Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 177 из 226

«Так, – подумал Отрывкин, – теперь еще понять бы, в какой параллельный мир я ее закинул». Щелчок не давал ему покоя. И он пошел опять за учебником.

Нашел еще одно заклинание и понял, что Сова в нескольких параллельных мирах от их мира.

Маня подозрительно смотрела на всё это из кармана куртки.

И тут последовал приказ Отрывкина:

– Начали!

Манюня заработала вовсю: друга выручать идем, не на прогулку!

А в это время Сова, которая так и не поняла процесса перехода в параллельный мир, оказалась на очередном подоконнике. Окно было приоткрыто. «Дежавю какое-то», – подумала Сова.

Ни о чем не подозревая, она просто стукнула пару раз клювом в окно. Окно подозрительно быстро распахнулось, и четыре руки втащили Сову за крылья в комнату.

От такой наглости Сова потеряла дар речи: зачем за крылья-то, когда она сама войти может? И вдруг ее оглушил визг: «Это наш почтальон, он принес нам письмо, теперь мы точно попадем в Хогвартс»

[10]

[Хогвартс – школа чародейства и волшебства в серии книг о Гарри Поттере Дж. Роулинг.]

. Визжали мальчик и девочка лет десяти-двенадцати. Хором.

Сова от таких воплей чуть опять не потеряла сознания.

Тем более что, как птица начитанная и вообще человек, была в курсе, что такое Хогвартс и что его не существует. И что это просто выдумка одной писательницы.

Когда она спокойным тоном детям, которые втащили ее в квартиру, попробовала объяснить всю нелепость ситуации, они пришли в неимоверный восторг и закричали:

– Это волшебная сова! Она умеет говорить! А раз она умеет говорить, значит, точно из Хогвартса.

«Ну, в логике им не откажешь», – подумала Сова и предприняла еще одну попытку увещевания.

– Если бы я была та самая сова, у меня в клюве было бы что? Письмо! А его нет. Значит, это не я.

Дети уже не слушали. Это были современные дети, и они знали по фильмам, что́ надо делать, если кто-то отпирается или не хочет говорить.

– Если ты нам сейчас же не скажешь, где находится платформа № 9 и ¾, тебе будет плохо.

Тут Сова поняла, что ее дела плохи.

Что делать с такими начитанными и совершенно безбашенными детьми, Сова не подозревала. Дети, с которыми она общалась, были законопослушными, спокойными и вообще магически одаренными. А что делать с этими маглами, она вообще не подозревала.

Дети, не теряя времени, связали Сове лапы и крылья. Она настолько была погружена в свои размышления, что даже не сопротивлялась. А ее еще и к стулу привязали. Оставили ей свободным только клюв и всё время спрашивали, где платформа № 9 и ¾.

А потом их совсем понесло.

– Говори, а то пожалеешь! – угрожал мальчик.

– С кем пришла? На кого работаешь? Твое задание? Фамиль, номер группы! – рявкала девочка, очевидно, решив поиграть в допрос партизана.

Дети были не только начитанными, в их головах была еще и полная каша от фильмов. Сова меланхолично подумала: «Вот из таких и вырастают люди с маниакально-депрессивным психозом. А то и маньяки какие-нибудь».

Когда дети уже совершенно на полном серьезе нагрели щипцы и решили прижечь Сове уши, а она, скосив глаза к переносице, что-то невнятно бормотала, в комнате негромко бабахнуло – и появился Отрывкин с Манюней в руке. Он был тоже слегка пришиблен, потому что раньше на такие расстояния не перемещался.

Сова встрепенулась, увидев подмогу, прощелкала клювом: мол, тут я (говорить почему-то не пробовала) – и поморгала глазами, которые сошлись к переносице. Тут-то Отрывкин и понял, что дела плохи и пора уносить ноги.

А дети, окружив Отрывкина, заверещали с новой силой: появился волшебник и уж он-то точно заберет их в Хогвартс!

Отрывкин был в курсе, что такое Хогвартс. И был в курсе, что это всё неправда. Но как объяснить это детям, которые еще и волшебника в нем признали!

И как всякий нормальный взрослый человек, не умеющий обращаться с детьми, начал сюсюкать: это обычная сова, он, Отрывкин, обычный человек, а Хогвартса вообще не существует – его тетя одна выдумала от скуки и чтобы денег заработать.

Это было тактической ошибкой Отрывкина. Дети разрыдались и с воплями ярости накинулись на него. Было пущено в ход всё – кулаки, ноги, даже зубы.

Потрепанный Отрывкин кое-как вскочил на ноги и рявкнул:

– Мо-о-олчать! Иначе в лягушек превращу. Всю жизнь на болоте принцев и принцесс дожидаться будете!

От такого крика даже Сова встрепенулась и сказала:

– Слушаюсь!

Пока дети приходили в себя от акустического удара, Отрывкин судорожно развязал Сову и гаркнул Манюне гагаринское:

– Поехали!

Манюня чуть сознание не потеряла. Но пятнышки на спинке (детекторы-поисковики) засветились, ушки-антенки завибрировали, и Отрывкин, едва успев подхватить на руки Сову, которая была в такой прострации, что уже готова была показать, где эта платформа № 9 и ¾ находится, исчез из этого мира, и они втроем дружным клубком покатились по поляне собственного Дома.

Дом настолько был шокирован таким появлением хозяина и его друзей, что возмущенно захлопал ставнями и затопотал крыльцом.

Их уже поджидала команда – в полном сборе и в последней точке закипания от ярости.

Когда увидели, в каком состоянии находится Сова, с укоризной посмотрели на Отрывкина, да так, что он покраснел.

– А еще он меня чуть не раздавил, – нажаловалась из кармана Манюня.

Ворон с Соловьем, набычившись, стали наступать на Отрывкина, но он быстро спросил:

– Помощь потерпевшей будете оказывать?

И все засуетились и стали помогать.

Сову отнесли и уложили со всеми удобствами в библиотеке.

Сама она что-то бормотала про платформу № 9 и ¾. Отнекивалась: она не знает где, а если б и знала, не сказала, и «врешь, наши не сдаются». И даже под пытками она никому ничего не скажет.

Отрывкин напоил пострадавшую в эксперименте живой водой и заодно дал несколько капель дедовой настойки на пустырнике и валерьянке, которую Сова так уважала. Заодно и всем по нескольку капель дал: все-таки стресс снимать надо, так еще дедуля-биогенетик говорил.

Через некоторое время Сова пришла в себя и слабым голосом попросила никогда не напоминать ей словосочетание «платформа № 9 и ¾». А то она за себя не отвечает.

Приведя Сову в нормально-адекватное состояние, все опять расположились в библиотеке и упросили-таки, несмотря на всеобщую усталость, рассказать очередную байку.

Ворон рассказал.

Байки старого Ворона: Золотой

Проснувшись как-то утром, он просто забыл, как его зовут.