Страница 192 из 479
Глава девяносто третья. На краю решения
Ариана
Тэлор, сидевший на козлах, не оборачивался, но я ощущала его присутствие как щит между мной и сгущавшейся за окном тьмой, где мелькали лишь силуэты спящих деревьев да редкие огоньки других владений. Мерное покачивание кареты убаюкивало, но каждый взгляд Короля, возвращал меня в настоящее.
Король покачал головой, словно отгоняя назойливую мысль, и взял мою руку в свою. Его теплые уверенные пальцы сомкнулись вокруг моих, холодных и дрожащих. Я нервно скользнула взглядом к неподвижной спине возничего.
— Забудь о Тэлоре, — почти беззвучно прошептал Король, наклоняясь ближе. — Говори со мной. Сейчас.
Я беспомощно пожала плечами.
— Да, сомневалась, — призналась я, глядя на наши сплетенные руки. — И еще... я упомянула о деревне лишь потому, что Дилис говорила о своем отъезде к морю. По правде говоря, я и сама еще не решила.
— Так ты хочешь увидеться с матерью? — с мягкой осторожностью спросил Король.
— Да, — кивнула я.
Король устремил на меня странный, пронзительный взгляд и погрузился в глубокое и напряженное молчание, словно в нем сходились в битве две непримиримые силы. Его пальцы слегка сжали мои.
— Позволь мне поехать с тобой, — сказал он, наконец.
— Э-э... Не думаю, что это хорошая идея, — выдавила я.
— Почему? — Он не отводил взгляда, и его глаза в полумраке казались бездонными колодцами.
— Я надеялась отдохнуть там от... твоей настойчивости, — проговорила я, осторожно подбирая слова, — и в тишине обдумать все, что между нами произошло.
Король с изумлением отпрянул.
— Ты находишь мои ухаживания чрезмерно назойливыми? — переспросил он, и его голос потерял всю мягкость.
Я не смогла сдержать короткого, нервного смешка.
— Это еще мягко сказано!
В мимолетном свете проносившихся мимо придорожных факелов я увидела, как его губы искривились в усмешке.
— Ты смеешься надо мной, Ариана ван Гвент? — произнес он с холодной, аристократической обидой.
— Я не посмела бы, милорд, — ответила я, стараясь придать голосу подобающую серьезность, но чувствуя, как предательская улыбка тянет уголки губ.
— А мне видится, что посмела, — парировал он, изучая мое лицо. — Ты частенько позволяешь себе подобное.
— Ты... бываешь довольно забавен, — не удержалась я.
— Забавен? — Король медленно, с преувеличенным недоумением приподнял одну бровь.
— О, да.
— Забавен в смысле «уморителен», или в смысле... «не в своем уме»? — прошипел он, понизив голос.
— О... и то, и другое, — выдохнула я, обретая странную смелость в этой словесной дуэли. — Но в твоем случае — это нечто куда более значительное и сложное.
— Что именно? — настаивал Король, подаваясь вперед и окончательно нарушая дистаницию.
— Догадайся сам, — бросила я, откидываясь на спинку сиденья, пытаясь отвоевать немного пространства.
Он откинулся рядом, и его лицо снова скрылось в глубокой тени, только блеск глаз выдавал неослабевающее внимание.
— Боюсь, в отношении тебя ни одна моя догадка не будет верной, Ариана, — с горькой язвительностью произнес Король из темноты, — Так о чем же ты хочешь размышлять в той глуши? — добавил он тише.
— О нас, — прошептала я. Это стало маленьким, горячим признанием, затерянным в гуле колес и шепоте ночи.
Король бесстрастно, словно статуя, посмотрел на меня.
— Ты дала слово попытаться, — напомнил он.
— Знаю.
— И ты уже намерена его нарушить?
— Возможно, — прошептала я, сжимая руки в коленях.
Король резко, почти судорожно изменил позу, словно одежда внезапно стала ему невыносимо тесной.
— Почему? — жестко спросил он.
Проклятье темных фейри! Как случилось, что этот разговор вдруг стал таким серьезным, точно внезапная битва на узком мосту, к которой я вовсе не готова? Что ответить ему? Кажется, душа моя изнывает по тебе, а ты видишь во мне лишь влюбленную смертную. Потому что я не смею прикоснуться к тебе без позволения и боюсь проявить чувства. Иначе ты отстранишься, обрушишь на меня свой гнев или, что страшнее, нашлешь магический морок. Что сказать, когда каждый неверный шаг грозит кошмаром?
Я отвернулась к окну кареты. Гулкие подковы коней отбивали ритм по брусчатке моста, перекинутого через темную, бездонную ленту реки. Мы с Королем погрузились во тьму, которая, казалось, скрывала не только окружающий мир, но и тайны наших отношений.
— Почему, Ариана? — настойчиво повторил Король.
Я бессильно пожала плечами, чувствуя, как его вопрос, точнo удавка, затягивается вокруг моего горла. Я не хотела терять его, несмотря на все тиранические требования, на эту потребность контролировать каждый мой вздох, на те пугающие, темные склонности, что проглядывали в его глазах. Я никогда не чувствовала себя столь живой, как рядом с ним. Мне нравилось сидеть с ним рядом, ощущая тепло его бедра через слои ткани. Король был непредсказуем, как весенняя гроза, обжигающе притягателен, остроумен и порой невыносимо забавен. Но было и то, что он желал вызывать во мне определенные эмоции. Он говорил, что учтет мои возражения, но страх все равно сжимал мне сердце. Что я могла сказать? В самой глубине, под всеми сомнениями, я просто жаждала большего — большей привязанности, больше того веселого, игривого Короля, что изредка проглядывал сквозь маску властителя... Больше любви.
Он сжал мою ладонь.
— Говори со мной, Ариана, — приказал он, но в голосе прозвучала мольба. — Я не хочу терять тебя. Целая неделя без тебя... — Он не договорил, резко оборвав фразу.
Мы достигли конца моста, и дорогу вновь залил желтоватый, неровный свет масляных фонарей, висящих на столбах. Лицо Короля то возникало из мрака, освещенное резкими тенями, то снова тонуло во тьме. Подходящая метафора, пронеслось у меня в голове. Этот мужчина, которого я когда-то в наивности своей могла принять за романтического героя старых баллад, был одновременно и бесстрашным рыцарем в сияющих латах, и, по его собственному признанию, темным всадником, пришедшим из самых мрачных легенд. Король не был героем, он был существом с глубокими, неизведанными ранами, и он тянул меня за собой в свою тень. Смогу ли я, слабая и запутанная, вывести его к свету?
— Я по-прежнему хочу большего, — выдохнула я.
— Понимаю, — тихо ответил Король. Глаза его в полумгле горели серьезным, незнакомым огнем. — Я попытаюсь.