Убийства на выставке собак

Глава 14

Пиппа опустила Барби на пол.

— Иди на свое счастливое место, моя сладкая.

Мальтийская болонка засеменила к кассе. Как и у песика Фионы, у Барби имелось свое место рядом со стойкой, только, в отличие от Саймона Ле Бона, это была не потрепанная лежанка. Там стоял плюшевый розовый трон с блестящими ножками, а на спинке золотыми нитями была вышита кличка Барби. Подумать только! Барби проигнорировала свой трон и принялась нюхать пол вокруг стола, надеясь найти какие-нибудь крошки.

— Иди на свое счастливое место, моя сладкая, – повторила Пиппа с еле скрываемым раздражением в голосе.

Крошечная собачка опять ее проигнорировала. Пиппа издала шипящий звук, выражающий неодобрение, подхватила Барби и усадила ее на трон, велев ей там сидеть. Барби подчинилась, но тихо зарычала, показывая, что такое обращение ей не нравится.

Пиппа повернулась к Фионе и Сью.

— Надеюсь, вы пришли оплатить счет за химчистку, – рявкнула она.

— Забавно, мы только что из химчистки, – с улыбкой ответила Сью.

Пиппа Стролл не посчитала это совпадение забавным. Она исчезла за дверью, расположенной как раз под перевернутой бутылкой шампанского.

Сью быстро повернулась к Фионе и прошептала:

— Это и есть та высокомерная корова, которая нагрубила Дэйзи.

Пиппа вернулась, сжимая в руке квитанцию, которую сунула подругам в нос. Фиона взяла квитанцию из руки Пиппы и посмотрела на цену. Вязаное платье Пиппы чистили не у Реджа и не в одной из химчисток Саутборна или Крайстчерча, а в заведении под названием «Химчистка премиум-класса» в элитной деревушке Кэнфорд-Клиффс, которая славилась роскошными магазинами и барами и так же непомерно высокими ценами. Подруги видели цены Реджа, а химчистка, в которую обратилась Пиппа, брала в три раза больше, чем он. Только Фиона пришла сюда не торговаться. Им требовалось задать Пиппе вопросы и постараться быть с ней любезными, если такое вообще возможно. Лучше согласиться с ее требованиями.

Фиона достала кошелек и предложила заплатить за Дэйзи, причем больше, чем указано в квитанции. Сначала она хотела получить информацию.

— Могу ли я узнать, перед тем, как вас облили кофе, вы вошли в шатер через черный выход?

— Зачем вам это знать? – подозрительно посмотрела на нее Пиппа.

— Просто любопытно.

— Вы ходили в туалет? – спросила Сью. – Позади шатра как раз стояли общественные туалеты.

Пиппа поморщилась так, словно ей в глаза брызнули лимонным соком.

— Боже, нет. Я бы не хотела, чтобы меня нашли мертвой в этом древнем туалете. Я ходила на набережную за кофе.

— Зачем вы ходили именно туда? Как-то странно, ведь клуб собаководства организовал чай и кофе. – Сью понравились горячие напитки, которые подавали на выставке. В первую очередь потому, что они стоили несколько пенсов, а не фунтов.

— Я вас умоляю! Я такую грязь не пью. Мне нужен настоящий кофе. Я только купила себе стаканчик, и тут ваша неуклюжая подруга врезалась в меня и облила. Я даже глоток не успела сделать.

— Ее зовут Дэйзи, – заметила Сью. – И она вас не обливала. В нее врезался парень со стаффордширским бультерьером.

— Ну этого я не видела. Я знаю, что мое вязаное платье испорчено.

— Вы не видели парня с татуировкой паутины на шее? – спросила Фиона.

— Нет, я видела только вашу неловкую подругу Мэйзи..

— Дэйзи, – поправила Сью.

— Как бы там ни было. Именно она столкнулась с моим латте.

— Мы приносим извинения от имени нашей подруги, – Фиона вручила Пиппе несколько купюр. – Сдачи не надо.

— Я вам не таксист. – Пиппа схватила деньги и направилась к кассе, где нажала одну из кнопок. Она достала несколько монет, вернулась и вложила их в руку Фионе. – Вам повезло, что я не требую компенсацию за пережитый стресс и кофе, который я так и не выпила. Мне пришлось ехать домой и переодеваться. Я не могла вонять разлитым по мне кофе.

— Но выставку отменили. Вы слышали, что Сильвия Стедман умерла? – спросила Фиона.

— О да, – ответила Пиппа без капли сочувствия. – Когда я вернулась, там уже стояла «Скорая», и Мэлори отправляла всех по домам. Мне не нужно было возвращаться. Столько потерянного времени, стресс для Барби – и все впустую. Она всегда нервничает перед выставкой.

Дамы уставились на Пиппу, шокированные ее черствостью. Женщину больше волновало небольшое неудобство, связанное с возвращением домой и переодеванием, чем смерть человека.

На лицо Пиппы вернулись высокомерие и недовольство.

— Что? Вы хотите, чтобы я испытывала сочувствие к мертвому человеку, которого никогда не видела? Я не собираюсь притворяться, что расстроена из-за смерти незнакомки. Это лицемерие, на мой взгляд. Вы знаете, что в мире каждую секунду умирает человек? – Она посмотрела на часы, и ее следующие слова совпали с движением секундной стрелки. – Кто-то сейчас умер.. И сейчас умер.. И сейчас.. Готова поспорить: вы не сожалеете о смерти никого из них, так почему я должна страдать из-за Сильвии Стедман?

— Но разве вас не шокировало ее убийство? – спросила Фиона.

Губы Пиппы, напоминавшие розовый бутон, округлились, а ее кожа приобрела пепельный оттенок.

— У-убийство? Я думала, у нее случился сердечный приступ.

— Так думали вначале. Но позднее выяснилось, что это убийство.

Пиппа с трудом устояла на своих шпильках и взяла себя в руки.

— Убийство? Вы уверены?

Неравнодушная Сью и Фиона кивнули.

В конце концов выяснилось, что у Пиппы все-таки есть душа. Ее идеальная кожа практически исказилась страданием, если б не ботокс, которым было перекачано ее лицо.

— О боже! Это ужасно. Но зачем кому-то ее убивать, да еще и на выставке собак?

— Именно это мы и пытаемся выяснить, – ответила Сью. – Насколько я понимаю, полиция вам не звонила?

— Нет, пока нет.

— Значит, позвонит, – сказала Фиона. – Им требуется время, чтобы всех опросить.

Пиппа сглотнула.

— Вы хоть что-то слышали про Сильвию Стедман? – спросила Сью.

— Как я уже говорила, я не была с ней знакома, но все слышали про Сильвию и Чарли. Ну, по крайней мере, в кругах собачников и участников выставок.

— Вы знали, что Чарли считался фаворитом на титул «Лучшей собаки»? – спросила Фиона.

Сочувствие Пиппы длилось недолго. На ее губах начала появляться натужная улыбка на грани раздражения.