Страница 386 из 479
Глава сто восемьдесят девятая. Первый танец
Ариана
Это какое-то безумие! Великие Боги, неужели я решилась на такое? Бросить вызов не только Королю, но и всем его придворным!?
Вероятно, мой разум затмили несколько бокалов, коварно поднесенных слугами. Фейрийское вино опасно для смертных!
Я с затаенным страхом глядела на Короля. Он медленно, с едва уловимой усмешкой, аплодировал, не смотря на меня.
Я не готова была поверить, что он спустит мне такое.
Проклятье, сейчас его гнев обрушится на меня, а ведь еще мгновение назад праздник казался утонченной сказкой…
Мое испуганное подсознание появилось под застывшей в безмолвном крике маской шута.
Среди собрания бессмертного народа я была единственной, в чьих жилах текла уязвимая человеческая кровь. Повсюду вокруг меня восседали фейри: существа запредельной, пугающей красоты. С точеными чертами, шелковыми волосами и глазами, в которых мерцали звезды. И среди них я, оскверняющая их своим несовершенством.
Король плавно наклонился ко мне. Его улыбка сейчас казалась фальшивой. Король, едва коснувшись холодными губами, поцеловал меня в щеку, а затем вкрадчиво прошептал:
— Не понимаю, то ли мне пасть пред тобой ниц в благоговейном восторге, то ли магией выбить из тебя эту глупость.
Я резко вскинула голову, едва не задев его подбородок, слишком хорошо понимая, что выбрала бы сама.
Мой взгляд, спрятанный за маской, впился в его лицо, пытаясь разгадать тайные знаки в его глазах.
— Я бы выбрала магию, — горячо выдохнула я, когда приветственные клики затихли.
Губы Короля вздрогнули. Ах, эта точеная линия рта… Какое безумие — желать припасть к ней, зная, что поцелуй фейри может погубить душу!
А не поздно ли я спохватилась, ведь уже давно увязла в этом мире, не желая ни спасения, ни жизни среди обычных людей?
Возбуждение лавиной захлестнуло меня. Король ответил мне искренней, сияющей улыбкой.
— Ты выбираешь ритуал подчинения? — Он медленно провел тыльной стороной ладони по моей щеке, — Что ж, поглядим, что можно сделать, когда мы останемся наедине.
Его прикосновение отозвалось внутри, где сладкая боль мешалась с томительной истомой. Мне хотелось наброситься на Короля прямо здесь, сорвать его одежды, наплевав на приличия высшего общества. Но вместо этого мы были вынуждены оставаться на местах.
В центре шатра церемонимейстер объявлял цену за очередной лот.
Я едва сдерживала дрожь, не в силах усидеть на месте. Король властно обнял меня за плечи. Его большой палец ритмично поглаживал мою спину сквозь тонкий шелк туники, посылая восхитительные мурашки вдоль позвоночника. Другой рукой он сжал мои пальцы, поднес к своим губам, обжигая дыханием, а затем опустил к себе на колени.
Он действовал неторопливо, и я не разгадала его безжалостной игры. Не отводя глаз от собравшихся гостей, Король с силой прижал мою ладонь к своему паху, заставив меня в полной мере ощутить его наполненную желанием и страстью плоть.
Я в панике обвела взглядом пирующих за столом лордов и леди, но их лица были обращены к помосту. Слава Великим Богам, мое лицо скрывала маска…
Воспользовавшись этой защитой, я осмелела. Темное пламя, бушевавшее в крови, вырвалось наружу. Король прикрыл мою ладонь своей, пряча от чужих глаз, а пальцами другой руки мягко зарылся в мои волосы. Его губы приоткрылись, дыхание стало прерывистым, и эта живая реакция на мои прикосновения значила для меня больше, чем все сокровища под холмами.
Король хотел меня. Мучительный, сладкий спазм разлился по моему животу, превращая ожидание в невыносимую пытку.
— Семь ночей в уединенных чертогах у озера Ллин-ад-Ариан! — громогласно провозгласил церемониймейстер, указывая на финальный лот этого вечера.
Скорее всего, у Канцлера Брендона там находились владения. Ставки придворных росли с головокружительной быстротой, однако я едва прислушивалась к их голосам. Одурманивающий запах мускуса и амбры туманил мой разум. Я чувствовала, как горячая, дикая сила пульсирует под моими пальцами, и голова моя кружилась от осознания власти над самим Королем.
— Продано за сто десять тысяч золотых монет! — Торжественный удар тяжелого жезла о каменный пол закончил торги, но для нас двоих настоящая игра только начиналась.
Волна аплодисментов колыхнула тканевые стены шатра. Я с глубокой неохотой убрала ладонь, и Король снова холодно и скупо поаплодировал. Тонкое, едва зародившееся между нами удовольствие было безжалостно прервано.
Король медленно повернулся ко мне. Глаза опасно и маняще заблестели.
— Готова? — одними губами спросил Король, склонив голову набок.
Я покорно кивнула, чувствуя, как волна предвкушения прокатилась от макушки до пят.
— Ариана! — звонкий голос Келани заставил мое сердце испуганно замереть. — Пора!
Что?.. Нет… Только не это, Великие Боги, умоляю, не надо!..
— Что пора? — вырвалось у меня едва слышно. Мои пальцы судорожно впились в край скатерти.
— Аукцион первого Танца! Пойдем скорее! — Келани стремительно поднялась со стула и протянула мне руку.
Я замерла в полном смятении, растерянно глядя на Короля. На его лице явственно проступил гнев на сестру. В этот миг я не знала, плакать мне или рассмеяться. Все наши тайные планы опять были безжалостно растоптаны безудержной стихией по имени Келани. Король перевел тяжелый взгляд на меня, и на его губах, вопреки всему, возникла едва заметная усмешка.
— Первый танец принадлежит мне, слышишь? И не в этом душном шатре, — страстно пробормотал он, наклонившись в мою сторону.
От былого смеха не осталось и следа. Сладкое предвкушение вновь заставило кровь кипеть в жилах. О да!.. Моя внутренняя богиня запрыгала в диком вихре.
— Я буду ждать, — прошептала я.
Я нежно, с показной невинностью поцеловала Короля в губы. Оглянувшись, я успела заметить, как застыли в немом изумлении наши соседи по столу. Разумеется, придворные никогда прежде не видели Короля Благого Двора настолько беззащитным. Он же ободряюще улыбнулся, и в этот миг казался по-настоящему счастливым.
— Идем же, Ариана, — нетерпеливо повторила Келани, дернув меня за рукав.
Повинуясь, я поплелась следом через весь огромный зал к высокому каменному помосту. Там, в сиянии магических кристаллов, уже выстроились еще десяток девушек. С внезапной тревогой я заметила среди них уже знакомую Лилиану.