Страница 2586 из 2588
— Мы обсудим это позже, — остановил его Марк и снова взглянул на Дорлина. — Ты когда-нибудь видел лицо этого человека в маске? Знаешь, откуда он приезжал?
— Я даже не уверен, что это всё время был один и тот же человек, — ответил тот. — Он говорил тихо, неизвестно откуда появлялся и куда исчезал. Маска всегда выглядела одинаково, но на кого она была надета, сказать не могу. Я его боялся, лишь передавал, что велел мне жрец, выслушивал ответ и тут же уходил!
— Ты знаешь, как Ройдерн связывался с ним? Откуда он знал, где произойдёт встреча?
— Нет. Встреча всегда происходила на одном и том же месте, а вот как он узнавал о времени, не знаю. Может, это было в записках, которые я ему привозил?
— Тебе давали какие-то записки?
— Да, но я никогда не осмеливался заглянуть в них.
Больше ничего полезного узнать от него не удалось. Закончив допрос, Марк поднялся на уже облюбованную им террасу и окинул взглядом панораму гор. На ближайшей вершине ещё чадили погребальные костры, но их дым быстро рассеивался в жемчужном сиянии посветлевших небес.
— Они охотятся на тебя, — услышал он за спиной голос Джин Хо. — Тебя это не беспокоит?
— Конечно, беспокоит, но это было ожидаемо, — Марк запахнул на груди плащ. Ему снова стало холодно. — В прошлый раз они нацелились на Аллара, но именно я сорвал их планы. Конечно, королева Элеонора вмешалась бы в любом случае, и с него сняли бы все обвинения, но они об этом не знают. Они видели только, что я начал расследование, выпустил коннетабля и выследил их агента. Я ещё тогда думал, зачем они затеяли всё это? Ведь арест Аллара не мог привести к бунту в городе, но потом подумал, что они, должно быть, наблюдали за нашими действиями и выясняли, кто ещё может быть опасен для их целей.
— Ну да, и связанного с ними в Пуатье графа де Марля тоже ты отправил в самые глубокие подземелья под Чёрной башней, — озабочено кивнул лис. — Однако в этот раз избежать больших беспорядков в городе помог не только ты. Служба королевского прево тоже показала себя с самой лучшей стороны. Значит, теперь не только ты можешь оказаться их мишенью, но и Адемар. Он тогда быстро сориентировался и подавил волнения.
— Он не столь незаменим, — задумчиво произнёс Марк. — Он уже создал свою службу, организовал командование и штаб, подготовил и вооружил своих людей. Служба прево может действовать и без него. С этим справятся его заместитель виконт де Бланкар и другие помощники. К тому же немалую лепту в наведение порядка внесла городская стража, да и полиция магистрата, несмотря на неудачное расследование, неплохо поработала. Однако, возможно, Орден уже понял, как мы можем ответить на их провокации, и постараются учесть это в будущем. Я обязан доложить обо всём королю и Раймунду… Только я прошу тебя, не говори никому, что Орден нацелился на меня?
— Марк!
— Я не хочу тревожить короля, — умоляюще произнёс он. — Не хочу, чтоб меня снова окружили плотным кольцом охраны. У меня есть мои рыцари, есть ты, мои люди в тайной полиции вполне надёжны. Мы справимся сами.
— Как скажешь, — пожал плечами Джин Хо. — В любом случае мы не зря приехали сюда. Мы теперь хотя бы в общих чертах представляем себе, чего они хотят. И к тому же предупреждены о том, что им не терпится избавиться от тебя. Предупреждён, значит, вооружён! Ладно, пошли отсюда. Тут дует, и ты, похоже, опять дрожишь, к тому же уже проголодался. Наверно, скоро нас позовут на обед.
Марк задумчиво кивнул. За обедом он был немногословен, да и потом снова ушёл бродить по замку, предаваясь своим невесёлым размышлением. Лишь вечером, когда пастухи привели в Ройвен нашедшегося Грома, он повеселел и кинулся встречать своего любимца. Конь радостно пританцовывал и тряс гривой, пытаясь ткнуться носом ему в лицо. Его возвращение и радость встречи, наконец, улучшили настроение Марка, и на пирушку, которую новый граф устроил для своих гостей, он отправился уже не в столь мрачном расположении духа.
Следующим утром слуги пораньше вывели во двор осёдланных коней, и рыцари Марка спустились, чтоб приторочить к сёдлам свои сумки. Проститься с гостями вышли де Валон, графиня Эльфреда и Эланор. Лицо девушки заметно посветлело, и она стояла рядом с Роланом. Ещё прошлым вечером Марк заметил, как они беседуют между собой, не скрывая симпатии. Похоже было, что, выдержав траур по отцу, она всё-таки выйдет замуж за графа Эмберлейна, но этот граф подходил ей куда больше, чем прежний.
Эльфреда тоже как-то помолодела, её прекрасные глаза тепло светились, а на бледных щеках появился румянец. Она тихо улыбалась, с благодарностью глядя на Марка. Появление во дворе коменданта Амориса и вовсе вызвало счастливый блеск в её глазах. Наверно, Ролан уже сообщил ей, что не возражает против её нового замужества.
— Нам пора, — проговорил Марк, поглаживая по шее пританцовывающего от нетерпения Грома.
— Счастливой дороги, — произнесла Эльфреда. — Пусть удача сопутствует вам во всём.
— Да, — кивнул Ролан, улыбнувшись. — Я искренне благодарен вам за всё, что вы для нас сделали. И за мою спасённую жизнь и за освобождение от этого злобного старика. У меня будет для вас подарок… — он кивнул одному из воинов и тот подошёл ближе, держа в руках длинный полотняный свёрток, перевязанный верёвкой. — Я хочу, чтоб вы забрали с собой этот меч. Для нас это слишком мрачная реликвия, которая будет напоминать нам о предательстве и злодеяниях. Для вас же — это просто необычный меч, который дополнит коллекцию в вашем оружейном зале. Мы уже знаем, что он вовсе не принадлежал графу Сигурду и не был причиной смертей его несчастных друзей. В конце концов, меч — это лишь кусок металла, которому придали смертоносную и прекрасную форму руки мастера-кузнеца. Зло исходит не от оружия, а от того, кто держит его в руках со злым умыслом. Думаю, что в руках благородного человека и отважного воина он может вершить добрые дела.
— Этот меч слишком ценен… — начал Марк.
— Вы же слышали, что сказал Дорлин! — перебил его де Валон. — Это вовсе не наша реликвия. Это чужой меч, попавший в Ройвен лишь по стечению обстоятельств. Он мне не нужен. Если не хотите хранить, продайте или подарите какому-нибудь ценителю. Согласитесь, его вид многих приведёт в восторг. Пусть он послужит украшением в чьём-то доме.