Страница 17 из 60
Но меня больше всего тревожило не отсутствие логического объяснения проведения Дарины, а ощущение… пустоты. Пустоты, образовавшейся не только на месте березы, но и внутри меня самого. Сейчас, я чувствовал себя виноватым, неспособным сохранить что-то важное, и дорогое. И молчание Дарины, лишь усиливали это чувство. Что-то подсказывало мне, что за исчезновением березы стоит что-то большее, чем простое воровство или магия. И это "что-то", заставляло меня нервничать ещё сильнее.
Внезапный звонок домашнего телефона, доносящийся из соседней комнаты, заставил меня опомниться. Виновато обойдя Дарину стороной, я рванул на кухню, уловив в воздухе свежий, древесный аромат. Одиночество, наконец, позволило мне собраться с мыслями. Я поднял трубку домашнего телефона.
– Лебедев, почему так долго! – раздался знакомый, раздраженный голос Дарины.
Мир перевернулся. Еще мгновение назад я беседовал с ней лично, в своей квартире, а теперь она звонила мне, но уже как будто из другой реальности…?
– Дарина…? – выдохнул я, чувствуя, как холодок пробегает по спине.
– Ты знаешь кого-то ещё с моим голосом, Лебедев? – ее вопрос прозвучал с явной ноткой тревоги, которая эхом откликнулась в моей собственной груди.
– Честно говоря, да… – признался я, все еще находясь в состоянии шока. – Я только что разговаривал с тобой в своей спальне. Буквально минуту назад. Дарина, что происходит?
Брюнетка на другом конце провода замолчала, и в трубке повисла тяжелая тишина, прерываемая каким-то легким шипением. Затем, после долгой паузы, ее голос, зазвучал ещё более встревоженно: – В смысле разговаривал? Подробней, Лебедев…
Осознание пришло мгновенно. Все сходилось с ужасающей точностью, начиная от странного поведения, и заканчивая моей одеждой. Резко, нервно, бросив трубку телефона на ковер, я выпалил что-то невнятное Дарине, и, с сердцем, вырывающимся из груди, бросился обратно в спальню. Пронзительный скрип паркета под моими ногами резко контрастировал с застывшим ужасом в моей душе. Я едва не врезался в узкую книжную полку, нагруженную томами классической литературы и потрепанными сборниками стихов. Мой взгляд метался по комнате, лихорадочно выискивая подтверждение своим страхам. Поймав глазами березу, я подбежал к ней, судорожно касаясь тонких веток. Дерево снова было на месте. В "своем" ведре, по прежнему, в самом солнечном углу моей спальни. Рядом с ней, прямо на полу валялась моя серая футболка и школьные джинсы…
11.00
Гнев Дарины, доносящийся в телефонной трубке, был оглушительным.
– Ты с ума сошёл?! – ее обвинения пронзали меня, пуще любого кинжала. Я, оказывается, полный идиот, не сумевший отличить её от Златы и предотвратить превращение девушки обратно в березу. Но как я мог знать? Эта информация шокировала меня. Ведь я полагал, что Злата навсегда осталась деревом – заколдованным древним проклятьем. Забытая легенда о возможности возвращения в человеческий облик, казалась мне лишь красивой сказкой, и не более чем мифом.
По догадкам Дарины, Злата, обладая редким даром, скорее всего уже не раз пыталась разорвать это проклятье. Но, ее попытки были – короткими, непредсказуемыми всплесками человеческого существования, продолжающиеся всего несколько минут, и прерываемые нестерпимой болью с последующим превращением обратно в березу. Возможно, эти превращения происходили спонтанно, без всякой видимой причины, кроме как нарастающей магической энергии внутри неё. И, именно в один из таких моментов я и встретил её, приняв за Дарину, ведь сходство между сёстрами было удивительное, я бы даже сказал – почти мистическое. Они были похожи как две капли воды, с одинаковыми глазами цвета янтарного меда, и каштановыми волосами, отливающими золотом. Различия были едва уловимы…
11.20
Я не смог распознать тонкие нюансы, заметить те детали, которые указывали на разницу. Моя ошибка стоила дорого… Злата снова стала деревом, а Дарина обвиняет меня в бессердечии, в беспечности, и в том, что я не распознал её сестру, не приложил достаточно усилий к тому, чтобы предотвратить катастрофу. И я должен признать, что она права.
11.25
– Ты помнишь, из-за чего именно она превратилась? – с любопытством спросила брюнетка. Я сидел на холодном паркете у подножия дерева, проводя рукой по шершавой коре, пытаясь унять дрожь в пальцах. Это странное утро выбивало меня из колеи. В памяти медленно всплывали события получасовой давности.
– Все началось с визита мамы, – начал я, стараясь восстановить хронологию событий. – Признаться, я молил чтобы она поскорее ушла, не успев заглянуть в спальню. Я боялся, что она заметит дерево и у нее точно появится миллион вопросов. Десять минут, проведённых в напряжении, показались мне вечностью. Мама, к счастью, ничего не заметила и ушла. Чуть позже, я увидел Злату.
Дарина, после недолгого молчания, снова заговорила. Её голос, волнующийся и немного виноватый, эхом прозвучал в трубке:
– Скажи, зачем твоя мама приходила? Она вела себя как-то странно? Делала что-то необычное? – она немного замешкалась, покашливая. – Может быть… она читала какой-то заговор?
Я едва сдержал смех, представляя себе мою мать, занимающуюся оккультными практиками. Чтобы не обидеть Дарину, я ответил как можно спокойнее.
– Заговор? Дарина, ты, наверное, шутишь. Мама – обычная женщина, она даже яичницу приготовить толком не умеет, какие заговоры? Её увлечения ограничиваются парфюмерией и онлайн покупками. Никаких магических ритуалов и близко рядом с ней не стояло.
– Однако Богдан, твоя бабушка, далеко не обычная домохозяйка. Как ты и предполагал, мы нашли в ее доме сундук со старинными рукописями на древних языках. Несколько книжек с алхимическими рецептами и старый, потертый блокнот на замке, ключа от которого здесь нет… Мы возьмём это все с собой.
14.00
Дарина и Ярослав, покрасневшие от напряжения и усталости, рухнули в мою квартиру, словно изможденные бегуны марафона, жадно хватая ртом воздух. Четыре часа – немалый срок для поездки, подумал я, наблюдая за ними из коридора с нескрываемым любопытством. Но, их внешний вид вызвал у меня тревогу. Дарина, задыхаясь, едва вымолвила: – Внизу! Ярослав, вставил ключ в замок, и несколько раз повернул его. Действия брюнета были стремительными, почти судорожными. Следующая фраза Дарины прозвучала как команда: – Двигай шкаф!