф, ткнув пальцем в помрачневшего Теодора. — Бастард твоего распутного сынка? Или ты надеешься, что король позволит передать столь богатые земли и столь древний титул вассалов Сен-Марко нищему подкидышу?
— Вовсе нет, — покачал головой маркиз и выпрямился в седле. — У меня есть ещё один внук, его благородное происхождение не вызовет сомнений ни у кого, и король с радостью передаст ему мою корону и весь Лианкур в придачу. А потом он, заручившись поддержкой короля Жоана, отправит тебя на твои же рудники копать руду, пока ты не задохнёшься там от пыли, и твоё любимое серебро не заполнит копотью твои лёгкие! Убирайся, пока я не воздал тебе за твою грубость!
Рыча от негодования, граф развернул коня и помчался прочь, за ним уехали и его рыцари, а маркиз деловито осмотрел обоз и только тут заметил Марка.
— Что ты тут делаешь? — неожиданно разозлился он. — Неужели дело короля вынуждает тебя шляться по лесам и совать свою дурную голову под мечи и стрелы?
— Надо полагать, ваше сиятельство, вы обеспокоены моей безопасностью, — улыбнулся Марк, подъезжая к нему.
— Тебя отправил сюда король, — резким тоном напомнил старик. — Своим приказом он поручил мне оказывать тебе помощь, и я не хочу отвечать перед ним за то, что ты лишился головы, находясь под моим покровительством. Когда закончишь с делами и отчитаешься перед ним, можешь хоть в огонь прыгать!
И объехав обоз, он помчался в сторону Лианкура. За ним последовали Шарбо и Шательро, а потом и Марк поспешил за маркизом, махнув на прощание рукой своим приятелям-рудокопам, оставшимся под защитой конных стражников.
Они вернулись в Лианкур к ужину. Слуги тут же принесли им воды, чтоб умыться, и маркиз, сделав небрежный приглашающий жест своим спутникам, прошёл в трапезную, где был уже накрыт стол на пять персон. В этот раз, к недовольству Шательро, и Теодор участвовал в застолье, а чуть позже из своих комнат спустилась Орианна, и Марк впервые увидел на лице старого коннетабля улыбку, которой он приветствовал девушку.
Разговор за столом не клеился, маркиз ел молча, посматривая то на Марка, то на Орианну, которая щебетала как птичка, то и дело поворачиваясь к гостю. Виконт дулся, демонстративно не глядя в сторону Теодора, а тот был занят едой, не глядя по сторонам.
Марк не считал возможным игнорировать внимание девушки и вступил с ней в беседу, и вскоре заметил, как ещё больше помрачнел маркиз, а Теодор начал бросать в его сторону свирепые взгляды.
Закончив с едой, маркиз поднялся и сообщил:
— Я устал и иду к себе. Когда сможешь, зайди ко мне, — приказал он, взглянув на Марка.
— Чем вы ему так не угодили? — спросил виконт, когда дверь за стариком закрылась. — Он ни разу не назвал вас ни по имени, ни по титулу.
— Дело прошлое, — проговорил Марк. — Он помнит меня оруженосцем и полагает, что я всё ещё остаюсь в этом статусе. Он и раньше терпеть меня не мог, считая, что я слишком много себе позволяю, прикрываясь покровительством короля.
— Он полагал, что вы заслуживаете хорошей порки? — едко уточнил Теодор, и Орианна хлопнула его пальцами по руке.
— Это и тогда было невозможно, — спокойно ответил на его выпад Марк. — Пусть я был оруженосцем, но я уже тогда был бароном крови.
— И тебе следует быть более учтивым, разговаривая с благородным человеком, — раздражённо добавил виконт. — Каждый должен знать своё место!
— Простите, ваша милость, — произнёс Теодор, резко вставая.
— Ты должен извиниться не передо мной, — напомнил Гастон.
Шарбо взглянул на Марка, но тот покачал головой.
— Не нужно извинений. В те времена действительно были те, кто грозился высечь меня на конюшне. Наверно было за что.
— Но… — начал было виконт.
— Хватит, не будем портить ужин перепалками и неуместными извинениями. Садитесь, господин Шарбо.
— Я, пожалуй, пойду… — покачал головой тот.
— Ну, Теодор, — жалобно проныла Орианна, и он покорно сел.
Марк взял свой кубок и задумчиво посмотрел туда, где за большим арочным окном зеленела равнина.
— Кстати, — внезапно оживился Шательро, — что это сегодня говорил маркиз о своём наследнике? У него действительно есть ещё один внук?