Страница 240 из 479
Глава сто семнадцатая. Лови мгновение!
Ариана
«В кои-то веки он разговорился — воспользуйся этим!» — зашептало подсознание, и я мысленно кивнула сама себе.
Король усмехнулся, покосившись на меня с тем особым блеском в глазах.
— Тебе нужен полный список? — насмешливо переспросил он, — Побег, отсечение головы, смерть от лихорадки?
— Ты не злой колдун из древних саг, — фыркнула я. — У тебя же не было десять жен.
— Ладно, — вздохнул Король, — Если коротко... у меня были длительные отношения с четырьмя женщинами. Кроме Элейн.
— Элейн? — Я нахмурилась, имя показалось мне смутно знакомым.
— Для тебя — «Злая Леди», — ответил Король, и на губах его вновь заиграла та самая загадочная, дразнящая улыбка.
Элейн! Вот проклятие! У зла есть имя — чужеземное, благородное, опасное. Передо мной возник образ: бледнокожая, черноволосая женщина с алыми, точно кровь, губами, в темных шелках и с холодным, оценивающим взглядом.
«Сейчас же выбрось ее из головы!» — прикрикнула я на себя, чувствуя, как в груди закипает мучительная ревность.
— Так что случилось с остальными? — спросила я поспешно, лишь бы не думать об Элейн.
Король тихо рассмеялся.
— Лезешь мне под кожу, Ариана? — проговорил он с шутливой укоризной. — Ты задаешь очень личные вопросы.
— Неужели, ты сам расспрашивал, когда у меня связь с луной, — парировала я, стрельнув в него взглядом.
— Ариана, — он чуть наклонил голову, и голос его стал серьезнее, — мужчине важно это знать.
— Важно? — Я приподняла бровь.
— Мне — да. — Он смотрел на меня в упор. В глазах его плескалась такая глубина, что у меня пересохло в горле.
— Почему?
— Я не готов плодить полукровок, — твердо произнес он, — Это ничем хорошим не заканчивается.
— Я тоже, — Я отвернулась к окну, чувствуя, как щеки заливает жар. — «По крайней мере, в ближайшие несколько лет», — закончила я мысленно.
Король удивленно моргнул, словно не ожидал от меня такой прямоты, а затем шумно выдохнул — с облегчением, как мне показалось.
Значит, детей он не хочет. Со мной? Сейчас? Или вообще никогда? От его внезапной, пугающей искренности у меня закружилась голова, мысли путались, точно нитки на сломанном веретене. Быть может, дело в том, что мы поднялись с постели задолго до рассвета? Или в здешнем воздухе разлито нечто особенное — какое-то колдовство, что развязывает языки и заставляет говорить правду?
Что бы еще у него выспросить? Лови мгновение, Ариана.
— Так что с теми четырьмя? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал беспечно. — С остальными, после Элейн?
Король покосился на меня.
— Одна встретила другого, смертного и более ей подходящего, — проговорил он негромко, и пальцы его чуть крепче сжали поводья, — Три... захотели большего. — Он помолчал. — Однако это не входило в мои планы.
— А остальные? — вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык.
Король медленно покачал головой, и в глазах его мелькнуло то ли предостережение, то ли усталость.
— Так не пойдет, Ариана.
Кажется, я перегнула палку. Слишком далеко зашла в своем любопытстве. Я отвернулась к окну кареты, вжимаясь спиной в мягкую обивку сиденья, и замерла.
В небе на востоке ширилась розово-лиловая полоса — нежная, почти прозрачная, точно акварель на влажной бумаге. Рассвет гнался за нами, настигал, обволакивал край небосвода золотистым сиянием.
— Куда мы едем? — спросила я, с внезапной тревогой вглядываясь в убегающую под колеса широкую дорогу. Пока ясно было одно — мы держим путь на юг.
— Я хочу полетать, — ответил Король, не сводя глаз с дороги.
— Мы возвращаемся в твои земли? — вырвалось у меня почти испуганно. — В Тир-Нан-Ог?
Я даже привстала на сиденье. Бессмертные Боги! Я ведь не попрощалась с матушкой! Она ждет нас к вечерней трапезе!
Король рассмеялся.
— Нет, Ариана. — Он повернулся ко мне,— Мы собираемся уделить время моей второй страсти.
— Второй? — Я нахмурилась.
— Именно. — Он чуть прищурился. — О первой я упоминал сегодня на заре.
Я вглядывалась в его точеный профиль — четкая линия челюсти, твердые губы, длинные ресницы, отбрасывающие тень на скулы. Пыталась сообразить, о чем он.
— Ты, леди, — произнес Король, и голос его стал ниже, бархатистее, — ты — моя главная одержимость. И я намерен предаваться ей всегда и везде.
Ах, вот как...
Щеки мои вспыхнули жарким пламенем. Я опустила глаза, теребя край плаща.
— Должна признаться... — пробормотала я, чувствуя, как кровь приливает к лицу, — в списке моих пороков и странностей ты тоже... стоишь весьма высоко.
— Рад слышать, — заметил Король сухо, но в уголках губ дрогнула улыбка.
— Мы снова полетим на Ладье? — спросила я, чтобы скрыть смущение.
Король загадочно усмехнулся.
— Поднимемся в небо на крылатых конях.
Я замерла. Крылатые кони? Я слышала об этом вскользь в нашу первую встречу, но тогда не придала значения.
— Мы догоним рассвет, Ариана, — проговорил Король, и, обернувшись ко мне, улыбнулся.
В этот миг карета свернула направо, и мы покатили к огромному, сложенному из светлого камня строению, похожему на амбар, только невиданных размеров.
Парить! Мы будем парить в небе, точно птицы, точно духи воздуха!
Король остановил карету.
— Согласна? — спросил он, повернувшись ко мне. В глазах его плескался вызов и надежда.
— А ты... ты полетишь? — выдохнула я.
— Да.
— Тогда я с тобой! — выпалила я, не думая, не размышляя, повинуясь лишь этому бешеному, пьянящему чувству, что распирало грудь.
Король наклонился ко мне, и губы его накрыли мои в жарком поцелуе.
— И снова впервые, Ариана ван Гвент, — промолвил Король.
Впервые? О чем это он? Неужели он никогда не летал на крылатых конях? Но нет — я перевела дух, чувствуя, как страх отпускает горло. Не может быть, чтобы он был новичком в таком деле! Конечно же, нет.
Король обогнул карету и распахнул дверцу, протягивая мне ладонь. Редкие легкие и прозрачные облачка, точно стая призрачных лебедей, плыли по разгорающемуся небу — бледно-опаловому, наливающемуся золотом у самого края земли. Рассвет ждал нас.