Страница 13 из 19
Телефон вибрирует в кармане. Вижу на дисплее имя тёти Любы.
— Анечка! Ну как вы? Я звонила, звонила! Выписались уже? Я заходила — вас нет. Даня как?
— Всё хорошо, тёть Люб, — говорю как можно бодрее, отходя вглубь квартиры. — Выписались. Мы... в гостях.
— В гостях? — в ее голосе явное недоверие. — У кого это? Ты ж никогда ни к кому не ходишь.
— У старых знакомых, — мой голос предательски дрожит. — Тёть Люб, присмотрите, пожалуйста, за квартирой. Я скоро приеду, заберу кое-что из вещей.
— Анечка, у тебя голос странный. Ты в порядке?
— Да-да, все нормально. Я перезвоню.
Сбрасываю звонок, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.
Все нормально. Все просто замечательно. Я в ловушке у человека, который ненавидит меня за то, что я сбежала, и теперь использует моего же сына как рычаг давления.
Я заглядываю к сыну.
— Мам, включи мультики.
Включаю ему “Три кота”, а сама ухожу на кухню. Достаю телефон, нахожу номер Арслана.
Пальцы дрожат, когда я нажимаю “Вызов”. Слышу гудок, второй, третий. Уже хочу сбросить, но наконец-то раздается:
— Да, — его голос звучит отрывисто, на фоне слышны чужие голоса, какая-то суета.
— Арслан, это я, — говорю тихо, чтобы Даня не услышал. — Нам нужно поговорить.
— Я занят, — сухо отвечает он.
— Мне плевать, занят ты или нет! — во мне закипает злость. — Твои люди не выпускают нас из квартиры. Что это значит? Мы в заложниках?
— Это значит, что я обеспечиваю вашу безопасность.
— От кого? От моей нормальной жизни?
— Аня, — в его голосе появляются металлические нотки. —— Я не собираюсь обсуждать это по телефону. Тем более при посторонних.
— Тогда приезжай и обсуди лично! — перебиваю я, повышая голос. — Потому что я не собираюсь сидеть здесь как в клетке и ждать, когда тебе вздумается со мной поговорить! Мы не твои пленники, Арслан.
— Пленники? — он усмехается, но усмешка выходит злой. — Ты правда думаешь, что я тебя похитил?
— А как это назвать? Твои люди не выпускают нас за дверь! Я даже не знаю, где мы находимся!
— Вы в безопасности. В моей квартире. И если ты не заметила, там есть всё необходимое. Еда, игрушки, одежда. Чего тебе не хватает?
— Свободы! — выкрикиваю я и тут же прикусываю губу, потому что из детской доносится голос Дани:
— Мама, ты чего кричишь?
— Все хорошо, сынок, — отзываюсь я, стараясь говорить спокойно. — Я по телефону разговариваю. Смотри мультики.
В трубке тишина. Потом Арслан говорит уже тише, но от этого не менее жестко:
— Ты хочешь свободы? Хорошо. Я приеду. Мы поговорим. И вряд ли тебе понравится наш разговор.
Глава 16
Время тянется бесконечно долго. Я готовлю суп-лапшу и тефтели с картофельным пюре. Похоже, Арслан заранее подготовился к нашему приезду, потому что холодильник и шкафчики забиты едой.
Мы обедаем с сыном, но я не перестаю прислушиваться к звукам за дверью.
Уложив сына на дневной сон, я сижу в кресле рядом с его кроватью и смотрю на то, как он спит. У меня сердце сжимается от любви и нежности. Но рядом с этими светлыми чувствами теперь поселилась тревога. Я не знаю, сумеем ли мы договориться с Арсланом и что нас дальше с сыном ждет.
Щелчок входной двери заставляет меня вздрогнуть. Я осторожно выхожу из детской, прикрывая дверь, и иду в прихожую.
Арслан стоит у порога. Его волосы блестят от растаявшего снега. Гатоев смотрит на меня долгим тяжелым взглядом.
— Хотела меня видеть? Вот он я, — говорит глухо.
— Вижу. Не шуми, Даня спит.
— Будем разговаривать?
— А ты за этим приехал?
Вместо ответа он снимает дутую куртку и вешает ее в гардероб, а после проходит в гостиную и опускается в кресло. Я остаюсь стоять в дверях, скрестив руки на груди и опасаясь приближаться к нему.
— Садись, — кивает на диван.
— Я постою.
— Дело твое, — он трет переносицу, и я замечаю, как он напряжен. — Что ты хотела, Аня? Спрашивай.
— Мы теперь пленники? Почему твоя охрана не выпускает нас из квартиры?
— Пленники? — Арслан усмехается, но взгляд остается тяжелым. — Можно и так сказать.
— Ты серьезно? — я не верю своим ушам. — Ты решил просто запереть нас здесь, потому что… что? Боишься, что я сбегу?
— А ты не сбежишь? — он поднимается с кресла и делает шаг ко мне. — Скажи честно: если бы не охрана у дверей, ты бы уже давно была в своей конуре, да? Собрала бы вещи, дождалась, пока я уеду, и — поминай как звали.
Я открываю рот, чтобы возразить, но слова застревают в горле. Потому что он вполне может думать именно так.
— Вижу, — кивает Арслан, и в его глазах вспыхивает что-то темное.
— Не совсем так, — наконец-то решаюсь объясниться. — Сын хочет домой, я тоже предпочитаю жить там, где есть хоть какие-то гарантии, что к нам не ворвутся в дом незваные гости. Где мы можем строить быт, как нам нравится.
— Это я незваный гость? — сверкает глазами.
— Нет! Это мы тут гости. Но, как говорится, в гостях хорошо, а дома лучше. Серьезно, Арслан. Мы взрослые люди, неужели не можем договориться о том, как будет лучше нашему ребенку?
— Вот именно, Анна. И условия проживания в моей квартире, с моими ресурсами, для него лучше.
— Но это же не делается так резко! Ему нужно время, хотя бы чтобы привыкнуть к тебе. А потом к новому жилью. Или наоборот. Но не все сразу. Слишком резкие перемены для ребенка!
— Ты можешь как угодно выворачивать ситуацию, — он понижает голос, и у меня от его интонации мурашки по коже. — Но я не позволю тебе снова развести меня. Усекла?
— Ты не имеешь права держать нас взаперти! И вообще! Мне нравилась моя работа.
— Серьезно? Обслуживать чужаков за те копейки, что ты получала?
— Я собираюсь учиться дальше. И стать врачом!
— Прекрати! — обрывает он меня. — У тебя ребенок маленький. Им занимайся. И не будет нужды думать о том, как заработать. Разве не об этом мечтают все женщины?
Я молчу, не хочу вступать с ним в спор, который я заведомо проиграла. Ничто Арслана не переубедит пойти мне навстречу.
— И сколько это продлится? Год? Два? Всю жизнь?
— Столько, сколько потребуется, — отрезает он. — Пока не научусь тебе доверять. Если вообще научусь.
Я смотрю на него и вижу в глазах самую настоящую злость. Этот мужчина, привыкший все контролировать, столкнулся с тем, что не может контролировать меня. И это сводит его с ума.