Страница 103 из 107
– Облажался, говоришь? Это тоже часть пути, сынок. Важно не то, сколько раз ты упал, а то, сколько раз поднялся. И главное – чему ты научился.
– Я думал, что знаю, как правильно. Думал, что сильный. Но на самом деле я боялся, что если покажу свои чувства, то все отвернутся, – Саша опустил голову.
– В жизни нет четких правил. Порой важнее не слова, а действия, – отец аккуратно поднял его подбородок, заставляя встретиться с его взглядом. – Именно в поступках мы видим истинную суть человека. Они показывают, как он относится к окружающим и к жизни в целом. Но каждое действие имеет свои последствия. Скажи мне, сын, что заставило тебя сбиться с пути?
Саша глубоко вздохнул, пытаясь собрать мысли в кучу. Он понимал, что нужно разобраться в себе. Почему Саша не смог идти по счастливому пути?
– Наверное, все началось, когда ты… ушел, – произнес он тихо, словно боялся, что его слова могут ранить. – Я думал, что если буду сильным и самостоятельным, то смогу справиться со всем. Но в итоге остался один.
– Хм. Ты, будучи ребенком, взял на себя огромную ношу. Мне жаль, что тебе пришлось так рано повзрослеть, – отец ласково потрепал его по волосам.
– Я не жалею, что взял на себя ответственность за нашу семью.
Отец улыбнулся, а затем задал новый вопрос:
– Почему ты винишь себя?
Саша напрягся. Ему стало страшно, что отец, как и Аля, начнет обвинять его в ошибках. Но он стоял и молчал, ожидая ответа.
– Я виню себя за то, что не смог спасти любимую девушку. Я опоздал. Не успел. – Саша горько усмехнулся. – А потом появилась другая, которая вернула меня к жизни, подарила надежду на счастье. Но и ее я потерял. Она тоже погибла. Я слабак! Я не смог вырвать свою Мирославу из лап смерти. Мою любимую.
– Каков был твой мотив, когда ты пытался спасти этих девушек?
– Я хотел просто… быть счастливым с одной из них. Любить. Создать семью. Защищать. Заботиться. Поддерживать в трудные моменты. Я хотел почувствовать себя нужным! Знать, что я дорог хотя бы одной из них. Самое ужасное знаешь в чем, папа? Я так люблю Мирославу, что без нее не могу дышать. Она словно моя душа, к которой меня тянет с каждым днем все сильнее. Но я предал Алю. Ведь она была моей первой любовью.
– Предал, говоришь? – отец мягко коснулся его щеки. – Любовь – это не клетка, сынок. Это скорее сад, который нужно поливать, удобрять и где могут расцвести разные цветы. Ты любишь Мирославу. И эта любовь сильна. Но ты любил и Алю, пусть и по-другому. Это не делает тебя предателем. Это делает тебя человеком, который ищет свой путь в понимании любви.
Саша поднял глаза, в них мелькнула надежда.
– Но я не смог защитить их, папа. Я не смог уберечь.
– Ты потерял их не из-за своей уязвимости, Саша. Ты потерял их из-за обстоятельств, которые были сильнее тебя в тот момент. И ты не слабак. Ты тот, кто продолжает бороться, даже когда кажется, что все потеряно. В смерти Али нет твоей вины. Ты сам принял это решение, сам взвалил на себя этот груз. Тебе нужно простить себя, отпустить прошлое, и тогда откроется новая глава. Счастливая жизнь. Послушай, сынок!
Саша прислушался, но ничего не услышал.
– Что? Я ничего не слышу.
– Запомни! Что бы ты ни думал о себе, твое сердце знает больше. Разве ты не чувствуешь, кто рядом? Кто зовет тебя?
Отец с хитрой улыбкой показал пальцем вверх. Саша поднял голову, но увидел перед собой только мрак. Вдруг он снова услышал нежный голос:
– Пожалуйста, Саша…
По руке Саши пробежала дрожь, словно легкое прикосновение девичьих губ коснулось его запястья. Он вспомнил, что именно там у него была татуировка. Саша поднял руку, пригляделся к своему запястью, но оно было совершенно гладким. Рисунка не было, будто его стерли, хотя он точно знал, что он там есть. Сердце забилось учащенно, отдаваясь в груди. Это звал голос Мирославы.
– Она жива? – с недоумением уставился Саша на отца, который лишь молча улыбался. – Жива?! Значит, я ее спас? Моя Мира жива! Папа, у меня получилось!
Он обнял отца, чувствуя тепло и спокойствие, которого ему так не хватало.
– Я так боялся снова полюбить, папа. Боялся, что снова потеряю. Боялся, что не смогу защитить. И когда встретил ее… когда она начала возвращать меня к жизни, я снова испугался. Испугался, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Испугался, что снова не справлюсь.
– Ты не должен был справляться один, сынок. Ты должен был позволить себе быть любимым, – отец взглянул на Сашу с нежностью и любовью. Его рука легла на плечо сына. – И ты не предал Алю, когда полюбил Мирославу. Ты просто открыл свое сердце снова. Это не предательство, это жизнь. Жизнь, которая продолжается несмотря ни на что.
Саша смотрел на отца, чувствуя, как тяжесть сваливается с его плеч. И впервые за долгое время он почувствовал, что готов идти дальше, не оглядываясь на прошлое, а смотря в будущее с надеждой.
– Тебе пора, – прозвучал мягко голос отца.
Саша с дрожью в голосе спросил:
– Разве я могу вернуться?
– А разве твое сердце не стремится к ней? – раздался знакомый женский голос за его спиной.
Саша обернулся и увидел Аллу. На ее лице играла нежная улыбка, а сама она, казалось, излучала свет и доброту.
– Аля? – прошептал он.
– Чего же ты ждешь? – подошла она ближе.
– Я… Прости, что подвел нас… – Саша опустил голову, его голос был полон сожаления. – Я не хотел, чтобы так вышло. Не хотел оставлять тебя одну.
– Ты счастлив? – ее вопрос застал его врасплох.
Он не знал, что ответить и какие подобрать слова. Аля взяла его руки в свои, заглядывая в глаза:
– Саша, ты не подвел меня. Ты боролся, и я знаю, как тебе было тяжело. Но прошлое осталось в прошлом. Важно то, что ты чувствуешь сейчас. Она ждет тебя, – Аля нежно погладила его по щеке.
Саша очень хотел вернуться к той, что ждала его на земле. Но и прощаться с отцом и Аллой было невыносимо тяжело.
– Не бросай меня, Саша… – позвала Мира, и он замер в нерешительности.
Взглянув на Алю, он увидел то, чего так долго искал: надежду, любовь и прощение.
– Ничего не бойся… – прошептала Аля, целуя его в лоб.
– Спасибо, – Саша обнял ее, и она, улыбнувшись, отступила.
Он повернулся к отцу, который все это время наблюдал за ним. Крепко обняв его, Саша услышал:
– Мы еще увидимся. Я присматриваю за тобой, Сашка. Не заставляй девушку тебя ждать. Тебе пора…
Отец легко щелкнул его по лбу.