Страница 51 из 125
Глава 5 Сыщики
Сергей сел в машину – и сразу завибрировал телефон, словно дожидался, пока он захлопнет водительскую дверцу. Пришло сообщение в мессенджер: список из восемнадцати фамилий.
Сергей Андреевич Королев. Сергей Павлович Короленко. Павел Сергеевич Королев. И еще двенадцать Короленко-Королевых, но с другими именами-отчествами. Афоновых было четверо, но тоже не подходивших по именам. И один – Кузьма Афонских. Кузьма не лез совсем ни в какие ворота, но почему-то именно на него Бабкин некоторое время смотрел в полной убежденности, что нашел искомое.
И только потом перевел взгляд на Сергея Павловича Короленко, шестидесяти трех лет, бывшего оперуполномоченного органов внутренних дел, уволившегося пять лет назад после двадцатилетней службы.
То, что за двадцать лет Короленко не дослужился даже до старшего уполномоченного, его насторожило. Ленивый опер? Бездарный? Впрочем, сам он тоже не дослужился, хотя и за меньший срок. Может, и у Короленко обстоятельства сложились не в его пользу.
Снова вспыхнул экран: пришло сообщение от Илюшина. Макар был в районе Таганской. Беседа с психиатром, судя по его лаконичным ответам, не принесла ничего нового.
— Я тебе щас дюжину фамилий переброшу, глянь свежим взглядом, – попросил Сергей, набрав его.
На изучение списка у Макара ушло меньше минуты.
— Перспективным здесь выглядит Сергей Павлович Короленко и, возможно, Павел Сергеевич Королев. Но насчет Королева сомневаюсь: вряд ли тогда журналист упомянул бы Скорпиона, слишком уж явная подсказка. Позвони ему, выясни, знает ли он Захарченко. Если получится, договорись о встрече. Встречу не откладывай.
Как в воду смотрел с последним предупреждением. Смеркалось, Бабкин с утра носился по городу, не говоря уже о возне в песке, и больше всего ему хотелось вернуться домой и слушать, как Маша рассказывает, что у них произошло за день. Происшествия обычно были такие: Алиса трижды перевернулась со спины на живот. Десна набухла – вот-вот полезет нижний зуб. Хохотала, увидев в телевизоре тигра. Раз в день Сергей получал коротенький ролик, записанный Машей, или несколько фотографий: они с ребенком дурачатся на полу; Цыган седым хвостом обмахивает младенца; Капитолина с малышкой на руках машет ее ладошкой в камеру. Капитолина формально считалась няней, но при необходимости и кашеварила, и пылесосила, и выгуливала Цыгана, и ему же делала уколы. Она быстро стала в доме человеком незаменимым, так что они с Машей иногда недоумевали, как обходились без нее раньше. Расторопная, трудолюбивая, прекрасно ладящая с малышами, она неизменно тихо лучилась радостью. Трое детей, муж – художник-реставратор.. А также, как выяснил Сергей, трое братьев: один досиживает десятилетний срок за грабеж, второй скончался от передозировки, а младший учится в Сретенской духовной академии и готовится стать священником.
Капитолину полгода назад привел к ним Макар. От него все расспросы отскакивали, как от стенки горох, и тогда Сергей попытался выяснить у Капитолины обстоятельства их знакомства. Капа перестала улыбаться, пробормотала: «Макар Андреевич помог мне в очень трудных обстоятельствах». И Бабкин отступился.
Оставался шанс, что Короленко – не тот, кто им нужен.
Сергей набрал номер и некоторое время слушал гудки в тихой надежде, что через час будет уже дома.
— Але. – Хмурый голос.
— Вечер добрый. Сергей Павлович? Мне ваш номер дал Захарченко.
— А, Петруха.. Он мне пятеру торчит. Чего ему понадобилось?
Бабкина словно обожгло. Он разом выкинул из головы все лишнее: усталость, мысли о доме, свое убеждение, что Захарченко – псих, который пытается всучить им прокисший бред.. Выкинул и Машу с Алисой. У него даже ноздри зашевелились. Чутьем матерого сыщика он уловил, что это – след.
— Петр посоветовал к вам обратиться в связи с нашим расследованием. Мы с коллегой ищем пропавшего ребенка. Мальчик, тринадцать лет..
До поры до времени слова «частные детективы» не должны были прозвучать. Сергей не слишком далеко уклонился от правды. Ищут? Ищут. Мальчика? Мальчика. А детали можно будет обсудить и потом, в спокойной обстановке.
— Сергей Павлович, встретиться очень хотелось бы. Побеседовать.
— Ну, я дома. Можете хоть щас приезжать.
Подъехав закоулками к Таганской, Сергей подобрал Макара, и в пробке они потащились по Волгоградскому проспекту.
— От психиатра никакого толку, – сказал Макар. – Про диагнозы Серафима она говорить не имеет права, о причинах, по которым он не поладил с предыдущими усыновителями, ей ничего не известно.. Пустая трата времени, короче говоря. Что у тебя?
Сергей вкратце изложил результаты своей поездки.
— Надо наведаться в Кольчугино, – закончил он. – И, по-хорошему, захватить и тот поселок, где он с бабушкой рос, Металлист, кажется. До Кольчугина два с половиной часа на машине, завтра с утра пораньше можно метнуться..
— Давай сначала с Короленко поговорим, а там решим.
От Волгоградского проспекта пришлось ехать еще двадцать минут. Стемнело окончательно, и стало совсем безрадостно. Короленко жил в квартале облупленных девятиэтажек, теснившем лесопарк. Здесь ветер катался гигантским шаром, не сдувая, а подминая под себя, и Бабкин поежился, хотя мерз он редко и до зимних холодов носил потертую кожаную куртку.
— Пять тысяч приготовь, – сказал он Макару. – Чего доброго, узнает, что мы частники, и даже разговаривать не станет.
Им открыл невысокий мужчина, тусклый, растолстевший, заросший неопрятной щетиной. Был он в трениках и растянутой футболке с пятнами от еды.
— А-а-а, здоров-здоров. Проходите, чо застыли..
Бабкин с первого взгляда определил в нем запойного алкоголика. Об этом же говорила и квартира: пустоватая, неуютная. Вместо телевизора на обоях выцветшее пятно, как от картины. Запах лежалых вещей, дешевого курева, кислятины.. Так пахнет в квартирах запущенных стариков.
На кухне оказалось повеселее. Тут почему-то на протянутой наискось веревке сушилось нижнее белье, которого хозяин ни капли не смутился. И стол был покрыт клеенкой в клеточку, и даже из горшка на подоконнике торчал какой-то беловатый росток, напоминавший проросший окурок.
— Долг завезли, Сергей Палыч. – Бабкин протянул деньги.
Короленко прибрал их, коротко кивнув.
— А ты, значит, тоже Серега. – Взгляд его остановился сначала на Бабкине, потом на Илюшине. Он потер седой клочковатый подбородок. – Странно как-то, что Петруша вас ко мне отправил. Вы ж не из органов?