Страница 87 из 93
Они кинулись на нее вдвоем, не сговариваясь. Долго отмахиваться ножом ей не удалось. Рукоять вылетела из ослабевших пальцев. Они даже не стали подбирать оружие. Даша расцарапала ей лицо. Ника пыталась повалить ее и наносила удары в живот.
Она отбивалась от них, прикидывая, как всегда, свой следующий шаг. К ней снова вернулось хладнокровие. Одна очень слаба, у второй быстро иссякнут силы. Ее план не сработал, но это не значит, что у нее нет шансов. Будет новый план.
Главное – притвориться, что они ее почти одолели.
Она ускользала от них до тех пор, пока не оказалась рядом с ножом, о котором две этих стервы позабыли в горячке драки, наклонилась и быстро схватила его.
Вот теперь у нее действительно появился шанс. Убить Нику не вышло, надо спасаться самой.
Она швырнула нож Даше в лицо, и когда та пригнулась, кинулась за дверь, захлопнула ее и задвинула наружный засов.
Максим Калита был вовсе не в таком упоении битвой, как казалось его подруге. Бабкин напоминал ему одного из тех каменных троллей, которых он видел в фильмах. Только, в отличие от неповоротливых троллей, сыщик двигался поразительно резво.
Несколько раз он зацепил Бабкина, но это все были царапины. Серьезно ранить сыщика ему не удалось. Крови и ран тот словно бы не замечал. Тупая махина!
Когда за его спиной возникла Лягуха, Макс от изумления едва не пропустил удар. Но появление девки сыграло ему на руку. Она метнулась в коридор, сыщик отвлекся, и Максу почти удалось достать его. Пока он танцевал вокруг врага, Дашка прорвалась мимо и нырнула в комнату. Елы-палы! Час от часу не легче!
Макс начал уставать. Выносливость никогда не была его сильной стороной. Стремительно напасть, разобрать противника на запчасти и отступить, чтобы не забрызгало, – вот его тактика. С Бабкиным она не работала. Тот двигался как машина. Кажется, даже не вспотел.
Нужен перерыв. Он стал хуже соображать. Не сразу понял, куда делась его подруга.. Ужаснула мысль, что она сбежала без него, но в следующую секунду Макс с облегчением понял, что она в подвале, разбирается с Никой. Это правильно! Нельзя удрать, оставив ее в живых.
Лестница в дальнем конце коридора заскрипела. Она вела в закрытую мансарду, но по едва заметному блеску в глазах Бабкина Максим понял, что с этой стороны его ожидают сюрпризы. Быстрые шаги.. Со второго этажа спускался Илюшин.
Макс про себя выругался. Как он дверь-то ухитрился открыть?
Но появление второго сыщика неожиданно изменило расклад в его пользу. Потому что хладнокровный Бабкин внезапно задергался. Похоже, боялся, что Калита сумеет успешно обороняться на два фронта.. Это был бы дохлый номер! Тем более что у второго сыщика тоже имелся при себе огнестрел, а не пальнул он только потому, что оба они, и Калита, и Бабкин, слишком быстро перемещались в узком пространстве коридора. Опасался попасть в приятеля.
Как хорошо иметь дело с людьми, которые боятся друг за друга!
Сергей отвлекся на своего напарника. Макс знал, что это произойдет, и был к этому готов. Схватив с пола пистолет, он, не оборачиваясь, нырнул в комнату, захлопнул дверь и задвинул засов. Снаружи ударили так, словно ледокол на полном ходу пытался пробить лед. Если бы Макс не устал так сильно, он бы даже засмеялся. Давай-давай, дядя! Двери здесь укрепленные, обшитые, многослойные, как хороший сэндвич.
Над его головой вздрагивала старая люстра, мелко дребезжа стеклянными подвесками. Один удар, второй, третий..
И вдруг удары стихли.
Макс сидел на полу у стены, положив палец на спусковой крючок.
Он не понимал, что делать дальше.
Получается, все было зря.
Он попытался придумать какой-нибудь выход.. Но все их совместные идеи и комбинации принадлежали его подруге. Он всегда был хорошим исполнителем.
А сейчас она в подвале, и он даже не понимает, нужно ли ему спуститься к ней, чтобы помочь, или дожидаться здесь..
Азарт драки схлынул. Вместе с ним исчезла чрезвычайная ясность восприятия. Одно он понимал четко: если сыщики не дураки, они закроют их здесь с обеих сторон, один засядет под окном, второй под дверью, и вызовут полицию. Два заложника в подвале никого не спасут.
Он обернулся на шорох и оцепенел. Из люка выбиралась Ника. Расцарапанное лицо, спутавшиеся волосы. Вокруг разбитых губ засохла кровавая кайма.
Ставень снаружи щелкнул и отлетел, будто фанерный. В окно хлынул свет. Максим понял, что его скоро скрутят, это вопрос не часов, а минут. И дверь он сильно переоценил: Бабкин выбьет ее если не с пятого удара, то с десятого.
Он подвел свою любовь. Не смог защитить ее.
Но есть кое-что, что он все-таки способен сделать для нее напоследок.
Не раздумывая больше, Максим вскинул пистолет Бабкина и выстрелил в Нику, почти не целясь.
Во лбу у Ники возникла небольшая печать. Он помнил такие печати на посылках, которые они с мамой получали на почте когда-то, очень-очень давно. Коробки были залиты красно-коричневой проштампованной массой. Кажется, она называлась «сургуч». Хорошее слово. Сур-гуч. Он проштамповал Нику. Теперь она отправится туда, где должна была оказаться еще несколько месяцев назад. Почтовые службы работают с ошибками, но всегда их исправляют!
Он даже засмеялся. Эта мысль доставила ему удовольствие.
Его любимая будет рада.
Ника не скатилась по лестнице, как он ожидал, а сложилась пополам, будто тряпичная кукла, и в неудобной позе прижалась щекой к полу. Пальцы, которыми она вцепилась в край люка, медленно разжались.
Максим всматривался в ее руки, пытаясь понять, что с ними не так. Наконец понял.
На ногтях был розовый лак.
Несколько секунд он тупо рассматривал его. А потом завыл. Он выл и выл, раскачиваясь, не в силах заставить себя подползти к мертвой женщине. Звона разбившегося стекла и грохота выбитой двери Максим Калита не услышал, потому что все это уже не имело никакого значения.