Страница 6 из 15
Я ошиблась, когда решила, что и правда могу покинуть эту крепость, а он будет не против. Он позволил мне выйти из янтарной камеры лишь для того, чтобы я пришла сюда. Туда, где нет никого, кто бы мог помешать.
И… как он сказал?
Я вернула ему кольцо?
Да он же сам отказался от меня!
Или… нет, получается? В конце концов, вряд ли лорд-командующий стал бы лгать, тем более о таком, а мой отчим в своё время из кожи вон лез, чтобы меня наказать за содеянное, неудивительно, если и тут постарался.
И почему я подумала об этом только сейчас?
Тут ведь всё просто и ожидаемо…
Хотя всё равно стало как-то горько. Я ведь до этого дня искренне считала, что Уэльринар Рэд Арно`Ар просто-напросто не захотел связываться с таким пятном на репутации, поэтому не пришёл за мной. А он… он, выходит, даже не знает о том, что со мной случилось?
Сколько бы я ни смотрела в его льдистые глаза, он не менее пристально наблюдал за мной. Ни к какому выводу я не пришла, но расспрашивать не стала.
— Разве вы не собирались обсудить с обоими Даркрэ`Аш произошедшее в ратуше? — окончательно развернулась к нему лицом и полубоком к двери, попутно предприняв ещё одну попытку открыть её.
Та, к моей досаде, снова не поддалась. И я начала подозревать, что вовсе не потому, что я настолько невезучая. Мои подозрения укрепились, едва Ринар ответил:
— Сколько, по-твоему, времени прошло с того момента, как ты покинула янтарную камеру, а потом оказалась здесь? — вопросительно выгнул бровь.
Я попыталась определить. И не смогла. Я ведь действительно в какой-то момент утратила связь с реальностью, полностью поглощённая своими переживаниями. Хотя вряд ли во всём виновны были исключительно они. Вот и уточнила на всякий случай:
— Сколько?
В льдистых глазах мелькнул оттенок коварства.
— Достаточно, чтобы мы всё обсудили, — отозвался лорд-командующий. — Я рад, что во время нападения чародеев рядом с тобой был один из тех, кто способен противостоять таким, как она, и ты серьёзно не пострадала, как и все те, кто был на осеннем балу. По факту сомнительного происхождения так называемой дочери коменданта крепости Шербур будет проведено отдельное расследование, — обозначил он в общих чертах.
В любой другой ситуации я бы искренне порадовалась тому, что всё и в самом деле обернулось благополучно. Но не тогда, когда мне так и не удалось открыть дверь, другого выхода из сада не обнаружилось, а лорд-командующий вдруг взял и шагнул мне навстречу.
— А сейчас они?.. — поинтересовалась настороженно, инстинктивно отступая на шаг, чтобы дистанция между нами сохранялась прежней.
Но она не сохранилась. Наоборот. Пришлось отступать снова.
— Ищут тебя, вероятнее всего, — ответил он между тем на мой вопрос. — Вместе с Седриком Хейзом. Он тоже прибыл некоторое время назад.
Пока он говорил, я продолжала отступать. И совершенно напрасно. Отступление каким-то непостижимым образом закончилось под тем же самым деревом, где я впервые увидела Ринара в этом саду. Я врезалась спиной в жёсткую кору ствола всего через мгновение, после того как это самое дерево мелькнуло в паре десятков шагов перед моими глазами.
Кажется, не только мой разум играл со мной…
— То есть я здесь не случайно оказалась? — озвучила свою догадку.
По мужским губам скользнула небрежная ухмылка.
— Это моя крепость. Любой путь в ней приведёт туда, куда захочу я, Кэролайн. Тебе ли не знать? Твой отец научил меня. Всему, чего достиг до сего дня, я обязан ему, — напомнил он то, о чём я, честно говоря, должна была подумать ещё на пути из столичной ратуши в крепость. — Только поэтому сегодняшней ночью все в этих стенах забудут, какой был оттенок последней зафиксированной метки на твоей ауре, а я сохраню твой секрет. Ради памяти о моём наставнике. И лишь ради него. Об этом тоже знай. Как и знай о том, что впредь я помогать тебе больше не стану. Лучше не попадайся. Я не настолько щедрый и терпеливый, Кэролайн. Особенно к той, кто даже не почитала нужным хотя бы поблагодарить за это.
Даже не знаю, что меня ужаснуло больше всего. То, насколько остро ощущалась угрожающая бескомпромиссная властность в его голосе, то каким огромным и сильным он был в сравнении со мной, стоящий так опасно близко, упираясь кулаком в ствол дерева над моей головой, тихо выговаривая каждое слово. Или же то, что именно он сказал.
— Мой секрет? — выдохнула в откровенном ужасе я. — Вам известно, почему метка стала красной?
Едва ли вышло достаточно громко. Но он услышал.
— Разумеется, мне известно. Иначе какой ещё, по-твоему, был смысл в нашем брачном соглашении?
Глава 3
Почему в том брачном соглашении вообще должен быть какой-то смысл, помимо общепринятого, я не задумывалась и задумываться не стала. И сказать что-либо лорду-командующему тоже не смогла. Язык будто к нёбу прилип, пока сердце стучало так часто, словно решило совершить жестокий спринт и пробить грудную клетку.
— Я знаю не только о том, что в тебе течёт старшая кровь, но и о том, что ты унаследовала её от своей матери, — по-своему расценил моё молчание Ринар и перевёл взгляд с моего лица ниже, поймав за руку, а затем вдруг резко сменил тему разговора: — Кто надел их на тебя? — уставился на браслеты на моих запястьях.
Или нет. Не сменил. Просто я это не сразу поняла.
— Вам же это и так известно, — отозвалась.
Но его столь расплывчатый ответ не устроил.
— Таннер или его племянник? Кого именно из них ты усиливаешь, Кэролайн? — перефразировал он свой вопрос.
Показалось, ещё немного — и меня раздавит. Если не физически о дерево, к которому я оказалась прижата, так морально. Он будто не спрашивал, а каждой фразой забивал несуществующий ржавый гвоздь мне в голову.
— Усиливаю? — переспросила.
— Основное свойство старшей крови — абсолютное усиление, Кэролайн, именно поэтому система безопасности мэрии идентифицировала высший уровень силы на твоей ауре, а метка стала красной, — нетерпеливо отозвался он. — Не делай вид, что ты не…
Замолчал так же резко, как и начал. Оборвал себя на середине фразы, заменив её окончание шумным выдохом. Так и не договорил. Прикрыл глаза. Какое-то время просто так и стоял, пока я наблюдала, как с силой сжимаются в кулаки его ладони. А когда он наконец вновь заговорил, его голос звучал не только ещё тише, но и, на удивление, намного мягче:
— Ты и в самом деле не понимаешь, о чём я говорю, да?