Страница 392 из 479
Глава сто девяносто вторая. Очистительное пламя
Ариана
О Великие Боги!.. На этот раз наказание ощущалось совсем иначе, чем в прошлый раз. Оно оказалось необыкновенно чувственным и… необходимым.
Настоящее очистительное пламя.
Король продолжал ласкать мою пылающую кожу, пока я лежала, полностью обездвиженная.
Связанная и распластанная на шелковых простынях,признав его власть и, притом, по собственной воле.
Новый удар пришелся чуть правее, следующий — с другой стороны, заставляя кровь бурно приливать к коже. Ладонь Короля вновь успокаивающе огладила горящие полушария, прежде чем продолжить удары.
Каждый новый жгучий шлепок то ли гасил невыносимую остроту моей страсти, то ли, напротив, раздувал с новой силой.
Я полностью растворилась в этом ритме, впитывая боль и превращая ее в чистое наслаждение.
— Двенадцать, — выдохнул Король.
Его пальцы вновь принялись нежно гладить горящую кожу, но на этот раз они скользнули дальше, проникая в томительно пульсирующее влажное лоно.
Медленно, смакуя каждую секунду, Король ввел два пальца внутрь и начал вращать ими, увлекая меня в пучину сладкой, невыносимой муки.
Мое тело не выдержало столь изощренной ласки. Волна дикого экстаза накрыла меня, и я содрогнулась, судорожно сжимая внутренними мышцами его пальцы. Это было интенсивно, яростно и пугающе быстро.
— Вот и хорошо, моя маленькая птичка, — одобрительно промурлыкал Король.
Не вынимая пальцев, он свободной рукой ловко развязал узел шелковой ленты на моих запястьях. Я осталась лежать совершенно обессиленная, судорожно хватая ртом прохладный воздух спальни.
— Мы с тобой еще не закончили, Ариана, — негромко сообщил Король.
Он потянул меня на себя, заставляя опуститься коленями на пушистый синий ковер возле кровати. Теперь я стояла, тяжело опираясь грудью о край высокого матраса.
Король опустился на колени позади меня. Я услышала как он рванул завязки на своих штанах.
— Раздвинь ноги, —приказал он, и я повиновалась, теряя остатки воли.
Он в последний раз огладил мои горящие ягодицы и одним мощным, движением вошел в меня на всю глубину.
— Все будет быстро, — прорычал он, крепко сжимая мои бедра и принялся стремительно и резко выходить и вновь вколачиваться в меня.
— Ай! — вскрикнула я, запрокидывая голову, но это был крик восторга от обретенной полноты.
Король словно выбивал из меня скопившуюся за день душевную боль, стирая ее остатки каждым яростным толчком. Ощущения были запредельными: именно то, в чем я так отчаянно нуждалась. Поддавшись чувственному порыву, я начала двигать бедрами навстречу, пытаясь поймать его ритм .
— Ариана, не надо… остановись… — глухо зарычал Король, пытаясь удержать меня.
Но дикое желание было слишком велико. Я продолжала с силой подаваться назад, буквально соперничая с Королем в этой яростной схватке. Король зашипел и содрогнулся, изливаясь внутри меня.
От сорвавшегося, властного голоса Короля внутри меня спиралью закрутилось наслаждение. Оно длилось, казалось, целую вечность.
Король медленно наклонился, оставил влажный, обжигающий поцелуй на моем плече, а затем плавно вышел из моего обмякшего тела.
Он крепко обхватил меня сзади руками, уронив голову на мою спину, и мы так и остались стоять у края кровати, пока стук наших сердец не выровнялся.
Король шевельнулся, осыпав мою спину цепочкой легких поцелуев.
— Я помню, что ты все еще должна мне танец, — сказал он, возвращаясь к привычной светской игре.
— М-м-м… — вяло отозвалась я, не желая шевелиться.
Король легко поднялся и пересадил меня к себе на колени.
— Это не займет много времени. Нам пора возвращаться. — Он коротко поцеловал меня в макушку и заставил встать на ноги.
Ворча под нос, я опустилась на край кровати, подобрала с пола сорочку и не спеша надела.
Затем лениво потащилась к резному стулу за туникой, с удивлением отметив, что на протяжении всего этого безумия так и не сняла изящные сапожки.
Король тем временем уже завязал шнуровку на брюках и привел в идеальный порядок свою одежду.
Одевшись, я принялась рассеянно разглядывать пергаменты с рисунками и надписями на его памятном щите.
Король даже в отрочестве, будучи хмурым и замкнутым юношей, отличался утонченной, безупречной красотой. Вот он на портрете вместе с юным Карадогом и сестрой Келани на заснеженном склоне.
Вот он в свите посольства в блистательном Каэр-Ариарод — это легко угадывалось по очертаниям Великих Врат на заднем плане. Вот в туманном Абер-Таве, в шумном Тре-Вин, у края бездонного Кум-Ллух и даже возле величественного Дома Белых Дроф.
Молодой наследник Благого Двора определенно много странствовал в годы своей юности.
Мой взгляд скользнул по корешкам билетов на различные мистерии и концерты менестрелей: «Песни Четырех Мудрецов», яростный «Анку-Культ», мистичные «Призрачные Птицы Рианнон», выступление странствующей арфистки Сив Кроу…
А рядом — пергамент о спектакле «Талиесин и Кериддвен» филида Мадога.
Какая причудливая, парадоксальная смесь для повелителя фейри!..
Но внезапно в самом углу щита я заметила маленький, выцветший набросок молодой женщины. Черно-белый рисунок, сделанный углем. Ее тонкие черты лица показались мне до боли знакомыми, но вот где именно я могла ее видеть, не помнила. Одно радовало: это точно была не Злая Леди.
— Кто это? — спросила я, указав пальцем на портрет.
— Так… пустяки, не имеет значения, — сухо пробормотал Король, накидывая на плечи камзол и принимаясь заново завязывать волосы лентой, — Позволишь зашнуровать твою тунику?
— Да, пожалуйста, — я повернулась к нему спиной, чувствуя, как его прохладные пальцы ловко принялись за работу. — Но если это пустяк, почему ее портрет до сих пор на твоем щите?
— Обычный недосмотр, — отрезал Король, явно желая переменить тему.
Завершив шнуровку, Король заглянул мне в лицо и с мальчишеским кокетством приподнял подбородок:
— Как тебе моя прическа? Пряди лежат ровно?
Я бережно расправила шелковые концы узла.
— Теперь все идеально,— произнес он и, крепко обняв меня за талию, увлек в долгий, глубокий и страстный поцелуй. — Ну что… теперь тебе лучше, милая?
— Намного лучше, благодарю, милорд, — тихо ответила я, чувствуя, как сердце наполняется щемящей нежностью.
— Всегда рад служить своей прекрасной даме, — с легким поклоном ответил Король, вновь пряча свой сияющий взгляд за маской.