Несуществующий

Глава, которой не было.

Снег. Много снега. Белая гладь простирается, насколько хватает взгляда. Чистота. Лаконичность. Красота. Можно бесконечно любоваться искрящейся бесконечностью. Жаль, только от блеска глаза начинают болеть – нельзя долго смотреть.

– Хватит… Прошу! Хватит…

Стоны обрываются на звонком щелчке кнута и новом крике боли. Какой уже по счёту? Сороковой? Или ближе к пятидесятому?

Я нехотя бросаю косой взгляд вправо. Четверо воинов в полушубках прижимают за руки-ноги ещё одного солдата с оголённым торсом прямо к снегу, что уже почернел от стекающей на него крови. Спина наказуемого до мяса исполосована ударами кнута, а палач замахивается вновь. И я не уверен, что всего моего магического таланта хватит, чтобы выходить бедолагу…

Щелчок кнута. Крик боли. А воины лишь довольно скалятся. Ноздри их расширяются от запаха крови. Хвосты так и метут. Оборотни, что с них взять. Животные!

Чуть позади на фоне палаток скучковался пяток учёных. Все перепуганные. Дрожащие. В какой-то мере я их даже понимаю. Сначала нападение зверя, переполошившее весь лагерь. А после того как зверя взяли в штыки, настало время для наказания воина, уснувшего на посту. Как на мой вкус, излишне кровавое и жестокое. Но спорить с командирами нашей охраны я не собираюсь – это их работа.

Моя же работа, чтобы экспедиция достигла южного полюса нашей планеты. Зачем? Официально имеется целый комплекс научных изысканий, но на самом деле – это ссылка. После того скандала, когда меня отстранили от двора Императора – это даже не плохой исход. Всё лучше, чем отправляться на бесконечную войну с Эльфами и Гномами.

Снежинки, медленно кружась в воздухе, не долетают до располосованной спины нескольких сантиметров и тают, над распалённой агонией плотью.

– Может, уже хватит? – наконец не выдерживаю я и разворачиваюсь к тройке офицеров.

Тоже оборотни. Один старший и два младших офицера. Высокие. Статные. С правильными чертами. С прилизанной, блестящей шерстью на хвостах. Так и хочется сказать: породистые. Про себя я их называю «Чистыми» – за их фанатичную гордость своей природой оборотня. За гордость, что они люди. Даже удивительно, что их отпустили с фронта в нашу экспедицию. Такая фанатичность и прозябает в такой глуши!

– Министро, это должно стать показательным уроком, – старший офицер хищно облизнул губы, наблюдая за наказанием.

– Это уже достаточно показательно. Но если он сдохнет, то уже не сможет тянуть нарты. И эта нагрузка ляжет на остальных оборотней. Оно вам надо?

Чистые задумались. А я отметил, что один из слуг – каменюка-гном перепроверяет запасы, на которые и покусился зверь при проникновении в лагерь. А где же ходит второй слуга – морозостойкий кустарник-эльф. Надо бы найти и наказать за нерадивость!

– Вы правы… – наконец задумчиво отвечает старший офицер. – Лишняя нагрузка нам не нужна… А пока этот слабак снова встанет, пройдёт не один день. И тратить на него ресурсы – глупо. Он должен нам послужить…

Улыбка главы охраны мне не понравилась. А затем словно по команде оборотни начали принимать животный облик. Ещё несколько секунд, и больше десятка матёрых волков набросились на обессиленного собрата.

Крик был короткий. Это даже радовало – отмучился… А волки с окровавленными мордами принялись жрать парящее мясо. Насыщаться.

Я брезгливо поморщился и вновь устремил взгляд на белый простор. Прошла всего неделя экспедиции, и нам предстоит покорить эту бесконечность.

***

Гул… Долгий. Протяжный. Давящий на сознание, словно горные массивы. Переходящий в пересвист, а затем снова бьющий, сковывая разум монотонностью. Я судорожно зевнул, едва не вывихнув челюсть. Трое суток без сна давали о себе знать. Но спать нельзя… не после того, что произошло. Я ещё жить хочу.

– Что будем делать с бунтовщиками? – вопрос задавать не хотелось, но иного выхода не было. – И нет, перебить их – не вариант. Они нужны нам для продолжения экспедиции.

Я бросил взгляд назад. В тусклом свете масляной лампы было видно всё скромное помещение палатки. Жалкие два десятка квадратных метров, на которых ютятся почти три десятка живых существ. И это без учёта нарт с поклажей, что стоят возле стенок, не давая палатке сложиться внутрь.

В данный момент большая часть народа в противоположном конце палатки: учёные связанные стоят на коленях, а их охраняют оборотни. Три трупа чуть в стороне. Двое из них учёные, которые не придумали ничего умнее, чем напасть на меня ночью. Глупцы! Будто это я виноват в том, что мы попали в снежную бурю!

Проклятая снежная буря! Началась лёгким снегопадом, а затем разрослась до таких масштабов, что на расстоянии вытянутой руки уже ничего было не видно. Снег буквально режет одежду, а мороз сдерживают только стенки палатки, куча снега, который намело вокруг, и, конечно же, моя магия. Но если я не посплю, то магическая поддержка рухнет и тогда…

– Экспедиция пр-рактически пр-ровалилась, – рычаще заметил один из младших Чистых. – Без еды, что мы не успели занести в палатку пр-ри начале бур-ри, запасы кончатся чер-рез два дня. Нужна либо пища, либо сокр-ращать голодные р-рты.

Очевидное, но такое неприятное замечание. Собственно, из-за голода учёные и решились на глупость. Словно это я им не даю еду!

Между прочим, каменюка-гном, как самый морозоустойчивый, был отправлен за пищей ещё сутки назад. Но так и не вернулся. То ли сбежал, то ли не выдержал перепада температуры – что вероятнее. Отправлять кого-либо ещё, значит, заведомо обречь на гибель.

– Мёртвыми мы можем накормить Стаю, – заметил глава Чистых. – Это увеличит наш запас времени. Но это лишь полумеры.

Скрипя зубами, я должен был признать, что решение… разумное. Какими бы животными ни были оборотни, но они знали толк в выживании. За это я уважал Чистых. Именно поэтому мог доверять только им. Это же стало причиной, почему мы вели обсуждение.

– За припасами могу сходить я… – нехотя всё же решился. – Магия поможет мне продержаться.

– А если нет? – резонно возразил глава Чистых. – Без вашей магической защиты будут обречены все. Без шансов.

– Именно поэтому я пойду, только когда еды совсем не останется… Но мне нужно перед этим восстановить максимум сил. И для этого как минимум выспаться. И не урывками по полчаса. Полноценно.