Страница 14 из 34
Глава 11. Анна
Глава 11. Анна
Я собрала все возможные чеки, выписки... Все понадобится при разводе. Передала документы своему юристу. Он явно удивлен моей прыткости. Ну что же... пусть учится, как вести бракоразводные процессы правильно. Обиженная женщина еще и не на такое способна!
Юрист листал папку с документами, и его брови поднимались все выше и выше. Такой педантичной подготовки он явно не ожидал. Каждый чек, банковская выписка, каждый договор — все было разложено по датам, категориям, с пометками и комментариями.
— Многим моим клиенткам есть чему поучиться у вас, — усмехнулся он.
Я лишь горько усмехнулась. Когда твой мир рушится, начинаешь действовать с какой-то холодной методичностью. В конце концов, если уж закрывать одну главу жизни, то нужно делать это основательно.
Вернулась домой только к вечеру. Маша до сих пор бледная. Смотрит на меня исподлобья. Даже детьми занимается зять, пока дочь пребывает в прострации после новости о неверности своего отца. Маша молодая еще. В голове — романтические мысли.
Я даже завидую дочери. Мне скоро 50. А в голове — только суровая реальность и прагматизм.
— Мам, папина машина подъехала, — Маша смотрит в окно.
— Ну вот и поговорим сейчас, — внутри все холодеет. Потираю руки потому, что конечности холодеют от нервного напряжения.
— Мам, я наверх пойду... к мужу и детям... — дочь вопросительно смотрит на меня.
— Ступай, Маш, — понимаю, что разговор с Костей ее совсем не касается.
Дочь быстро устремляется в свою комнату. Слышу, как хлопает входная дверь. Костя всегда так делает — с размаху, будто хочет весь дом оповестить о своем приходе.
— Ань, я рыбы привез. Погода шепчет, — голосит на весь дом Костя, держа в руках пакетик из супермаркета.
Он совсем меня за дуру держит! Купил первую попавшуюся рыбу и будет рассказывать мне сейчас о рыбалке!
— Что за рыба, Костя? — я скрещиваю руки на груди и смотрю в его лживые глаза.
До сих пор красивый. Голубые глаза — такие манящие... и чужие. Время не тронуло его лицо, только легкая седина на висках выдает возраст. Все те же правильные черты, высокие скулы, упрямый подбородок. Когда-то я знала каждую черточку этого лица, каждую едва заметную морщинку в уголках глаз, появляющуюся, когда он улыбается.
Теперь смотрю на него и не узнаю. Вроде все то же самое — и совершенно другое. Чужой человек в знакомой оболочке. Его взгляд больше не теплеет при встрече со мной, губы не складываются в ту особенную улыбку, что предназначалась только мне. Между нами словно выросла стеклянная стена — все видно, но не дотянуться, не почувствовать.
И от этого щемит в груди. Не от тоски или сожаления — от понимания, как легко самый родной человек может стать просто прохожим. Красивым, но абсолютно чужим.
— Карась! Клевало сегодня отлично! — бодро отвечает Костя, но его глаза предательски бегают.
— Блондинистый карась? — едко переспрашиваю я.
— Какой, какой? Ань, не знаю такого, — зрачки Кости сужаются.
— Я про твою блондинку говорю, Кость... С которой ты так часто рыбачишь в нашем дачном домике! — вижу, как щеки мужа заливаются ярким румянцем. Но это только начало!