Страница 370 из 708
Только когда я опустился на стул, то заметил в кабинете ещё одного человека. Грузного мужчину в мундире Горного ведомства, больше похожего на каменную статую. А вот его лицо мне показалось неожиданно знакомым, будто я его уже где‑то видел.
– Его высокородие Пётр Твердянович Гранитов, – ровным голосом продолжал Оползнев, – будет присутствовать при нашем разговоре.
Захребетник перехватил управление, обернулся к старому знакомому и улыбнулся.
– Рад снова видеть вас, господин берг‑гауптман!
У Оползнева удивлённо поднялись брови.
– Вы знакомы.
– Знакомы. – Гранитов несколько секунд смотрел на меня, а затем перевёл взгляд на Оползнева.
– Оставьте нас, Фёдор Змеянович. Я должен переговорить со Скуратовым лично.
Мне показалось, что Оползнев растерялся.
– Кхм… Кхм… – Он прокашлялся и встал. – Если вам угодно, Пётр Твердянович.
И вышел из кабинета, глянув на меня с неподдельным удивлением.
Гранитов не торопился. Почти минуту он сидел неподвижно, буравя меня взглядом. А потом моргнул, и глаза его изменились. Белки, радужку и зрачки заменили зелёные камни с чёрными прожилками. Отполированный до блеска малахит, слегка фосфоресцирующий магическим светом.
Он встал, медленно прошёл через комнату и сел на место Оползнева. Сложил руки перед собой и растянул губы в улыбке. Было заметно, что делает он это редко и сейчас чуть ли не вспоминал, как правильно улыбаться.
– Я должен был догадаться, что это ты, Копьеносец. Когда мне доложили о необычном сотруднике Коллегии, то следовало лично посмотреть на тебя. И не тратить время подчинённых на бессмысленные проверки.
– Проверки? – Захребетник прищурился. – Какие проверки?
– Обычные. Коллегия – наше дочернее ведомство, и мы проводим аттестацию всех перспективных сотрудников. Только получившие нашу положительную оценку могут подняться в чинах выше восьмого ранга.
– Ах вот оно что!
– Ты, Копьеносец, мог бы и не утруждать нас бессмысленной работой. Сказал бы открыто…
– Зря ты так считаешь. Я всегда играю честно! Все твои проверки проходил Михаил Скуратов. А моё участие потребовалось только для общения с Хозяйкой и Полозом.
– Вот как. – Гранитов пожевал губами. – Ну, что же, значит, он заслужил свой высший балл. Это ты его так натаскал? Хотя, что я спрашиваю! Конечно, ты.
Захребетник развёл руками.
– Может, возьмёшься ещё десяток сотрудников потренировать, а? Нам толковых людей страшно не хватает.
– У меня, Каменноглазый, – Захребетник откинулся на спинку стула, – свои задачи, если ты не забыл.
– Забудешь тут, – Гранитов поморщился. – Стоит тебе появиться – как всё идёт кувырком.
Захребетник безразлично пожал плечами.
– Может, скажешь по знакомству, – Гранитов подался вперёд, – когда ждать глобальных потрясений? И к чему нам готовиться?
– Соломку подстелить хочешь? – Захребетник тяжело посмотрел на чиновника. – Не выйдет, хозяин камней. В грядущей буре есть и ваша вина. Расслабились, пустили на самотёк, заперлись на своём руднике, решили, что самые умные. Ну так получите полной мерой.
– Мы работаем, если ты не заметил. Делаем всё, что в наших силах чтобы…
Захребетник грубо перебил его:
– Почему тогда я не вижу ваших старших? За всё время здесь не появился ни один берграт, не говоря уже о высших чинах.
– Они заняты.
– Ах, заняты! Именно в тот момент, когда младшие чины не могут справиться с Полозом и допускают кражу великой княжны. Именно в то время, когда помощь требуется Хозяйке, да? И чем, изволь сказать, они заняты? Девок щупают или пьянствуют беспробудно?
Гранитов недовольно засопел.
– Ну? – Захребетник нахмурился, и в комнате ощутимо потемнело, а воздух стал ледяным. – Я жду ответа.
На лицо Гранитова наползла чёрная тень.
– Они там, внизу, Копьеносец. На самом нижнем уровне выработки. Малахит пропитал их, изменив до неузнаваемости. Они стоят в штольне и превращаются в статуи, сливаясь с камнем.
Ладонь Захребетника резко обрушилась на стол, заставив тяжёлую бронзовую чернильницу подпрыгнуть и жалобно звякнуть.
– Вас предупреждали! – рявкнул он на Гранитова. – Сколько раз вам говорили, что нельзя злоупотреблять! Не проводить всё свободное время возле малахита! И что? Все опытные маги ушли в камень. Как это называется? Кстати, что с твоими глазами, Каменноглазый? Ты тоже собираешься уйти в дальнюю штольню?
Гранитов ничего не ответил, только стал ещё мрачнее.
– Мне кажется, что это не небрежность, – продолжал Захребетник. – Это минимум халатность и разгильдяйство. Или это натуральное вредительство и измена?
Дверь за моей спиной приоткрылась, и послышался голос Оползнева:
– У вас всё в порядке, Пётр Твердянович.
Захребетник и не подумал оборачиваться. А Гранитов раздражённо приказал:
– Закрыть дверь!
Он помолчал, мрачно глядя перед собой в стол. А затем выпрямился, расправил плечи и ответил:
– Я не могу отвечать за старших, Копьеносец. Я выполнял приказы и делал всё возможное, чтобы малахириум поступал государю.
– Но сейчас ты отдаёшь приказы, верно?
– Именно поэтому я и спрашиваю тебя: к чему нам готовиться?
Теперь пришла очередь Захребетника взять паузу. Он молчал почти минуту, прищурившись разглядывая Гранитова.
– Ваше дело нести службу. Так, как положено, не отступая ни на шаг от устава Горного ведомства. И поставляя малахириум только помазанному государю. – Последние слова он выделил голосом.
– Ты имеешь в виду… – Гранитов прищурился. – Да, я понял.
– Очень на это надеюсь.
– Я могу что‑то сделать для тебя, Копьеносец?
Захребетник кивнул.
– Можешь, конечно. А составь‑ка мне список тех, кто последний раз спускался к Хозяйке вместе с государем.
– Это секретная информация. – Гранитов состроил официальное лицо. – Впрочем, можно сделать тебе допуск, чтобы не нарушать правила. Да, так и сделаем. Как оформим, сразу же пришлю с фельдъегерем.
– Вот и договорились.
Каменноглазый встал и протянул руку. Захребетник тоже поднялся и пожал холодную твёрдую ладонь.
– Тогда до встречи. Формальности расскажет Оползнев.
Гранитов моргнул, и глаза его снова стали человеческими. Кивнув, он пошёл к выходу. Распахнул дверь и бросил Оползневу:
– Всё в порядке, Фёдор Змеянович. Оценку подтверждаю. Заканчивайте оформление Скуратова.