Страница 42 из 124
— Таверну «Клёвер» ищете? На холме, красный дом с резным коньком. Увидите.
Я улыбнулась и пожелала хорошего дня, а мы двинулись дальше. Знакомых лиц я не видела, но чувство было странным и тёплым — я была среди своих. Воздух здесь пах не страхом и скрытностью, а просто жизнью, пусть и спрятанной ото всех. Свежий хлеб, дым очага, сушёные травы, мёд — запахи моего детства. Запахи дома.
Таверна оказалась именно такой, как описывали, — уютное двухэтажное строение из тёмного дерева, из трубы валил густой дымок, а над дверью качалась вывеска с потрёпанным, но узнаваемым изображением трёхлистного клевера. Ступени крыльца были выскоблены до блеска. На окнах — горшки с засушенными цветами.
Войдя внутрь, я на мгновение ослепла от темноты и гула голосов. Воздух был густ от запаха томлёного мяса, хлеба и какой-то сладковатой травы — не то шалфея, не то душицы. В очаге потрескивали дрова, отбрасывая рыжие отсветы на деревянные стены.
Я растерянно огляделась — лица сливались в одно пятно, и я отчаянно пыталась вспомнить черты той женщины. Медсестры из лазарета. Воспоминания давали лишь смутный образ: тёмные волосы, внимательный взгляд, запах полыни. Киро, недолго думая, юркнул между столами вглубь зала, к камину, где сидела небольшая компания.
И тут из этой группы сорвался паренёк лет шестнадцати, со светлыми, почти льняными волосами и живыми глазами цвета летнего неба. Его лицо озарилось такой искренней и яркой радостью, что оно само казалось источником света в полумраке таверны.
— Элиана?! — его голос, звонкий и чистый, перекрыл общий гул. — Это правда ты?!
Он стремительно преодолел расстояние между нами и, не сбавляя хода, обнял меня так, что я чуть не потеряла равновесие. Это был Радиан. В нашем поселении его имя, означающее «сияющий», дали не просто так — он всегда был самым жизнерадостным и шумным ребёнком, этаким солнечным зайчиком.
— Ради… как ты… — я не успела ничего сказать, чувствуя, как на нас уставились десятки глаз.
Чувствовала я и два других взгляда — ледяной и настороженный. Элан и Крип стояли рядом, и их молчаливая враждебность была почти осязаемой. Элан скрестил руки на груди, его взгляд буравил спину Радиана. Крип же оценивающе смотрел по сторонам, словно подмечал всех присутствующих — кто у выхода, кто с оружием, кто может представлять угрозу.
Я аккуратно высвободилась из объятий, стараясь говорить спокойно:
— Радиан, тише. Я… я не одна.
Он отшатнулся, окинул взглядом моих спутников, и его сияющая улыбка немного померкла, сменившись любопытством и лёгкой настороженностью. Мальчик, который всегда бросался в реку, не проверив брода, вдруг стал осторожным.
В этот момент к нам подошла она. Я узнала её не по лицу — по голосу, по той самой интонации, что слышала в лазарете. Медсестра. Женщина с полынным запахом.
— Ведана, ты была права, — сказал Радиан, оборачиваясь к ней. — Скоро уже и остальные соберутся, и мы как заживём!
— Ведана? — прошептал Элан про себя, но тут же отвернулся, когда на него уставилась эта женщина. Он делал вид, что разглядывает стены.
Она ещё на секунду задержала свой взгляд на Элане, и в её глазах мелькнуло что-то сложное — узнавание? Грусть? Почти сразу она перевела взгляд на меня, и на лице появилась сдержанная, но тёплая улыбка.
— Элиана. Ты привела с собой друзей, — её голос был низким и спокойным.
Она сделала шаг ко мне, словно чтобы обнять, но вместо этого наклонилась к самому уху и произнесла так тихо, что слова были похожи на шелест листьев:
— Твоим друзьям следовало бы переодеться. Здесь некромантов терпят, пока они не мозолят глаза. Но могут и убить.
Меня словно облило ледяной водой. Я в ужасе глянула на Крипа. И как будто по заказу, к нему уже подвалил коренастый мужчина с седыми усами и взглядом, как у старого волка. Руки у него были огромные, как кузнечные молоты, и сжимались в кулаки медленно, со знанием дела.
— А у тебя, парень, очень мрачный вид для наших мест, — прорычал мужчина, в упор разглядывая герб Империи на плаще Крипа. — И символика твоя говорящая. Ты кто такой и по какому делу?
Крип, к его чести, не дрогнул. Он медленно повернул голову к мужчине, и его лицо приняло отстранённое, почти скучающее выражение.
— Путешественник, — равнодушно ответил он. — Ищу знания. А вид у меня такой, потому что с юга. Там сейчас не до ярких красок.
Элан незаметно сдвинулся, заняв позицию, с которой мог бы быстро среагировать. Его пальцы чуть заметно подрагивали — то ли от готовности применить дар, то ли от сдерживаемого напряжения.
В таверне воцарилась напряжённая тишина. Даже бард в углу перестал перебирать струны. Ведана вздохнула, и в её глазах читалось усталое раздражение — как у матери, чьи дети снова что-то не поделили за столом.
— Борвик, отстань от гостя. Они со мной, — сказала она, и в её голосе прозвучала неоспоримая внутренняя сила. — А вы трое — за мной.
Она развернулась и пошла в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, даже не оглянувшись, уверенная, что мы последуем. Радиан озадаченно смотрел то на меня, то на удаляющуюся Ведану. Я ободряюще кивнула ему — мол, потом поговорим, — и двинулась следом.