Страница 32 из 77
Скелет осел в своем доспехе, а мы тут же устремились внутрь дворца эмира, и, оказавшись внутри, Юзеф алебардой заблокировал дверь, в которую буквально несколько секунд спустя ударила волна мертвяков.
Юзеф поспешил дальше. Анфилады комнат сменяли друг друга, радуя глаз прекрасными барельефами на стенах, по большей части из серебра и злата.
Мы выходили в обширные залы со множеством колонн, украшенных замысловатой резьбой. Украшалось вообще всё! Окна. Каменные жаровни с углями. Вазоны для цветов. Потолки расписаны замысловатыми картинами. А пол усеян десятками подушек.
А ещё здесь имелись призраки. Не новый вид монстров-убийц, а бесплотные полупрозрачные духи, что жались к стенам и прятались за колоннами. В основном дети… Маленькие. Щуплые. Не старше шести-восьми лет. Самые юные держали в руках игрушки и смотрели на нас с интересом… и страхом.
Кроме того, здесь находились призраки-женщины. Без оружия, но в тонких, изящных одеждах – они не нападали. Они прикрывали собой маленьких детей.
– Чувствую себя, словно в какой-то игре, – отметил я, стискивая в руках саблю и не зная, как идти, чтобы не поворачиваться к призракам спиной. – Только ещё не определился: это экшен… или всё же хоррор.
– Не отвлекайся. Бойцы могут появиться из любого прохода, – одернул меня провожатый. – Мы выходим к основным помещениям. Нужно решать, куда мы: сокровищница или башня звездочёта?
По внутреннему таймеру с момента, как я запустил пророчество, прошло около пятидесяти секунд. Время ещё есть и его стоило использовать по полной.
– “Ветвление”, – прошептал я одними губами. И уже громче обратился к профессору: – Идем в сокровищницу.
Юзеф лишь кивнул и свернул в один из коридоров, что буквально через два поворота вывел нас к лестнице. А вместе с тем и целой группе скелетов, спешащих нам навстречу. Не меньше полдюжины вооруженных суповых наборов.
Помня, насколько хрупкие скелеты, я схватил вазу с засохшими цветами и метнул её в поднимающийся по лестнице отряд. Скелет, идущий первым, отмахнулся от вазы и сумел её разбить. Вот только осколки шрапнелью ударили по другим скелетам. На несколько секунд это вызвало неразбериху и давку в которой развалилось пару скелетов, а один потерял руку.
Юзеф тоже воспользовался неразберихой и рванул вниз. Используя свой небольшой рост, он скользнул между ног скелетов и схватил саблю одного из развалившихся костяков. После чего ударил по ногам.
Я же тем временем отвлекал сразу двух костяков в первой линии обороны. Именно “отвлекал”, а не полноценно сражался: мой максимум в обращении с саблей – отличить рукоять от лезвия. Но я достаточно быстр, чтобы не давать противникам отвлечься на Юзефа.
Наша тактика сработала. Юзеф в несколько взмахов разобрался с задними рядами, а после ударил в спину тем, кого я отвлекал. Двадцать секунд, и проход зачищен.
Мы поспешили дальше.
Коридор петлял. Ещё четыре раза мы выскакивали на скелеты. В основном двойки. Должен отдать должное профессору: в юном теле он умел сражаться, только благодаря ему мы разбивали костяки на части. Всё же Юзеф знал свою историю.
Наш рывок уводил нас всё глубже. И если заслоны мы пробивали, то вот преследователи копились словно снежный ком: щелчки костяков давили на сознание, казалось, они буквально за спиной. А время утекало сквозь пальцы.
До конца пророчества оставалось буквально три десятка секунд, когда Юзеф замер.
– Всё. Пункт охраны зачищен. Дальше ход к сокровищнице…
Юзеф перевёл дух и, взяв ключ с одного из поверженных скелетов, принялся открывать дверь, что преграждала нам проход дальше. Дверь выглядела массивной. Решетчатой. Запертой на несколько крупных замков. И охраняла её сразу тройка бойцов, с которыми нам пришлось повозиться.
А за дверью, после короткого, буквально в десяток метров прохода, можно было уже увидеть: сундуки, под открытыми крышками которых блестели золотые монеты, там же находились свернутые в рулоны драгоценные ткани, кувшины, вероятно, с маслом, множество безделушек, разбросанных по полу.
Много всего. Но главного не было: страниц умирающей истории. Требовалось пройти и осмотреть всё помещение, чтобы понять: зря мы прибыли или нет?
Профессор тем временем, открывая замки, пояснял:
– Я останусь здесь. Прикрою тебя. Ты же иди по проходу. Но будь осторожен. Там, согласно моим исследованиям, должны находиться ловушки. Какие – не знаю. Как и то, как их отключить. Используй свой дар пророчества…
Ловушки? Серьёзно?
А сказать это до начала штурма было не судьба? Я уже нахожусь внутри предсказания! Но знать это моему спутнику ни к чему, всё равно подобное знание ничего не даст. Нужно решать возникшую проблему. Поэтому я только коротко кивнул.
Крутанув в руке саблю, я выдохнул и рванул в открытую дверь.
Тут же чуть не схлопотал в бок стрелу. Одну из целого роя, что вылетели из стен, когда я наступил на плитку, что чуть заметно провалилась под ногой. Вашу суть… Страх продрал по спине. Умирать не хотелось!
Воля в стальной кулак сжала все инстинкты. Я в пророчестве! Здесь я могу умереть… и это будет больно. Даже очень. Но это даст мне знание, чтобы не совершить ту же ошибку в реальности. Главное, не медлить. Я буквально заставил себя двинуться дальше.
Два шага и очередная плитка опустилась под ногой. Я буквально в последний момент успел замереть и не попасть под выскочившее лезвие гигантского маятникового топора.
Когда тот просвистел мимо, я проскользнул дальше. И пол начал уходить у меня из-под ног. Я успел прыгнуть. Но метра два пола просто провалилось к острым шипам! Я повис над бездной, цепляясь за край провала.
Скрипя зубами, я забросил себя наверх.
Десять секунд.
Последние два метра коридора. Один рывок!
И я успел! Из стены выпрыгнуло несколько копий, но меня они не поймали. Я уже находился в сокровищнице. Если бы мне нужно было уходить, то я бы оказался в ловушке, а так… так я достиг своей цели!
Осталось только найти листы! Я окинул взглядом сокровищницу. И тихо выматерился, когда увидел, как из-за завала в десяток сундуков неспешно выходил лев. Вернее, зомби-лев, без огромных кусков плоти на спине и боках, с гноящимися глазами и потрохами торчащими сквозь решётки рёбер. Но последний охранник сокровищницы сохранил главное: острейшие клыки и когти, а главное, ярость.
И лев бросился на меня…
***
Чувство дежавю продрало меня по спине, словно наждачка…