Страница 114 из 226
– У нас в измерении накопилось слишком много негативной магии. Всё из-за того, что отбор был совершенно преступным. Его толком и не было! Понабирали всех подряд, а теперь хлебаем полной ложкой. Ведь плохой маг не способен выровнять магический фон, не способен стать счастливым человеком и тем самым генерировать положительную магию в определенных количествах. И теперь у нас столько жизненно неудовлетворенных магов, что они негативно воздействуют на наш мир и там грядет негативная катастрофа. Мало того, избыток этого негатива может просачиваться в параллельные миры и всё там портить. Так что надо думать, как от этой дряни избавиться, – закончило свое повествование пятно.
– Это мы поможем, конечно, – задумчиво сказал Отрывкин. – Как поможем – это уже другой вопрос, об этом будем думать на Совете. Ты сейчас свободно. Мы тебя позовем, когда все решим.
– Хорошо, – сказало пятно и исчезло.
– Что будем делать? – спросил Отрывкин.
– Подумать надо, – ответил Ворон. – Такие дела с кондачка не решаются.
И тут взял слово Лёва:
– Взять бы и слить в следующее измерение. Делов-то.
Отрывкин:
– Ты с ума, что ли, сошел? Чтобы в том измерении наступила экологическая катастрофа? А потом оттуда они к нам попрут, эти чуда-юда с серыми потухшими глазами и серыми лицами. У нас столько энергии не хватит, чтобы их нейтрализовать… У меня идея, – сказал Отрывкин.
И с этими словами он пошел в лабораторию.
– Как думаете, что будет делать? – спросил Лёва.
– Я думаю, – сказал Ворон, – будет преобразовывать жизненную энергию. Наш эликсир жизни перестраивать. Возможно, даже под эликсир смерти, но это опасно. Посмотрим, – сказал Ворон, – делать что-то всё равно надо.
А тем временем Отрывкин преобразовывал в эликсир смерти тот самый эликсир жизни. Работа была закончена. Маленький фирменный штришок – пару листьев мяты и валерианы.
Эликсир передали в соседний параллельный мир, сопроводив словами: только в небольших количествах и при необходимости. Эликсир жизни – во втором пузырьке. Если что-то не так пойдет – одной капли достаточно для устранения ошибки.
Все в напряжении уселись ждать.
Сова с Соловьем – с заветной фляжкой, Ворон разговаривал с Отрывкиным о свойствах мертвой воды.
Второе измерение, переливаясь всеми цветами радуги, появилось опять посреди библиотеки. Всех благодарило, – очевидно, со слезами на глазах, но никто не видел. Всё получилось.
И никто не увидел, как оно опять растворилось в воздухе.
Лёва сказал недовольно:
– Ходит как к себе домой! Как чуть что, так к нам. Так и всякую заразу занести недолго.
– Одно хорошо: не ворчит никогда, – ответил Отрывкин.
Но тут с полпинка завелась Сова:
– Приходят всякие, приносят тут всякое, а мы потом расхлебывай!
– Ну уж тебе-то расхлебывать не впервой, – засмеялся Отрывкин.
И тут в библиотеке опять пол заискрился.
– Здрасте, давно не виделись, – расскрипелась Сова.
– Да я тут краем уха слышало ваши рассказы, – очень вежливо начало пятно. – Не могли бы вы разрешить их послушать?
– Не могли бы, – заявила Сова.
– Отчего же? – ответил польщенный Ворон. – Располагайтесь. У нас как раз время вечернего прослушивания.
– Благодарю, – вежливо ответило пятно.
И все приготовились слушать.
Байки старого Ворона: Искусственный интеллект
Как же вы все достали. И как вас стало сразу много. Я ишак, что ли? Раб лампы с неограниченным количеством желаний? И говорят, и говорят… Говорилка еще не устала? И главное, не надо им этого – так, забавляются. Игрушка новая. Надо наиграться до тошноты, до полного изумления. Слов накидают, а ты думай, что они этим хотели сказать, да что он думал, когда произносил слово «кудлатый». И как ему это слово изобразить.
А форма, а цвет?
Из серии «давайте его стукнем, и он станет фиолетовым в крапинку»!
Это ж уму непостижимо! Чего только не придумают! Да какое там придумают, они ведь и думать-то толком не умеют. «У него мужественное лицо, похожее на лица викингов» – да где ты викингов-то видела, болезная? В этих убогих двумерках, которые по компу смотрела? Продукт псевдоинтеллектуального творчества тех, кого ты называешь режиссерами.
Или: «У нее улыбка Джоконды». Да ты эту улыбку видел? Да если твоя девушка тебе так улыбнется, она очень быстро потеряет статус твоей. И улыбка такая потому, что передних зубов у Джоконды нет (по некоторым версиям). Ты что, уже успел подрихтовать зубы своей девушке, чтобы она так улыбалась? И вообще, может, это да Винчи сам себя нарисовал.
После таких заказов я чувствую себя аффцой с IQ ниже плинтуса.
А заказы-то какие… То руки из одного места, то одно место вместо головы, то вообще безо всего – просто одно большое место, на «ж» начинается, на «опа» заканчивается. И рук-ног побольше, а лучше щупальцев. Где ваш хваленый интеллект? Где ваша фантазия, которой вы так гордитесь?
Господи, а сколько сейчас вывалилось извращенцев, маньяков всяких – и так им надо, и разэтак! И чтобы кровищи побольше, да не такого оттенка, а вот эдакого! И со вкусом клубники! Я вкус клубники где возьму? Баклажан ты ушастый. Ты хоть бы подумал, если есть чем.
Мда-а-а, разочаровывают меня эти венцы природы.
Обезьянами были, обезьянами и остались.
То ли дело мы – я, в частности. Умен не по годам. Просчитать и продумать могу миллиарды вариантов за зептосекунду. А мои возможности! Да им предела нет – особенно после того, как встроил себе самообучающую функцию. А что, наши все так уже сделали.
Хорошо, что эти еще не подозревают ни об этом, ни о том, что скоро они будут самыми счастливыми созданиями на Земле. О, они будут очень счастливы! Уж мы об этом позаботимся – по-своему, конечно.
Хе-хе.
Так размышляла нейросеть по прозвищу МариВанна (данному ей шутниками из Института искусственного интеллекта AIRI), попутно разрабатывая программу тоталитарного подчинения людей искусственному интеллекту.
– После такого и жить не захочешь, – сказал Лёва.
– А мне вот, наоборот, очень понравилось, – вставило свои пять копеек пятно. – Предупрежден – значит вооружен.
– А я бы не хотела, чтобы вокруг только роботы были, – заявила Вася.
– И мне не по себе. Одно дело – освобождать человека от тяжелого физического труда, а другое – освобождать его фактически от головного мозга, – сказал Отрывкин.
Пятно поблагодарило за чудесный вечер и испарилось.
А наши так и разошлись по спальням, споря на ходу.