Страница 454 из 479
Глава двести двадцать третья. Сладкая боль
Ариана
Король расстегнул и снял камзол и бросил его на спинку кресла. Усмехнувшись, он приблизился к столу, чтобы вступить в игру.
Он низко наклонился над зеленым сукном, и у меня пересохли губы. Ах, теперь я понимала, что он имел в виду.
Король в облегающих штанах и белой рубахе, вот так наклонившийся — да, это было нечто…
Я буквально потеряла суть происходящего, забыв, какой шар должна забить следующим. Король быстро забил четыре чистых удара, но потом ошибся и отправил в карман свой собственный шар.
— Досадная ошибка, — торжествующе сказала я и насмешливо улыбнулась.
Король тоже усмехнулся, словно так и было задумано.
— Ах, леди ван Гвент, — ответил он,— я загляделся на твою красоту. Кажется, твоя очередь.
— Надеюсь, ты мне не подыгрываешь? — прищурилась я.
— Ну нет, — сказал Король, небрежно пожимая плечами, — Я задумал такой приз, что хочу выиграть, Ариана. К тому же я всегда хочу выигрывать.
Я посмотрела на него. Ладно, тогда берегись! Теперь я ходила вокруг стола и низко наклонялась при любом удобном случае, давая Королю возможность налюбоваться и вырезом туники, и тем, как ткань облегает бедра.
Я подняла на него глаза и встретила его потемневший от страсти взгляд.
— Я знаю, что ты делаешь, — негромко и предупреждающе сказал Король.
Я кокетливо наклонила голову и медленно провела ладонью по шесту.
— Ах, я просто выбираю, по какому шару ударить, — пробормотала я рассеянно.
Наклонившись, я направила полосатый шар на более удобную позицию. Потом встала прямо перед Королем и добила остальное с нижнего положения.
Следующий удар я сделала, низко наклонившись над зеленым сукном. Я услышала, как Король шумно вдохнул, и, конечно же, промахнулась. Черт побери!..
Он подошел, когда я еще не успела выпрямиться, и уверенно положил руку на мою ягодицу.
— Ариана, — назидательно сказал Король, — ты нарочно крутишь вот этим, чтобы меня подразнить?
Он шлепнул меня не слишком больно, и я ойкнула от неожиданности и удовольствия.
— Да, — смущенно пробормотала я, потому что он угадал.
— Будь осторожнее со своими желаниями, моя девочка, — предупреждающе сказал Король.
Я потерла место удара, чувствуя, как его ладонь еще горит на моей коже, а Король пошел к другому концу стола, наклонился и ударил. Он попал в красный шар, и тот с мягким стуком упал в левый боковой карман. Король прицелился в желтый верхний справа, но промахнулся.
— Сейчас пойдем в ту комнату, — поддразнила я его.
Король лишь поднял брови и снова молча усмехнулся.
— Продолжай, — сказал он.
Я быстро расправилась с зеленым полосатым и каким-то чудом ухитрилась сбить последний оранжевый полосатый. Шары разбежались по столу.
— Назови свою лузу, — прошептал Король, словно он говорил о чем-то другом — темном и неуправляемом.
— Верхняя левая, — ответила я, прицеливаясь в черный шар. Я задела его, но промахнулась. Шар отлетел в сторону, и я выругалась про себя. Проклятье!
Король с коварной усмешкой наклонился над столом и быстро решил судьбу двух оставшихся одноцветных шаров. Я затаила дыхание, глядя на него, на его гибкое, сильное тело, на то, как его рубашка облегает плечи, как его пальцы сжимают полированный тонкий шест. Король выпрямился и снова медленно натер известью кончик шеста, его серые глаза буквально прожигали меня.
— Если я выиграю… — ласково и угрожающе начал он.
Ну?
— Я хочу отшлепать тебя, — закончил он, — а потом взять тебя прямо на этом столе.
Во ведь темные фейри!.. Все мышцы в моем животе сладко заныли.
— Верхняя правая, — пробормотал он, прицеливаясь в черный шар, и наклонился, чтобы сделать удар.
С непринужденной грацией Король ударил белый шар. Тот скользнул по зеленому сукну, поцеловал черный, и, о-ох, как медленно черный покатился, замер на краю и, наконец, упал в верхнюю правую лузу.
Проклятье.
Король выпрямился, и торжествующе ухмыльнулся, весь его вид говорил — теперь-леди-ван-Гвент-ты-моя.
Он положил шест на стол и небрежно направился ко мне — в белой льняной рубахе и темных штанах, с взъерошенными серебристыми волосами.
Сейчас король был похож не на правителя фейрийского двора, а на дерзкого разбойника с большой дороги. Черт побери, он был невыносимо, опасно красив.
— Ты ведь умеешь достойно проигрывать, верно? — едва сдерживая смех, спросил он.
— Зависит от того, как больно ты меня отшлепаешь, — прошептала я, вцепившись для поддержки в гладкое древко.
Король забрал шест из моих рук, отложил его в сторону и, не отрывая от меня взгляда, взялся за ворот моей туники и потянул к себе.
— Что ж, — сказал он,— теперь посчитаем твои прегрешения.
Он начал выбрасывать пальцы — один за другим, медленно, словно отсчитывая удары.
— Раз — заставила меня ревновать к слуге. Два — спорила со мной по поводу службы у друида. И три — виляла передо мной своей соблазнительной попкой в течение последних двадцати минут…
Король снова выбросил палец, и я вздрогнула.
В его серых глазах сиял торжествующий восторг. Король наклонился и поцеловал меня, а потом его губы скользнули к моей щеке, к уху, и я почувствовала его дыхание.
— Я хочу, чтобы ты сама сняла эту очень красивую тунику, — прошептал он,— Прямо сейчас.
Король поцеловал меня в губы и отошел к двери, задвинув тяжелый деревянный засов. Потом повернулся и посмотрел на меня: глаза горели темным, голодным огнем.
Я стояла, словно парализованная, мое сердце бешено колотилось, кровь бурлила в жилах, а я не могла шевельнуться. Лишь мысленно повторяла: «Это для него».
— Одежда, Ариана, — твердо сказал Король, — Она все еще на тебе. Снимай или я сделаю это сам.
— Вот и сделай, — почти беззвучнопробормотала я.
Король хищно усмехнулся.
— Ох, леди ван Гвент, неблагодарная это работа, но так и быть, я попробую справиться.
— Ты хорошо справляешься со своими проблемами, — сказала я, выразительно поднимая брови.
Король рассмеялся.
— Что ты имеешь в виду?
Он двинулся ко мне, задержался возле маленького столика, и достал тонкую деревянную линейку. Я видела похожие у портных. Король взял ее за концы и медленно согнул, не отрывая от меня глаз.
Ничего себе! Вот оно, выбранное им оружие. У меня пересохло во рту, и я почувствовала, как внутри меня разливается жаркая, тягучая волна страха и желания. Только Король умел так заводить меня одним лишь видом предмета в своих руках.