Интеллект на тракте

Глава 8

Ну, погулял. Ну, посмотрел. Толку от этого немного, разве что увидел, как границы участка выглядят в живую, а не по карте. Даже не по карте, там информации больше, а по бледной копии с кадастрового плана, которая была приложена к тем документам, что я получил вместе с наследством. Причём тот, кто снимал копию, оригинал положил криво, так, что даже часть привязок оказалась «за кадром». Например, на схеме не было видно ни двух холмиков, один повыше, второй пониже, ни россыпи камней. Зато стало понятно, почему огород такой странной формы и почему сад надвое разделён.

Самым интересным стал водоём, расположенный недалеко от моего забора. Не то широкая река, не то узкое озеро, а в отдалении не то остров в озере, не то место слияния двух рек. Но последнее – вряд ли: по моему представлению река после слияния должна стать шире, чем любая из исходных, а здесь все три русла выглядят вроде бы одинаково. Но тут не поручусь: дварфы не могут похвастаться хорошим зрением на расстоянии. Ну, не нужно оно в шахтах и пещерах, некуда там, как правило, смотреть дальше, чем на пару сотен метров, и то – редко. Зато вовремя увидеть при скудном освещении появление трещины на стене метрах в двадцати – жизненно важно. Так что за сумеречным зрением – это к нам, на средних дистанциях тоже видим великолепно. Рассмотреть тонкости огранки камня, безо всяких приборов определив углы и скосы – это тоже к нам. А вот различить на трёхстах метрах грузовик от автобуса и оба их не перепутать с трактором, это уже мимо. Тут нолдор нужны, которые в едва различимой человеческим глазом точке на горизонте не только точно определят породу чайки, но, при необходимости, и количество перьев в хвосте пересчитают. Орки тоже могут масть коней на линии горизонта рассмотреть, а то и породу определить. А мы, дварфы, другим сильны.

И в этом, кстати, одна из причин, почему дварфы среди профессиональных водителей – редкость. А если и работают, то только на больших грузовиках, и дело тут вовсе не в компенсации некоторых, якобы, комплексов.

Вернувшись домой, вспомнил об ещё одной возможности провести время – дневник дядюшки Карла! Тот, что на столе лежал, который с краткими характеристиками на основных партнёров. Это и полезно – мало ли, завтра кто-то припрётся и начнёт про какие-то давние договорённости рассказывать, и может оказаться забавно. Дядюшка, как я понял, как-то ретушировать образы окружающих или выбирать выражения для их описания не умел и учиться не хотел.

Получилось на самом деле забавно и познавательно. Оказалось, что среди партнёров дядюшки даже один гоблин затесался! Который, как Карл написал, «называет себя хобгоблином чуть ли не царских кровей, но трындит. Просто длинный вырос и отожрался». И откуда только взялся? Нет, после Войны гоблинов с их континента в опустошённую Европу немало понаехало, на освободившиеся места.

Представляю, как бесились эльдар, которые затевали всё безобразие, чтобы «очистить континент от низших рас», а в итоге получили наплыв «недоорков» из-за океана, да и кобольды с гремлинами численность свою быстрее восстанавливали, чем люди, так что их процент только вырос. Разве что по цвергам война прошлась по численности, сильнее всего они просели, но вот уж кого не жалко совсем, так это их. Разве что на острове у себя в конце самом эльдары всех «низших» или выгнали, или вырезали под ноль. Причём изгнание смело можно считать разновидностью казни: вытаскивали за границу территориальных вод баржу, заполненную разумными, которых считали «говорящими животными», и там бросали, без хода (баржа же), без связи, практически без воды и еды. И заявляли, что, мол, «если боги захотят спасать это стадо, то найдут для этого способ». Кого-то успевали спасти, кого-то – нет, некоторые баржи и вовсе пропали без вести, никто по сей день не знает, куда их унесло. Всё это выглядит особенно гнусно от того, что вывоз и спасение семей были существенной частью оплаты для их наёмников.

Так вот, в Европе гоблинов в последние годы появилось немало, но при этом в Империю они забредают редко, наши обычаи и законы им не нравятся, а тут глянь-ка ты! Ну, а характер у него, судя по описанию, типичный гоблинский, да. Даже удивительно, что за всю жизнь ни разу судим не был.

Всю тетрадку, несмотря на увлекательность стиля и сочность образов, не осилил, только треть где-то: стали путаться в голове имена и приметы, так что дальше было уже бесполезно читать, да и спать захотелось. Лучше завтра с активированным глифом «Память» перечитаю, «Внимание» и «Анализ» тут особой пользы не принесут, только скорость чтения сильно порежут. Но – завтра, всё завтра...

Побочным эффектом от такого чтения на ночь стало то, что мне снилась редкостная чушь, в которой фигурировали самые необычные гибриды не только различных существ, но и они же, только парадоксальным образом сращённые с разнообразными предметами и субстанциями. Не во сне, а на трезвую, так сказать, голову даже не подумал бы пробовать представлять себе что-то такое.

Завтрак мне принесла младшая сестра Розы, Лала, очень старательно сопящая в процессе исполнения важного поручения, выполнив которое тут же убежала угощать какой-то особой вкусняшкой Миханю. Я в момент её прихода как раз занимался утренними процедурами и пришлось выходить к двери недобритым.

Да, я брился. Да, дварф. Почему-то многие думают, что борода – это просто надо перестать бриться, и дальше всё само вырастет. Нет, конечно, оно вырастет, но это будет именно «оно»! Бороду нужно не только подстригать до положенной подмастерью длины, но и сбривать всё лишнее, на шее, например, на висках – «отбить кантик», в общем, как отец это называет. Ну, и кустик, который норовит прямо под нижней губой вырасти очередной раз снести под корень. Ну, не нравится мне, как он вечно норовит в ложку макнуться, не нравится! И не понимаю тех, кто именно его и выращивают вместо нормальной бороды, называя это «испанский стиль».