Под звездным дождем

Глава 42

Самыми первыми приехали из Белгограда родители Милана – Савичи Горан и Наталья. Подъезжая к дому, Горан несколько раз посигналил, извещая о прибытии. Но никто не вышел их встретить. По-свойски, не дожидаясь приглашения, они зашли во двор, занося с собой подарки. На террасе красовался богато накрытый праздничный стол, но вокруг никого не оказалось. Горан заглянул в дом. В доме было очень тихо.

– Есть кто живой? – озадаченно крикнул Горан.

Дверь тихонько отворилась, и оттуда высунулось испуганное лицо Катерины.

– Горанчик, ты? – шепотом спросила она.

– Мы, – ответил он. – А почему ты шепчешь? Что тут происходит? Где именинник? Где все?

– Ой, Горанка, тут такое… – все так же шепотом затараторила она. – Мы гостей ждем. Они появятся с минуты на минуту. Знакомиться будем.

– Интересно вы их ждете… – недоуменно заметил Горан.

– Ой, сразу все не расскажешь.

– Дядя Горан! Дядя Горан! – раздался за спиной Катерины радостный голос Соньки, и она бросилась в широкие объятия Горана. – А тетя Наталья где?

– Все тут, на террасе, – засмеялся Горан.

Горан с семьей жил в Белгограде и работал в проектном институте. Увлеченный работой, он все свободное время проводил, дорабатывая и совершенствуя свои разработки. К Сувориным выбирался нечасто, во время редких отпусков и по праздникам, но, когда приезжал, радости в доме не было конца и края.

– О! А вот и именинник идет, – освобождаясь от Сонькиных объятий, обрадовался Горан. – Поздравляю, поздравляю! Красивый костюм, – оценил он.

– Слава Богу, это ты, – с облегчением выдохнул Николай, обнимая шурина. – А я думал, уже эти.

И он широко улыбнулся.

– Да что у вас тут происходит? – заглядывая в глаза сестре, спросил Горан. – По какому поводу прячемся, шепчемся?

– Потом, Горанчик, потом. Пойдемте во двор, я Наталью хочу увидеть.

На террасе бабка торжественно приветствовала жену Горана. В руках у нее был хрустальный бокал с холодным игристым и тарелочка с миниатюрными бутербродами, кулинарное изобретение Серафимы Пантелеймоновны.

– О-о-о, Серафима Пантелеймоновна! – радостно воскликнул Горан. – Как я рад вас видеть!

– Здравствуй, здравствуй, гость ты наш любимый, – на ходу снимая забытый передник и тепло обнимая Горана, затараторила она. – Явился наконец, долгожданный. Я нынче загадала, если Горуня к нам первый заявится, дела наши путем пойдут. А если кто другой, глядишь и боком. Так что ты не просто гость, а радостный вестник!

Бабка взяла его лицо в ладони и с чувством расцеловала.

– Ну, не знаю, какой из меня чудо-вестник, но я так всех вас рад видеть! Как вы? Живы-здоровы?

– Живем, вот Сонькиного хахаля с семейством поджидаем.

– А-а-а, так вот в чем дело! – Горан вдруг разразился громким хохотом. – А я-то думаю, что тут происходит, а они от жениха попрятались, – заливаясь смехом, проговорил он.

– А то! – бабка с трудом удерживалась, чтобы тоже не рассмеяться. – Потому что мы, Суворины, смелые.

На террасе раздался дружный хохот. Катерина принялась оправдываться. Николай, зараженный весельем Горана, громко гоготал. Тут в калитку неуверенно постучали. Родственники переглянулись. Воцарилась тишина.

– Ой, – взволнованно произнесла Катерина, – это они.

– Ложись! – скомандовал Горан.

В воздухе разнесся новый взрыв смеха. Дверь тихонько отворилась, и во двор зашел Алик с цветами и бутылкой коньяка.

– Можно? – спросил он, сконфуженный необычным весельем и всеобщим вниманием.

– Это он? – тихо спросил Горан.

– Не-е-е, – отозвалась Катерина.

– Тогда можно, даже нужно! – снова развеселился Горан, протягивая Алику руку.

Остальные тоже засмеялись.

Алик обрадовался, не понимая, чем вызвал такой переполох, и, улыбаясь своей коронной улыбкой, подошел к бабке.

– Это вам, – сказал он и галантно протянул ей букет.

– Ух ты, красота какая, и пахнут-то как! – растроганно сказала Серафима Пантелеймоновна. – Вот вам настоящий жених! – похвалила она Алика.

Глаза ее загорелись и стали яркими и молодыми.

За калиткой послышался веселый шум, громкие голоса, смех. Борислав Новак все в том же костюме на выход пропустил вперед невысокую женщину в цветастом платье. Волосы ее были распущены и красиво уложены назад, на плечи небрежно наброшен шелковый платок, в руках она держала маленькую сумочку.

– Молодая, – беглым оценивающим взглядом отметила Катерина, прикидывая примерный возраст гостьи.

– Прошу вас! – сказала бабка, широким жестом приглашая гостей к праздничному столу. – Заходите, садитесь, будем знакомы, с кем не знакомы еще.

– Здравствуйте, здравствуйте наши дорогие! – воскликнула Таисия, приветствуя хозяев дома. – С днем рождения, Николай. Здоровья, успеха! – тараторила она.

– Спасибо, – приветливо отозвался Николай и подошел поздороваться с мужской половиной семейства.

– Знакомьтесь, Таисия, это Горан, брат нашей Катерины, – представила бабка.

– Очень приятно, – улыбнулся Горан.

– Надо же, какое у вас удивительное сходство с сестрой.

– Мы двойняшки, – пояснила Катерина.

– Да-да, я слышала.

– А это Наталья, жена Горана, – продолжила знакомить гостей бабка.

Наталья, улыбаясь, помахала рукой.

– Это Милан, Алик, Николая вы тоже знаете.

Таисия кивала.

– Ну а это наши девочки, Вика и Соня, – бабка указала на каждую рукой.

– Здрасьте, – бросила Вика, держась нарочито высокомерно и с откровенным любопытством разглядывая мать Кирилла.

Соня же при виде Таисии совершенно растерялась. Она переминалась с ноги на ногу, глядя будто сквозь нее. Одета Сонька была просто: темная юбочка и белая кофта, из украшений – блеск глаз и сияние юности. «Хорошенькая», – подумала Таисия и приветливо улыбнулась.

Серафима Пантелеймоновна усадила всех за стол, от которого поднимались аппетитные запахи, и принялась угощать. Это бабка умела. Стараясь угадать вкусы каждого, она клала на тарелку то, что непременно должно было ему понравиться, и угадывала. Каждое блюдо было шедевром кулинарии. Гости ели молча, искренне наслаждаясь угощением.

– У меня тост, – громко провозгласил дед, поднимая рюмку. – Выпьем за именинника, будь здоров, дорогой Николай. И чтоб все у тебя всегда было.

В воздухе зазвенел хрусталь. Выпили за Николая.