Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 75 из 124

Элан сделал шаг ко мне. Затем ещё один. Он остановился так близко, что меня буквально обдало жаром его тела. Его дыхание было рваным, тяжёлым.

— Ты... ты сейчас сознательно пытаешься меня спровоцировать? — тихо, с опасной, стальной хрипотцой в голосе спросил он.

— Нет, — я подняла на него взгляд. — Я пытаюсь показать, что не боюсь тебя. И что мне надоело это... это расстояние между нами.

В его серых глазах на мгновение полыхнуло опасное, алое некромантское пламя. Челюсть лорда сжалась так, что кожа натянулась на скулах.

— Ты понятия не имеешь, что делаешь, — прошептал он, едва сдерживаясь. — И не представляешь, каких усилий мне сейчас стоит... просто не прикоснуться к тебе.

— Ну так прикоснись, — я вызывающе пожала плечами.

Он замер. Секунду. Две.

А потом резко развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

Я осталась стоять посреди комнаты, тяжело дыша. Киро поднял голову и посмотрел на меня с явным осуждением.

«Что? Что я сделала не так?»

Ты его сломала. Поздравляю.

«Я не хотела... я просто...»

Ты просто абсолютно не понимаешь, как устроены эти высокородные идиоты. Ты прямым текстом дала ему понять, что согласна. А наш гордый лорд на рассвете дал слово чумному не трогать тебя, пока ты сама не сделаешь окончательный выбор. Вот парень теперь и мучается, спасая свою дворянскую честь. Идиот, согласен. Но благородный.

Я обессиленно опустилась на край кровати, зарываясь лицом в ладони. Внутри всё превратилось в дикую мешанину из жгучего стыда, злости на саму себя и глухого разочарования.

«Я всё испортила, да?»

Ой, брось,

— фыркнул огненный дух, спрыгивая на пол. —

Ты просто знатно ускорила процесс. Поверь моему вековому опыту: долго он в таком режиме не протянет. Ни один нормальный мужик не протянет. Так что выше хвост.

Я подняла голову и посмотрела на дверь.

«Что мне теперь делать?»

Пошли поедим.

Я тяжело вздохнула, поправила помятый воротник блузы, натянула штаны и решительно вышла в коридор.

Элан стоял всего в нескольких шагах от двери, тяжело прислонившись лбом к холодной каменной стене. Его широкие плечи были натянуты как струны, а кулаки сжаты. На звук моих шагов он даже не шелохнулся.

— Элан...

— Иди, — перебил он, не оборачиваясь. Голос звучал глухо, пугающе ровно. — Пожалуйста, Элиана. Просто иди в обеденный зал и поешь. Я спущусь позже.

— Нет.

Он наконец медленно повернулся. Лицо бледное, суровое, а глаза — тёмные, почти чернильные.

— Элиана, я прошу тебя. Не усложняй и без того паршивую ситуацию.

— Ты сам обещал мне никогда ничего не скрывать, — тихо, но твёрдо напомнила я, делая шаг к нему. — Так скажи мне в глаза. Что происходит? Почему ты ведёшь себя так, будто я чумная?

Он закрыл глаза, тяжело выдохнул.

— Потому что я дал слово. И Крипу, и самому себе. Я пообещал, что не стану давить на тебя, не буду пользоваться твоим уязвимым состоянием и дам время разобраться в себе. Но ты... Тьма тебя дери, Элиана, ты делаешь эту задачу чертовски, невыносимо сложной!

— А я и не прошу тебя на меня давить, — я шагнула еще ближе, смело сокращая расстояние между нами до минимума. — Я просто прошу тебя быть собой. Настоящим. Мне не нужен безупречный лорд, Элан. Мне нужен ты. Понимаешь? Ты.

Его глаза распахнулись. В самой их глубине искрами заплясало то самое, опасное пламя.

— Ты... ты не понимаешь, что говоришь?

— Прекрасно понимаю, — я решительно протянула руку и крепко перехватила его ладонь.

Элан долго, пронзительно смотрел в мои глаза, словно пытался отыскать там скрытый подвох или ведьминский обман. А затем его пальцы медленно, но с поистине железной хваткой переплелись с моими.

— Хорошо, — негромко, со странной затаённой угрозой выдохнул он. — Но учти, ведьма: ты сама этого попросила. Потом не жалуйся.

— Посмотрим, кто из нас первый взмолится о пощаде, — хмыкнула я, чувствуя, как губы сами собой расплываются в улыбке.

Мы пошли вниз, по тёмным коридорам замка к обеденному залу, так и не отпустив рук друг друга. И впервые за все эти долгие, сумасшедшие дни я отчётливо почувствовала: дурацкий ледяной порог между нами наконец-то дал глубокую трещину и начал стремительно таять.