Страница 160 из 479
Глава семьдесят седьмая. «Прощай, Реми… Здравствуй, Вороной»
Ариана
Дилис уже ждала меня у нагруженной повозки, когда я, промокнув глаза краем рукава, вышла из лавки, оставляя за спиной часть своей жизни. День клонился к завершению, и длинные, фиолетовые тени ложились на пыльную дорогу, превращая мир в контрастное полотно.
— Что это? — спросила она обвиняющим, резким тоном, указывая изящным жестом на великолепного жеребца, привязанного рядом к столбу.
Я не смогла сдержать ехидную усмешку.
— Новый Реми. Точнее, конь. Вороной масти.
Дилис сердито, по-кошачьи сощурилась, сложив на груди руки.
— Подарок. На прощание с Лесным Поселением, — сказала я, стараясь сохранить невозмутимость, но голос выдал легкую дрожь.
Да, мне теперь каждый день дарят дорогих, породистых коней. У Дилис отвисла челюсть, и она несколько секунд молчала, переваривая эту информацию.
— А он щедрый, этот сногсшибательный ублюдок из Холма, — изумленно выдавила она.
Я лишь кивнула, не находя слов.
— Я хотела отказаться, я пыталась, но, честно говоря, Короля не переспорить. Он не из тех, кто принимает отказы.
Дилис сжала губы в тонкую, неодобрительную полоску, ее ярко-голубые глаза стали узкими, холодными щелочками.
— Неудивительно, что ты последние дни как будто сама не своя. Я заметила, он остался на ночь.
— Ага, — тихо ответила я, и не смогла сдержать мечтательную, глупую улыбку, которая тут же вызвала на лице подруги новую волну негодования.
— Ну что, закончим сборы? Завтра на рассвете в путь, — отрезала Дилис, поворачиваясь к повозке.
Я кивнула и пошла за ней к нашему жилищу на самом краю поселения, где уже зажигались первые огоньки в окнах. Проверила малый Вещий камень, лежавший в кармане. Он был теплым, будто живое существо.
На поверхности, едва я к нему притронулась, загорелись резкие слова:
Из чертогов Тир-Нан-Ог в Лесное Поселение в Гвинеде
Увидимся в день, следующий после завтрашнего, на закате. Солнце должно коснуться вершины холма. Тогда же прибудет мой целитель, чтобы тебя осмотреть.
Я уезжаю на север, защищать границы от Неблагого Двора. Дела не ждут.
Надеюсь, что переезд в Бангор пройдет благополучно и без лишних приключений. И с нетерпением жду нашей встречи.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
Бессмертные Боги, да Король словно обсуждает погоду или отдает распоряжение управителю имения! Я решила ответить ему через камень позже, как только мы закончим упаковывать последние вещи. Удивительно и до безумия досадно: порой он может быть таким... почти забавным, а через миг превращается в холодного и недоступного Светлейшего Короля. Очень трудно, почти невозможно успевать за этими головокружительными переменами. Послание звучало как сухой приказ вассалу от сюзерена. Я демонстративно, чтобы хоть как-то выразить протест, закатила глаза к темнеющему небу.
Мы с Дилис возились в главной комнате нашей хижины, раскладывая по дорожным сундукам последнюю утварь — глиняную посуду, свертки с провизией, теплые плащи, — когда в низкую, покосившуюся дверь постучали. Стук был твердым, уверенным, не терпящим промедления. На пороге, заслонив последние лучи заходящего солнца, стоял Тэлор, оруженосец Короля. Он был в темно-сером, практичного покроя камзоле и высоких сапогах и выглядел, как всегда, безукоризненно: короткие волосы, подтянутая, собранная фигура и внимательный, оценивающий взгляд — все выдавало в нем воина, привыкшего к порядку и дисциплине.
— Леди Ариана, я прибыл за вашим пони, — произнес он ровно, без каких-либо предисловий или приветствий.
— А, да, конечно, — засуетилась я, чувствуя неловкость. — Войдите, я сейчас принесу уздечку и сбрую.
Наверняка это не входило в его прямые обязанности. Все-таки интересно, чем он занимается на самом деле, помимо исполнения странных поручений своего повелителя? Я вручила ему прочные, потертые кожаные поводья, и мы молча вышли к Реми, который мирно жевал траву у покосившегося забора. Вот и все.
«Прощай, Реми. Спасибо за все, — мысленно прошептала я, проводя ладонью по его теплому, мягкому боку. — Прости».
— Давно вы на службе у Короля? — спросила я, чтобы нарушить гнетущую, тягучую тишину, повисшую между нами.
— Четыреста лет, леди, — коротко, без лишних деталей ответил Тэлор, поправляя пряжку на сбруе.
Мне остро захотелось засыпать его вопросами, выведать все, что он знает. Должно быть, он видел Короля в самых разных состояниях, знает все его тайны, привычки, темные уголки прошлого. Впрочем, Тэлор наверняка давал клятву молчания. Я бросила на него быстрый, встревоженный взгляд. С виду он был таким же немногословным, надежным и неизменным, как мой отец, и от этой мысли на душе, вопреки всему, потеплело.
— Правитель... стоит вашего доверия, леди Ариана, — вдруг едва слышно сказал Тэлор, и в уголках его строгих глаз дрогнули лучики мимолетной улыбки. — У него сложный характер, но он того стоит.
Он коротко, по-военному кивнул мне, ловко, без единого лишнего движения привязал сбоку своего скакуна поводья Реми, который послушно тронулся с места, медленно бредя по пыльной, уходящей в сумерки дороге.
Наша жизнь здесь, Реми, уютная лавка Эдриса, знакомый лес — все теперь становилось воспоминанием. Я покачала головой, пытаясь стряхнуть нахлынувшую грусть, и вернулась в опустевший дом. А самое большое, пугающее и необратимое изменение в моей жизни — Король. Тэлор считал его стоящим доверия. Можно ли верить Тэлору? Или он просто верный пес, повторяющий то, что ему приказали?
Когда солнце уже почти полностью скрылось за черными силуэтами холмов, окрасив небо в багряно-лиловые тона, заявился Эйдан. Он принес с собой жареного кролика, аккуратно завернутого в широкие листья лопуха, и небольшой кувшин золотистого яблочного сидра. Мы к тому времени уже закончили сборы. Все наше нехитрое имущество было упаковано в четыре добротных дорожных сундука и несколько холщовых мешков, можно было отправляться в путь с первыми лучами рассвета.
Мы с Дилис устроились на некрашеных деревянных стульях у потухающего очага, а Эйдан непритязательно уселся прямо на прохладный пол, скрестив ноги. Мы неспешно потягивали терпкий, бодрящий сидр из глиняных кружек и со смехом предавались воспоминаниям. Хорошие, светлые были эти несколько лет в Лесном Поселении.
Мы с Эйданом снова были в добрых, простых, приятельских отношениях, неловкая, глупая история с поцелуем казалась теперь далекой и несущественной.